Алая птица
Шрифт:
— Этот платок определенно имеет магические свойства.
— Это мы и так поняли! — снова завопил мальчишка, но Рунар предпочел его проигнорировать.
— Вчера вечером я обнаружил похожий узор на этой вещи, — он достал из-за пазухи свой платок, скрываться больше не имело смысла, — и сразу же начал изучать ее: в королевской библиотеке нет ничего похожего, я полагаю, это руны, которые по незнанию попали в руки к неопытному магу.
— Считаете мага неопытным? — влез Лорд-Маршал. — А вдруг он специально подложил оружие? Никто не заподозрит какой-то платок в массовом убийстве высокопоставленных лиц!
— Вы сказали, руны? — подскочил лорд Инглот. — Руны используют только эскальтские колдуны! Неужели кто-то из них выжил?
— Я почти полностью уверен, что она не подозревает о своих способностях, — начал Рунар, но его снова перебили, на этот раз Лорд-Канцлер:
— Она? Так вы нашли виновную?
— Пока нет, — терпеливо пояснил он, взвешивая на воображаемых весах каждое слово. Потому что на чашах лежала его репутация. И руки. — Но я точно уверен, что девушка в городе и продавала магические платки неумышленно. Иначе бы она отправилась в центральную часть ярмарки.
— Неужели? — не унимался Инглот. — А вдруг она это предвидела? Ждала, что вы придете, знала, что за вами потянутся все столичные придворные?
— Маршрут выбирал лично Его Величество, — ровно ответил Рунар, отводя от себя этот выпад. — И вряд ли она владеет искусством предсказания по картам, а иного способа заглянуть в будущее не существует.
Король задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику трона.
— Рунар, я даю тебе два дня на поиски. Изготовление и распространение магических предметов без специального разрешения запрещено и карается по всей строгости, без исключения. Нам не нужна паника, особенно перед приездом шарибцев. — Тот молча поклонился. — Приведи себя в порядок и приступай. Можешь подключить стражу, но не поднимай шума.
— Ваше Величество! — выступил потерпевший. — Мой сын едва не погиб, а вы позволяете ему уйти? Из-за его халатности мы едва не лишились дома!
— Уверяю, герцог, как только виновница будет поймана, Совет рассмотрит дело еще раз и вынесет справедливый приговор, как для девушки, так и для Придворного мага.
Советники зашушукались громче. Кто-то, не скрываясь, потер руки.
— Ваше Величество, — один из них едва не распластался по полу в поклоне, — Вы рассмотрели мое прошение? Мой сын — подающий большие надежды маг, и если бы он был здесь, этого возмутительного инцидента…
— А мне доложили, что ваш сын, лорд Дартор, подающий надежды карточный игрок и частый гость красного квартала.
Советник бросил испепеляющий взгляд в сторону Рунара, сразу вычислив королевского осведомителя. Тот едва сдержал злорадную улыбку.
Король покачал головой и раздраженно махнул пальцами, унизанными массивными перстнями.
— Аудиенция окончена. Вина мне!
Рунар нашел в себе силы учтиво кивнуть герцогу Варнарри и его орущему отродью, хотя предпочел бы подпалить обоим жиденькие бороденки, а затем уверенным шагом покинул зал. Его хватило ровно на половину пути. Он застыл, как вкопанный, и ударил кулаком в стену, совсем не чувствуя боли. Воздух вокруг него слабо мерцал от магического напряжения.
Девчонка ни при чем. Ее вина заключалась в том, что она была глупой селянкой. Возможно, в роду были маги, и дар проявился через много поколений. Но руны… Руны означали Эскальт. Эскальт означал демонов.
— Узор с огненной птицей, — пробормотал он и посмотрел на свои руки. Пальцы мелко дрожали.
Глава 6
Эхо севера
Вскоре Айрин набрела на приличный постоялый двор рядом с ярмаркой. Кровать была узкой и неудобной, но ей и не приходилось рассчитывать на барские хоромы: сбережения без того таяли на глазах.
Девушка стащила с головы платок и задумалась о судьбе Гуго. Следовало признать, у нее не было будущего с ним в Дубовом Перевале. В селе ее держало глубокое чувство вины, выросшее из не находящей выражения благодарности. Больше всего на свете Айрин желала отплатить семье за кров и еду, за возможность жить без страха, а отплатила позором, воровством и… убийством.
Она спрятала лицо в ладонях. Когда все закончится, она клянется, даст им столько серебра и золота, чтобы хватило на спокойную жизнь в любом уголке известного мира! Если до этого ее не поймают маги или церковь.
Решение о найме в замок могло стать или самым глупым — и последним — или самым мудрым в ее жизни. Айрин ссутулилась, чуть пригнув голову, подражая сельским девушкам. Бабушкины уроки следовало хранить в тайне до поры до времени. Аристократичные замашки могли привлечь нежелательное внимание, что в купе с нетипичной для южан внешностью могло сыграть с ней злую шутку.
— Терпение и смирение, дорогая, — невесело напомнила себе Айрин, задумчиво перетасовала колоду и пробормотала одно из любимых бабушкиных слов: — Безрадостно! Силы природы, Всевидящий, духи… все, кто может. Поведайте, что меня ждет.
Хрупкое пламя затанцевало на фитиле. На пол упали уже знакомые арканы. Айрин подняла последнюю карту. Маг. Тогда на ярмарке король назвал его имя, но, как она ни ломала голову, не смогла его вспомнить. Что-то такое рычащее и грозное. Такое имя подошло бы воину, а не холеному господину. Она пообещала себе: если еще раз услышит его, запомнит навсегда!
Рунар потратил час на то, чтобы спокойно поесть в покоях и привести себя в порядок. Было глубоко за полдень, но он приказал себе не торопиться. Лучше пусть его вздернут за измену королевства, чем он заявится в Академию Магии, как какой-то голодранец.
Первым делом он решил наведаться в архив. Так он сможет с пользой провести время до вечера, а там останется проверить городские темницы.
— Что-что вы ищете? — архивариус прыснул в кулак. — И зачем господину Придворному магу выпускная работа Слабоумного Лу?
Про бывшего однокурсника Рунар вспомнил во время завтрака. Лу всегда увлекался древними сомнительными текстами. Про него ходили разные слухи, одни хуже других. Говорили, что его перестали пускать в библиотеку, после того, как несколько книг оказались изляпаны кровью. А когда-то барон Олимандер подавал большие надежды. Пока не тронулся умом.
— Так она у вас есть?
— Шутите? Ее же прямо на защите сожгли экзаменаторы, — расхохотался библиотекарь. — Вот у него рожа была! Все блеял, как баран! Уж шесть лет прошло, а все не забуду.
Рунар сдержал порыв бросить ему в лицо огненное заклинание. Тупые люди с каждой секундой раздражали его все сильнее.
Не прощаясь, он покинул здание архива и остановился. Раньше он был частым гостем в родовом поместье Лу, но слышал, что оно ушло с молотка, и тот поселился в особняке у пристани.