Чтение онлайн

Тишина наступила так резко, что многие испугались, что они внезапно оглохли.

— Я обманул Великие Ветры, — гордо заявил чёрный маг, пока ещё остававшийся для всех героем, — отдав им часть души — способ, используемый шаманами риксов при лечении душевных болезней, вызванных проклятиями. Так как я избавился от той части себя, которая, по мнению предков, была идеальной, она оказалась в потоке Великих Ветров, отсюда и заблуждение, что я погиб.

— Обман священных сил — самое ужасное преступление! — Скентия вспыхнул гневом, красивым, обжигающим, завораживающим, но всё-таки гневом, мгновенным выбросом направив на Виктора жезл, а посох занеся над головой. — Да тебя за это…

— Священная сила предков, когда к власти приду я, не будет иметь никакой ценности, — посох Эвиланы опустился на жезл элементалиста, — оставаясь лишь учебником истории, живыми летописями, памятью, которая, впрочем, не сможет нам ничего, кроме фактов, дать, ведь прежние ценности не только устареют, но и станут совершенной глупостью. К тому же предки сами позволили себя обмануть, а вы считаете Ветры образцом мудрости.

Скентия убрал жезл, но не опустил руку вниз, а резко поднял вверх, сбросив со своего оружия посох ведьмы, и только потом она плавно (даже слишком) вытянулась вдоль туловища, гневный оскал вновь стал неизменной ухмылкой-полуулыбкой.

— Мы вас оставляем. Хидаар, — Эвилана подманила к себе льва-монстра, на площади образовалась давка, когда народ кинулся в разные стороны, чтобы не попасть под лапы гиганту, — будь вежливым, попрощайся с горожанами.

Он издал рык. Несильный, но эффект от этого не стал менее жутким…

Та часть толпы, на которую монстр зарычал, рассыпалась в чёрную пыль, и никто не успел даже вскрикнуть. Дематериализующая волна пролетела, превратив в мельчайшие частицы несколько старинных зданий, в стенах которых свершалось много маленьких историй, каждая из которых по-своему повлияла на жизнь Чёрных Гаваней, и несколько десятков людей с уникальными судьбами, ещё недостроенными, вместе бы образовавшими миллион разных миров, — и ударила в храм, где священная магия не раз воскрешала жителей Альданы. Взрыв был беззвучный, как и всё движение волны. Только частиц разлетелось от него гораздо больше.

Ведьма с монстром и слугами прошла через образовавшуюся пустоту, завернула за угол. Людей и демонов видно не было, а огненная грива Хидаара никак не исчезала, пламя подёргивалось над невысокими крышами, которые не могли её скрыть.

— От них ничего, ничего не осталось, — прошептала Атегрель, молодая жрица, которую вместе с двумя священниками позвали на место трагедии.

— Что с ними станет? — женщина, стареющая на глазах, схватила её за руку. — Они попадут в царство мёртвых?

— Не могу сказать, простите, — Атегрель судорожно втянула в себя воздух, она уже начинала плакать, с каждой щеки сорвалось и разбилось о землю несколько слезинок. — Если душ нет, то нечему туда лететь…

— Вы проведите Обряд Упокоения, пожалуйста, не может ведь быть, чтоб души исчезли сами по себе, — не унималась женщина, потерявшая двух сыновей.

— Значит, такое реально, — попытался объяснить ей священник по имени Стиф. — Нет на этой улице душ, мы их не чувствуем, что тут сделать?

— Может, они разлетелись по городу? — несчастная совсем повисла на жрице.

— Леди, это был абсолютно новый вид магии, изобретение Эвиланы Армад, теперь нам надо принять то, что души иногда пропадают, — срывающимся голосом произнёс другой священник, Феаджер.

— Вот ещё! Никаких «принять»! — толпа дала дорогу Скентии, который куда-то уходил вместе с Фробениусом, а теперь возвращался один. — С таким монстром леди Армад легко держать нас в страхе и этим полностью подчинять, поэтому, если мы решим взбунтоваться, она с нами не справится, так как никаких вариантов действия на этот случай у неё не найдётся.

— Скентия, я бы очень хотел довериться вам, но что мы можем против этого монстра… Как она его назвала… Хидаара, — вздохнул кто-то.

— На границе эпох всё меняется стремительно, — изрёк старейшина. — Что бы ни говорили про Великие Ветры, духи мудрейших предков — они нам помогут, если мы захотим. Все со мной согласны?

Кое-где в толпе раздалось невразумительное, вымученное бормотание, но Скентия и не рассчитывал на то, что горожане моментально настроятся на победу.

— Для начала я хотел бы, чтобы исследователи, последние полгода посвящавшие себя идее уничтожить источник зла и оказавшиеся в нескольких шагах от цели прежде, чем им так помешали, снова отправились в пещеру, посмотрели, осталось ли что-то от источника или вся его магия ушла в монстра. Ага, одного из них я вижу, — элементалист заметил в толпе Томаса, тот спорить не стал, вышел к нему, потянув за собой Дашку и Клавьера.

— Нам прямо сейчас туда идти?

— Я не думаю, что там осталось так много опасностей. Идите втроём, да, сейчас, — спокойно распорядился Скентия.

— Хорошо… Да, — Томас понимал, что старейшина был прав, но неясный, непонятной природы страх препятствовал тому, чтобы без лишних разговоров выполнить то, о чём просит элементалист.

— Если хотите, с вами ещё кто-нибудь пойдёт. Например, он, — Скентия вытащил из толпы какого-то парня чуть старше двадцати лет, высокого, на вид крепкого и сильного, имевшего при себе арбалет и два кинжала. — Как тебя зовут?

— Лемиран, — растерянно ответил он.

— Отлично. Лемиран составит вам компанию, — Скентия подтолкнул его в спину. — Через десять минут собираем Совет Города, — отдал он распоряжение и развернулся уже, чтобы уйти, но кто-то крикнул:

— В полном составе Совет не явится, Рида и Кордеус после этой трагедии уже не с нами.

— Зовите Феберру, Ворматиса, Антию и Сафитера, — Скентия даже не задумался. — И я желал бы видеть на заседании Николаса Гриффина. Думаю, к утру у нас появится идея, и в десять часов мы объявим вам.

— Кажется, в королевстве снова начнётся война, — посетовал Лемиран.

— Не хватало ещё, чтобы этот выскочка возглавлял армию против Армад, — послышалось где-то сердитое женское восклицание.

— Это почему? — возразил ей голос помоложе, совсем девичий. — Он изобретателен, умён, решителен и, несмотря на возраст, мудр.

— Война слишком грязна для красавчика Скентии, — поддержал женщину какой-то парень, — и действия его никто не сможет оценивать, открыв рот и распахнув глаза от восхищения, а без этого он и пальцем не пошевелит.

— Пойдёмте уже, — Дашка, не любящая споры, а тем более склоки, кинулась пробираться сквозь толпу, впрочем, особо ей не препятствующую.

Спохватившись, что подруга уходит, Томас и Клавьер нырнули в кучу народа за ней, Лемиран поторопился за ними, до последней секунды явно сомневаясь, сопровождать ли эту троицу или нет.

— Как бы среди горожан стычки не начались, — покачала головой Дашка, когда друзья вырвались на другую улицу; крики на площади были слышны и здесь.

— Из-за Скентии? — вдруг спросил Лемиран. — Не беспокойтесь, большая часть горожан его любит, противников мистера Ринхафта они числом подавят.