Чтение онлайн

— Он велел кончить.

— Ну, это они, конечно, присочинили, — усмехнулся Василий Иванович, — если бы лохматый пошел на это, он не стал бы привлекать лишних свидетелей. Просто узнал в разговоре, что ты им крепко насолил, вот и подзадорил их тебя проучить. Кстати, не пора ли тебе домой, — спросил неожиданно, — а? По-моему, давно пора. Тут уж тебя полночи ищут.

— Кто ищет? — испугался Ромка.

— Мать, отец, девочка одна, — хитро сощурил глаза полковник, — забыл только, как ее зовут…

— Оксана.

— Кажется, что Оксана, — согласился Василий Иванович. — Только ты нас не подводи. Мы им сказали, что так надо, что ты выполняешь наше задание… Понял? Однако, такой бы шум на весь поселок был! А так и спали они спокойно и, наверное, завтрак уже для тебя готов. Беги, Ромка, порадуй родителей, что жив-здоров, что все в порядке. Однако, и девочке этой привет передавай… Оксане. Она как будто ничего, а? Стоящий человек!

— Стоящий, — согласился Ромка.

«Стоящий» человек дожидался его у калитки. Сказала обрадованно «здравствуй» и молча проводила до веранды.

Мать и отец встретили сына спокойно, даже равнодушно, как будто ничего не случилось.

— Садись, — ворчливо придвинула стул мать, — остыло уже… носишься вечно…

Отец незаметно одернул ее.

— Хорошо, хорошо, — поспешно согласилась мать, — садись, бродяга… Только, может, умоешься сначала?

Захватив полотенце, Ромка пошел к крану, и тут же рядом оказалась Оксана, держа в руках мыльницу.

— Спасибо, — сказал он.

— Пожалуйста, — тихо отозвалась она.

Мылся Ромка молча, сосредоточенно. Оксана стояла рядом и тоже молчала.

Не выдержал такой паузы он, сказал первое, что пришло на ум:

— Ты сегодня не снимаешься?

Она удивилась, пожала плечами, ответила вежливо:

— Сегодня же подводные съемки…

Ромка ахнул. Забыл! Даже не забыл — не до этого было! А ведь сегодня — первый день, день освоения объекта, подводные съемки. И Ромка Марченко нужен там в первую очередь.

Вытираясь на ходу, он рванулся к веранде.

— Автобус приезжал?

— Рано еще, — ответила девочка, поспешно идя следом, — тебя на двенадцать вызывают.

— На двенадцать? — остановился в растерянности.

— Ну да, — торопливо сказала она, — еще есть время…

— Какое время? — не понял он.

— Ну чтобы отдохнуть… выспаться… Ты же не спал ночью?

— Откуда знаешь? — насторожился мальчик.

— Догадываюсь.

В воскресный день на побережье особенно многолюдно. Заполнены все пляжи, все отмели, все бухты и бухточки, все мало-мальски пригодные для купанья места. Даже большие серые камни, далеко выходящие в море, становятся в такой день яркими, цветастыми и кажутся живыми — настолько тесно располагаются на них дорвавшиеся до ласковых волн и яркого солнца люди.

Не зря, видно, ждали незнакомец и лохматый именно воскресного дня.

Пляж бухты Тихой давно пользовался особой симпатией не только курортников — в воскресные дни он становился местом паломничества туристов, экскурсантов из самых различных, даже очень отдаленных курортов Крыма.

Одни ехали автобусами, оставляли машины наверху, на дороге, и спускались вниз, к морю, узкими, но хорошо протоптанными тропинками.

Другие добирались морем на катерах прогулочных и экскурсионных. Третьи шли пешком, взвалив на плечи невероятно громоздкие рюкзаки.

Всех тянуло одно — особая красота строгих и суровых скал, окружавших бухту, невероятно чистая и прозрачная вода и словно уложенное специально крупной белой галькой дно.

Прогулочный катер, застопорив винтом, мягко врезался в песок пляжа. Загорелый до невероятного, щупловатый матрос в плавках и шляпе ловко перебросил на берег трап, и пассажиры начали осторожно сходить на берег.

Наверняка никто из отдыхающих на пляже не обратил взимания на катер. Ну, прибыл, ну, привез пассажиров, так что? Сейчас отойдет и через полчаса появится снова с очередной партией курортников.

И только в группе молодых людей, расположившихся в тени огромного нависшего камня, прибытие катера вызвало оживление.

— Наконец-то! — обрадованно сказал один из них, тасуя карты. — Пожаловали.

Пожилой грузный мужчина, лежавший рядом и не принимавший участия в карточной игре, медленно привстал и обернулся, внимательно вглядываясь в пассажиров, сходивших с катера.

— Однако, — сказал удовлетворенно, — с прибытием!

Да, по узкому дощатому трапу спускались на берег незнакомец, лохматый и совсем ничего не подозревающие «ковбои» в полном составе: Гоша, Игорь, Лева.

Спустившись, они о чем-то переговорили, очевидно выбирая место, где расположиться. Наконец лохматый показал в сторону двух островерхих скал, и они, утопая в песке, послушно пошли в этом направлении.

Проводив их взглядом, Василий Иванович удовлетворенно крякнул и повернулся к молодому человеку, сидевшему возле большой спортивной сумки.

— Связь, Валя.

— Ясно, — сотрудник завозился в сумке.

— Эти-то зачем здесь? — удивился один из чекистов. — Тоже в море пойдут?

— Куда там. — Василий Иванович ответил озабоченно. — Ясно, что они нужны только как прикрытие. Кто-то ушел купаться, кто-то остался у вещей. Все правильно, все продумано…

— Есть связь, — протянул радист полковнику небольшой изящный микрофончик, — вас слушают.

— Внимание, — сказал в микрофон полковник. — Сообщите готовность. Как глиссер?

— Порядок, — отозвался далекий, приглушенный голос, — стоим за скалой.

— Вертолет?

— Ждем команды.

— Группа Суходоли?

— Находимся на месте. Контролируем дорогу.

— Хорошо, — удовлетворенно сказал Василий Иванович. — Всем ждать. Не отключаться.

Вернув микрофон, полковник оглянулся в сторону ушедших «подшефных». Но не увидел их, затерялись где-то они среди многоголосой возбужденной пляжной толпы.

— Однако, интересно, — сказал Василий Иванович сотрудникам, — интересно, как они там устроились?

Через несколько минут к группе подошел длинноногий молодой парень, мокрый, посиневший от чрезмерного купания. Бросился на горячий песок, с удовольствием развалился, блаженно раскинув руки.

— Расположились под скалой, как раз напротив места, где лежат акваланги, — сообщил он как бы между прочим, — разделись, перекусывают, пока никуда не торопятся.

— Однако, и мы не спешим, — согласился полковник, — поспешишь — людей насмешишь.