Чтение онлайн

– Если мы пойдем на это, то выпустим инициативу из своих рук и уже не сможем диктовать свои условия. Если бы я не знал вас, то решил бы, что вы поддались панике. Нелепо. Нелепо из-за пустяка все загубить; все, что мне стоило не одного месяца работы...

Эдуард ничего не ответил. Он повернул и щелкнул рычажком коммутатора.

– Соедините меня с "Монтегю Смитом", лично с Ричардом Смитом.

Последовала пауза. Де Бельфор, молча отвернувшись, принялся с внезапным интересом разглядывать картину Ротко. Он услышал, как за его спиной Эдуард произнес очень спокойным, зловеще-спокойным голосом:

– Попросите его прервать совещание. Да, да, прямо сейчас, будьте добры.

* * *

Из окна роскошного номера гостиницы "Кап д'Антиб", занавешенного не менее роскошными портьерами, Льюис Синклер обозревал Средиземное море. Элен не было: ее опять умыкнули какие-то борзописцы, а Тэд, прочно обосновавшийся сзади на стуле, читал газету, терзая его уши бесконечным шуршанием. Льюис не чаял, когда Тэд учитается и выметется наконец вон.

Если ты гость кинофестиваля, то обязан тащиться именно в эту гостиницу - престиж, понимаете ли. Это простые смертные могли себе позволить жить не на выселках, а в самих Каннах, в "Карлтоне" или "Маджестике"; все "самые-самые", по словам Тэда, пасутся здесь, в этой распрекрасной и очень дорогой гостинице, от которой до города целых сорок минут езды.

"Сфера" оплатит счет, - утешил Тэд.
– Нам необходим этот отель. Вернее, не нам, а Элен. Пусть видят, что она имеет обыкновение жить в отелях такого класса".

И вот они тут, в "отеле такого класса". Прикатили за четыре дня до начала фестиваля, чтобы Тэд мог слоняться по всяким "полезным" сборищам, а шустрый пресс-агент Элен Берни Альберг - по редакциям, набиваясь, где можно и нельзя, на интервью... А чем прикажете заниматься ему, Льюису? Понятно чем: плавать в бассейне; глушить виски; потом снова плавать.

Тэд опять с хрустом перевернул страницу, и Льюис со свирепым видом обернулся. Выразительный взгляд, похоже, возымел действие, поскольку Тэд, к удивлению Льюиса, почти сразу поднялся со стула.

– Так. Быстренько в ванную. Переодеваемся. Важно не опоздать.

Льюис пропустил эти слова мимо ушей. Страх Тэда опоздать действовал ему на нервы. Ну опоздают они. И что тогда? Подумаешь, какой-то очередной жулик, из тех, что умеют снимать сливки с кинофестиваля, решил закатить ужин. Насколько понял Льюис, этот умник сумел прибрать к рукам всю Ривьеру. Славно устроился: перепродает здешние виллы америкашкам, шурует направо и налево, а фестиваль помогает ему отлавливать будущих клиентов. Недаром он похож на разжиревшую акулу.

– Обещалась быть Сьюзен Джером, - самодовольно сообщил Тэд. Сьюзен считалась чуть ли не самым авторитетным в Америке кинокритиком.

– Ну и что?
– пожал плечами Льюис.

– И глава Международной ассоциации актеров. Такие встречи весьма полезны, сам понимаешь.

– Полезны тебе. А мне эта Сьюзен нужна как нарыв в заднице.

– Ей нравятся наши фильмы, Льюис...

– Ей нравятся твои фильмы. Я читал последний ее панегирик и что-то не припомню, чтобы меня там упоминали.

Тэд с удрученной миной принялся насвистывать. Льюис опять красноречиво на него посмотрел - свист прекратился.

– Ты должен был сказать мне об этом. Должен. Я ведь в соседнем номере, а стены тонкие. Что же мне теперь, уши, что ли, затыкать? Я твой друг, Льюис, пойми. Ну с кем еще ты можешь поделиться?

Льюис ничего не ответил. Только вздохнул.

– Знаешь что?
– сказал он.
– Не пора ли тебе убраться отсюда к чертовой матери, а?

Тэд выполнил эту дружескую просьбу, так что Льюису не пришлось отходить от окна, в которое он глазел еще довольно долго.

Можно было пойти поплавать или прошвырнуться по саду, спуститься в бар, почитать газету, поспать, наконец. Льюис пытался выбрать самый соблазнительный вариант, но ему что-то не выбиралось. Ему ото всего было тошно.

Кончилось тем, что он плеснул в стакан джину, хорошенько разбавив его тоником и не пожалев льда. Со стаканом в руке снова подошел к окну. По дорожкам сада нетвердой из-за высоких каблучков-гвоздиков походкой прогуливалась весьма достойная внимания особа. Полупрозрачное белое платье эффектно облегало соблазнительные формы. С головы струилась блестящая грива ослепительно белых волос, девица опиралась на руку очень маленького старикашки, который был большой голливудской шишкой. Стефани Сандрелли, очередная модификация Мэрилин Монро. Льюиса по какому-то там случаю на каком-то там сборище знакомили с ними, и с этим старикашкой-агентом и с девицей. И что это было за сборище?.. А, какая разница. Изо дня в день новые имена, лица... как в тумане. Он плеснул себе еще джина. Элен опаздывала.

Явившись наконец, она прямо с порога произнесла тем самым ненавистным ему тоном:

– Ах, Льюис.

Упрек был робким, почти незаметным, но Льюис услышал его - и рассвирепел, этот ее тон всегда выводил его из себя.

Круто развернувшись, он пошел ей навстречу, Элен плотнее притворила дверь.

– Льюис, я опоздала. А еще нужно переодеться. Нет времени. Пожалуйста, не надо. Не сейчас.

Льюис не слушал ее. Он был уверен, что на этот раз все получится. Именно если так, в спешке; если она не будет отнекиваться, черт ее возьми...

Она покорилась почти сразу, не слишком его отговаривая. Льюис старался не смотреть ей в лицо. Он прижался лицом к ее шее, и все шло замечательно, наконец-то...

Но он неосторожно все-таки посмотрел и увидел то, что привык видеть, жалость. И безнадежность. Он знал, и она знала... заранее. Элен попыталась его обнять, и стало еще хуже. Он вскочил и, сам того не ожидая, начал на нее кричать:

– Это из-за тебя. Только из-за тебя, черт возьми. Перед кинокамерой изобразишь что угодно - понарошку, а в настоящей постели с тобой делать нечего.

Тэд в соседнем номере наверняка все слышит. Ну и пусть: он специально повысил голос.

Должен же он хоть с кем-нибудь поделиться... А Тэд его лучший друг это правда.

Кому еще такое расскажешь - кроме Тэда?

* * *

– ...Сьюзен Джером. Грегори Герц - новый режиссер. Американец. Пробивной. Джо Стайн, председатель Эй-ай - Международной ассоциации актеров. Миссис Джо Стайн страшно заинтересовалась "Мезон Жасмэн". Я наплел им, что вилла принадлежала Колетт - ну, недельку-то она в ней провела...

Глаза Густава Нерваля, знаменитого торговца недвижимостью, жмурились от удовольствия. Они с Жислен сидели на балконе его номера в "Кап д'Антиб", и радушный хозяин перечислял очаровательной мадам Бельмон-Лаон приглашенных на сегодняшний ужин; как подобает хорошему рассказчику, самые впечатляющие имена он оставил на десерт.

– Тадеус Ангелини - видели его "Короткую стрижку"? Наверняка "Пальмовая ветвь" достанется этому фильму. А вот Элен Харт. Очень красива, очень обаятельна и очень, я полагаю, умна. При ней, естественно, супруг.