Чтение онлайн

Это очень отвлекало.

— Я беспокоился, — сказал он.

Я приподняла одну бровь.

— Ты беспокоился о том, что я могла получить травму, или, что я сбегу?

— И то, и другое, — сказал он.

Я попыталась бросить на него презрительный взгляд, но похоже, я не могла этого сделать. Я чувствовала, что все моё презрение улетучилось. А все эмоции замерли. Я чувствовала только… одно чувство.

Моё тело жаждало его тело самым отчаянным и примитивным образом.

«Это не так уж плохо, — сказал голос внутри меня. — Отпустить мысли, просто отдаться ощущению, просто быть. Именно так и поступают боги. Они чувствуют. Они не обдумывают. Они не позволяют своим эмоциям диктовать, что им делать или не делать, они просто чувствуют. Пусть эта часть тебя возьмёт верх. Стань богиней, кем ты и являешься».

Всё моё самообладание исчезло.

Моё тело превратилось в огонь.

Я одарила его похотливой улыбкой, нагнулась и набрала в ладони сверкающей воды, готовая сделать ещё глоток.

— Не пей воду, — быстро сказал Мор и вытянул руку вперёд, чтобы остановить меня.

Упс.

ХРУСТАЛЬНЫЕ ПЕЩЕРЫ

Мор

Было много всего, о чём мне приходилось беспокоиться, пока я правил страной мертвых, но была одна вещь, о которой мне не надо было беспокоиться на протяжении многих веков — это моя жена. Потому что у меня, чёрт побери, не было жены, о которой мне надо было переживать.

Но теперь она у меня была, и разве это не было, чёрт побери, постыдно, что она начала занимать все мои мысли в любое время дня и ночи?

Я пошел проверить свою Сумеречную сущность в восточном крыле библиотеки и не знал, как долго я там пробыл, заново изучая нити. Мне понадобилось время, чтобы полностью заполнить свою Сумеречную сущность и научиться ей управлять. Я должен был разделиться надвое и научиться быть двумя личностями вместо одной, что сопровождалось некоторыми трудностями и ошибками, а также магией. Именно поэтому моя Сумеречная сущность пока что была привязана к этому крылу, и удерживалась в этом месте при помощи магической защиты, так как я всё ещё не мог идеально её контролировать.

Похоже, я провёл здесь весь день, потому что, когда я неожиданно вспомнил о Ханне, оставил свою Сумеречную сущность и нашёл Сарви, единорог сказал мне, что Ханна всё ещё не вернулась от Випунена.

В этом не было ничего необычного. Ловия могла тренироваться с ним весь день, как и Туонен. Но в отношении Ханны я был параноиком и не мог перестать проигрывать у себя в голове два сценария.

Согласно первому, она совершила нечто глупое, например, сняла маску, и Випунен убил её. Согласно второму, она каким-то образом превзошла Випунена и Ловию и снова сбежала.

По моей команде Сарви тут же взмыл вверх, и прочесал всю местность по пути к пещере, но обнаружил только Ловию, которая ждала снаружи вместе с конями. Похоже, Ханна всё ещё находилась внутри.

Поэтому я решил зайти с другого входа в пещеру, пройти по туннелям, которые тянулись от Сумеречной окраины вдоль водного пути, и уходили глубоко под землю до самых Хрустальных пещер. Чем дальше ты продвигался, тем сложнее становилось идти, пока, наконец, тебе не оставалось ничего другого кроме как поплыть, что было самым естественным в данной ситуации.

Плавание было моей второй натурой. В юности я проводил большое количество времени в Великом внутреннем море. Я плавал среди русалок и морских монстров вместе со своим братом Ахто в то время, пока он учился быть Богом океанов и морей. Учитывая, что моё прикосновение считалось смертельным, на суше мне приходилось облачаться во множество слоёв одежды на случай, если любая часть моего тела могла убить. Поэтому плавание предоставляло мне ту свободу, которой обычно у меня не было. Нахождение в воде, прикосновение воды к каждой части моего тела, включая руки, заставляло меня испытывать что-то близкое к счастью.

И вот я снял одежду — оставив только кожаные перчатки, доходившие мне до локтей — и прыгнул в холодную морскую воду. Я плавал быстрее, чем ходил. Я проследовал по подземному водному пути, пока он не закончился и не превратился в широкий открытый бассейн, заполненный тёплой сверкающей водой и окруженный кристаллами.

И там я нашёл Ханну.

Голую.

На коленях.

Это было невероятно эффектное зрелище.

К сожалению, я слишком поздно понял, что она уже попила воды. Пудра белого и аметистового цветов сверкала на её губах и была размазана по подбородку.

— Что происходит, когда я пью воду? — спросила она, но тон её голоса был лишь слегка озабоченным.

Её веки были тяжёлыми, груди как будто бы стали больше, соски затвердели и стали упругими и розовыми, как снежные ягоды.

— Ты отбрасываешь все запреты, — сказал я, медленно направившись в её сторону. — Это не так уж и плохо.

Судя по тому, что её глаза были прикованы сейчас к моему такому твёрдому и такому сильному члену, это определенно было неплохо.

— Но ты же сказал мне, чтобы я её не пила, — сказала она, застенчиво мне улыбнувшись.

Когда она облизала губы розовым языком, мои яйца заболели, и я почувствовал укол непреодолимого желания.

— Как будто я сделала неправильный выбор.

— Ты сделала выбор, но это не значит, что он неправильный, — сказал я ей.

Она снова улыбнулась мне сладкой улыбкой, игриво посмотрев на меня. И я не собирался останавливать эту игру.

— Я так понимаю, твоя тренировка с Випуненом прошла удачно, раз уж ты здесь, — отметил я.

Она начала двигаться в мою сторону на четвереньках, заходя всё дальше в воду.

— Он считает пещеры своего рода наградой.

Судя по тому, как она смотрела на мой член, именно я должен был получить эту награду.

Ханна остановилась прямо под моим членом и посмотрела на меня своими большими карими глазами, полными притворной невинности. Только в ней сейчас не было ни грамма невинности. Вожделение, исходящее от неё, усиливалось с каждой секундой.

— Могу я его лизнуть? — спросила она сладким голосом и снова облизала губы.

Чёрт меня подери.

Я потерял дар речи. А я редко терял дар речи.

Я издал звук, который застрял у меня в горле.

— Могу я его пососать? — спросила она, протянув ко мне свои изящные руки.

Я напрягся, когда она обхватила меня своими пальцами. Я был таким толстым, таким твёрдым, что она даже не смогла нормально за меня ухватиться, и всё же она с такой лёгкостью управлялась со мной, словно делала это всё это время.

Она расплылась в улыбке и снова облизала губы, пока те не начали сверкать, а затем заглотнула мой член.

Я испустил вздох и закрыл глаза, когда ощущения переполнили меня, но нет, я не мог закрыть сейчас глаза, даже если бы от её вида мне пришлось бы кончить раньше.