Чтение онлайн

Реджинальд хмуро взирал со своего балкона на рокочущее небо.

— Как, во имя Всевышнего, ты это допустил?

— С юными магами подобные стихийные всплески порой случаются. Однако, я не предполагал, что Айрин способна на них. Она не проявляла особых умений во время наших занятий.

— До меня дошли слухи, какого рода эти занятия. Я бы предпочел, чтобы ты помнил про закон и учил ее магии, а не постельным играм.

Рунару стоило больших усилий удержать лицо. Вздорная селянка уже не доводила его до белого каления так, как раньше, но стоило Рунару поймать ее упрямый, отчаянный взгляд, как он тотчас ощущал себя охотящимся на девственниц чудовищем.

Кажется, он перестарался со сплетнями.

— Пустые домыслы, Ваше Величество. Я намеренно распустил несколько слухов, чтобы отвлечь внимание от принцессы…

Король звонко хлопнул ладонью по перилам.

— Моя Мериэл — невинный цветочек! Как ты мог допустить даже мысль о ее порочности?

— В мире хватает злых языков, Ваше Величество. Уверяю, все мои действия направлены лишь на благо короны и Ее Высочества.

— Смотри у меня, — Реджинальд сурово погрозил магу пальцем. — Шарибцы свято чтят невинность.

— Именно поэтому пусть все вокруг болтают про безродную селянку. Люди любят сказки.

— Чем чесать языком, лучше позаботься о дожде. К приезду делегации все должно быть подготовлено идеально. От этой свадьбы зависит будущее Рейненберна! С каждым годом терпеть показное превосходство Шариба и Аймаррских Городов становится все мучительнее. Пираты поставили форт в разрушенной крепости на юго-восточной границе. На мачтах кораблей видели флаги Суртамана. Я собираюсь поднять этот вопрос на Совете. В твоих интересах не проспать его в обнимку со служанкой.

— Что-то еще, Ваше Величество?

— Не опозорься перед шарибским волшебником.

Фани шепотом передавала Айрин, от греха подальше затаившейся в своей комнате, каждую подслушанную подробность о затяжном дожде. Во дворце придерживались версии о неудачном эксперименте Придворного мага, а особо впечатлительные утверждали, что Рунар вызвал дождь из-за ревности к своей ученице, якобы получающей особые знаки внимания от принца.

Сама Айрин, в этот момент умывавшая лицо, едва не утонула в тазу с водой.

Когда потоп грозил смыть замок со скалы, небо очистилось. Это преподнесли как совместные усилия ректората Академии и Придворного мага, а на деле почти три дюжины магов несколько суток меняли воздушные потоки, чтобы рассеять тучи.

Все, включая Айрин, знатно получили по шапке. Из-за манипуляций с ветрами проливной дождь у самой земли превращался в лед, поэтому вся территория замка с окрестными садами превратилась в один сплошной каток, где с удовольствием играли дети прислуги. Позже к ним подтянулись и знатные отпрыски, после чего у придворного лекаря прибавилось работы.

В один из относительно тихих вечеров Айрин тихо прокралась по полупустым коридорам к облюбованной садовой беседке в зарослях снежноягодника. Неряшливое растение, разросшееся почти до украшенной завитушками крыши, удостоилось чести укорениться в королевском саду исключительно за свой розовый оттенок, столь любимый королевой. Нечто похожее обитало в подлесках рядом с Дубовым Перевалом, только с белыми, как снег, ягодками, которые появлялись с первым снегом. Айрин сорвала одну — ярко-розовую — и смяла в пальцах. Почти все растения в саду приняли ее магию за слишком раннюю зиму, от чего садовникам пришлось изрядно попотеть, чтобы спасти жизнь особо прихотливым.

С собой девушка взяла прочитанные вдоль и поперек Легенды Ледяного моря. Сказки про неведомые северные земли возвращали ей душевный покой. Каждый раз раскрывая книгу на случайно выбранной истории, Айрин представляла, как правит рыбацкой лодкой и вылавливает из моря волшебного рогатого дельфина. Вода вокруг студеная и черная, как сама ночь, а если свеситься за борт, можно разглядеть в глубине зеленые огоньки угольных удильщиков. Или она поднималась на гору Перфеласиль вместе с отрядом искателей вечно зеленой долины, в сердце которой рос ясень, соединяющий загробный и земной миры. У его корней бродили три могучих вепря, хранителя жизни, а на ветвях дремали два ворона, хранителя мудрости. В народе ходила легенда: если преподнести вепрям ломоть хлеба и крынку кваса, а воронам горсть зерна и горсть земли с порога отчего дома, то путнику дозволялось услышать ответ на любой вопрос.

Порой ей попадались истории об алчных королях, вместе с королевством обращенных в камень, о принцессах, навеки заточенных в башни посреди вечнозеленых лесов под охраной лафэй — высоких человекоподобных существ с бараньими рогами и птичьими крыльями вместо рук. О воскрешенной деве из озера, посреди которого возвышается остров с развалинами замка, скрывающего несметные богатства. Стены того замка выстроены из серебряных кирпичей, в окнах витражи из драгоценных камней, купола отлиты из золота, а в садах растут цветы с прозрачными листьями, способными вылечить любую болезнь. В сердце замка стоит трон из тысячи мечей, который охраняет спящий крылатый змей, покрытый неуязвимой чешуей. Когда-то он был принцем с чистой душой, но со временем его одолела гордыня, и он пожелал все богатства мира. Разбив тысячи армий, разграбив сотни королевств, принц озлобился и в самых близких людях стал видеть лжецов, воров и предателей. Однажды его невеста попросила подарить ей бусы из речного жемчуга, которого в озере вокруг замка водилось больше, чем песка. Принца охватил страх, что невесте нужны его богатства, и в порыве безумия он пронзил ее грудь кинжалом. В тот же миг она обратилась озерной богиней и превратила жениха в змея, до конца времен заточив в его собственном серебряном замке, а сама стала бессменным стражем тех земель.

Неоднократно Айрин возносила хвалу неизвестному благодетелю, сохранившему книгу северных легенд. Однако ей горько было осознавать, что небольшой томик, с легкостью прятавшийся у нее под подушкой — все, что осталось от Эскальта, занимавшего половину рейнского материка.

Устроившись на узкой скамейке, она наугад выбрала страницу и углубилась в чтение, как вдруг услышала возбужденный женский голос. Поначалу она не разобрала слов и невольно пригнулась, опасаясь быть застигнутой врасплох. Рунар не запрещал ей выбираться в сад, но прямо сейчас не хотелось попадаться на глаза ему или кому-то из знати — слишком свеж был в памяти королевских гнев, который наставнику немыслимым образом удалось увести непосредственно от Айрин, поэтому она бы предпочла уйти незамеченной.

Любопытство пересилило, едва она узнала говорившую. Возгласы совершенно точно принадлежали принцессе Мериэл. Ее голос дрожал от радости и напряжения, в то время как собеседник умолял вести себя тише. Что принцесса делала ночью одна в саду в такой холод в компании мужчины, будучи помолвленной с кронпринцем Шарибской Империи?!

«Точнее, что, кроме очевидного?» — мрачно подумала Айрин.

Ей совсем не улыбалось становиться свидетельницей тайного свидания, ставившего под угрозу мир между Рейненберном и Шарибом. Пробираясь между туями — слава Всевышнему, широкими и густыми — она не могла думать ни о чем, кроме того, что любовнички легко смогут свалить на нее все грехи, если заметят. Интересно, палач заточит топор перед казнью? Она слышала, что если лезвие затупилось, одного удара могло не хватить.

К ее невероятному облегчению, ничем греховным принцесса не занималась. Не считать же грехом ерзанье на чужих коленях? Хотя, сама Айрин еще ни на чьих коленях не ерзала, так что с уверенностью судить не могла.

В кустах было сыро от выпавшей росы, но она упрямо поползла дальше, пока не оказалась прямо напротив скамейки с влюбленными. Вечерний полумрак и затылок Мериэл не давал в подробностях рассмотреть ее спутника. Принцесса бросилась ему на шею и впилась в губы так жадно, будто хотела как минимум откусить парню язык.