Чтение онлайн

— Так он узнал тебя?

— Догадался, что я не простой купец. Лично мы не встречались. Когда войдет его жена, сделай вид, что испытываешь ко мне что-то большее, чем неприязнь, иначе случится конфуз.

Айрин открыла рот для очередной колкости и тотчас закрыла. Сыграть любовь ей по силам. Только бы не забыть оставить роль на сцене, когда опустится занавес.

Супруга кузнеца, Аглая, вскоре подала дорогим заказчикам ароматный пирог с клюквой и полную крынку молока для Айрин. Рунару достался чай с травяным сбором, чем тот оказался вполне удовлетворен. Аглая все норовила подложить девушке кусок побольше и каждый раз наполняла кружку до краев, приговаривая, что пухлые да румяные щечки превратят ее в писаную красавицу.

— К тому же, как в такую худышку ребеночек поместится? Поди, нет еще деток-то у вас?

Айрин поперхнулась молоком, а маг замер, не донеся пирог до рта.

Женщина по-своему истолковала неловкое молчание.

— Знаю-знаю, бывает такое у молодых: не получается поначалу. Так не тревожьтесь! Мы вот с мужем сколько пытались, думали, Всевышнего за что прогневали, а потом — на тебе! Вон, какой лоб вымахал, — она махнула рукой до самого потолка. — Шестнадцать стукнуло, а уже наравне с отцом работает. Тебе, дорогая, сколько лет?

— Двадцать один.

— А мужу твоему?

Айрин оглянулась на «мужа», увлеченного выковыриванием начинки из последнего куска, и прикинула в уме.

— Двадцать семь?

Доброе лицо Аглаи украсила улыбка.

— Тю! Такой молодой! Вот моя кузина выскочила замуж за сморчка седобородого так и то…

Женщина пустилась в рассказы о любовных приключениях своих многочисленных родственниц, попутно собирая со стола тарелки. Для поддержки легенды Айрин опустила гудящую голову на плечо магу. Приметившая это Аглая умиленно вздохнула.

— Повезло тебе с мужем, Берта, все при нем! А вот моя своячница как-то спуталась с магом одним, до чего красивый был, паршивец! Золотые горы ей обещал, луну с неба, а как луна у нее в животе зашевелилась, так и сбежал, чтоб у него все там отсохло.

Рунар неожиданно расхохотался.

Айрин украдкой шепнула ему на ухо:

— Твой знакомый?

— Нет, просто ситуация стара, как мир.

Хозяйка предложила гостям взглянуть на украшения, что кузнец готовил для продажи. Якобы столь тонкой работы они прежде не видывали: и цветы у него были, как живые, и птицы словно вот-вот вспорхнут с брошек и кованых браслетов.

Рунар не выразил особого интереса, а Айрин, наоборот, очень загорелась. В детстве она порой забегала к кузнецу и наблюдала, как тот железными щипцами сворачивал в маленькие жгутики пышущий жаром металл или обтачивал колечки для дочерей. Украшения у него получались грубее, чем у городских кузнецов, но по-своему красивыми.

Лавка оказалась небольшой пристройкой без окон, но со множеством висящих над прилавками масляных ламп, погашенных за ненадобностью.

Изделия действительно выглядели чудесно. На атласных подушечках были бережно разложены кольца, подвески, броши, пряжки, фибулы, заколки. В каждом из них чувствовалась рука мастера: на широком основании золотом, серебром или медью, как кистью художника, были выведены растения, животные, небесные светила, обережная вязь. Некоторые украшали миниатюрные фигурки кораблей, птиц, рыб, диких зверей с инкрустацией всех цветов радуги.

Айрин искренне восхищалась ими, но неизменно отклоняла предложения о покупке.

У дальней стены имелась еще одна дверь, за которой, по словам Аглаи, кузнец хранил особо дорогие заказы от знати.

Айрин так бы и прошла мимо, если бы не ощутила знакомый потусторонний холод, мигом забравшийся под кожу. Не слушая возражений хозяйки, она дернула ручку, а когда та не поддалась, отперла замок Оффан.

— Кажется, не заперто. Я одним глазком!

Она оказалась в темной комнате, с единственным закрытым шкафом и столом, на котором в идеальном порядке лежали инструменты для работы с металлом и несколько незавершенных изделий. Среди них выделялось гнутое широкое мужское кольцо, по ободу которого шел непрерывный геометрический узор облаков и высоких волн. Лишь в одном месте его разрывала неизвестная руна.

Волна холода дыхнула Айрин в лицо, и все вновь стихло. Она взяла кольцо, чтобы рассмотреть руну поближе, как вдруг что-то заслонило ей свет.

Девушка повернулась и тут же отшатнулась, больно врезавшись в стол.

Аглая закрывала собой дверной проем, глядя на нее пустыми бельмами глаз. Тень женщины раздвоилась, и новая, черная, как смоль, вытянулась в сторону княжны.

— Назовись! — приказала та на эскальтском.

Дух оскалился и угрожающе зарычал по-звериному, из открытого рта протянулась нитка слюны.

— Немедленно назови мне свое имя, — повторила колдунья.

Тело Аглаи сотрясло, и даже в скудном свете фонаря стала заметна ее неестественная могильная бледность.

«Он ест ее заживо!» — испугалась Айрин и рявкнула:

— Покинь эту женщину сейчас же, иначе я тебя уничтожу!

Дух шагнул к ней, раскрывая рот в жуткой гримасе.

— Кровь… кровь Эсталинор.

Эскальтские слова коверкались, словно их исторгала звериная пасть. Скрюченные пальцы потянулись к Айрин, и княжна, не думая больше ни секунды, взяла духа за руку.

В ее душу вцепились призрачные когти, вой и рев заполнили сознание. Она даже не услышала, как упало на пол освобожденное тело. Инстинктивно зажимая уши, Айрин опустилась на колени.

«Рунар», — мысленно звала она изо всех сил, а наяву не издавала ни звука.

Кольцо заледенело в ее ладони. Она сосредоточилась на одной единственной мысли — чтобы не стало проклятой руны, и магией расплавила ее. Металл потек по пальцам и запястью, попал на рукав и юбку. Одежда тут же почернела и занялась пламенем.

Рев стих, остался только гул, похожий теперь на осиный рой, и боль от фантомных ран. Раскаленные капли продолжали падать, нестерпимо завоняло паленой шерстью. Только теперь Айрин пришла в себя достаточно, чтобы изо всех сил крикнуть:

— Рандор!

Рунар примчался на ее голос, едва не споткнувшись о распростертую посреди прохода Аглаю, и затушил огонь магией, затем прижал к себе Айрин.

Она цеплялась за него одной рукой, а на вторую, которую точно потеряла навсегда, боялась даже смотреть.

— Айрин, твоя ладонь, — потрясенно выдохнул Рунар, — такого просто не может быть!

Ее кисть оказалась цела: металл начал застывать, плотно обхватывая совершенно здоровые пальцы. Еще не до конца веря, княжна счистила мягкое горячее железо и обнаружила под ним слегка покрасневшую кожу.

— Я не использовала руны, так как же…

Она настороженно осеклась, когда маг залез ей за пазуху и вытащил из внутреннего кармана куртки один из ее колдовских огнеупорных платков.

— Фуркрат защитила меня?