Чтение онлайн

а) Существовавшие на заводах Отделы Подготовки производства на всех заводах были расформированы, кадры квалифицированных технологов и конструкторов-инструментальщиков распущены или использовались не по назначению и на второстепенных работах.

б) Подготовка производства, как правило, отставала от запуска на 6 и более месяцев на всех заводах Главка.

в) инструментальные цеха находились в запущенном состоянии (малы по мощностям и некомплектны по оборудованию) – программы по инструменты составлялись так, что изготовляли инструмент на снятые с производства изделия (заводы №№ 192, 209). При острой недостаче специнструмента цеха работали в одну смену.

г) Перспективами внедрения новой, стахановской технологии, обеспечивающей снижение трудоемкости на изделия, никто не занимался.

д) Отсутствовали по цехам единая технологическая документация и ее учет, а также передача опыта и изучения стахановской работы

Такое положение с технологией по заводам привело к полному отсутствию технологической дисциплины, к самотеку и кустарщине в производстве». <…>

В течение 1938 г. на основании приказа № 103 на заводах была проведена перестройка работы, организованы отделы главного технолога и конструктора (там, где их не было), обеспечившие начало организации производства. Это, в частности, помогло и заводу № 206 выйти к 1939 году с подготовленными заделом.

Для родного А.И. Шокину завода № 205 1938 год по отчету директора В. Левши «явился годом подъема производственной деятельности завода, – развития технической мысли, – укрепления производственной и технической дисциплины, годом окончательного освоения серийного производства одной из сложных и трудоемких схем для морских объектов.

Годовой выпуск товарной продукции в 3,37 раза превысил фактический выпуск ее в 1937 г., полностью была выполнена программа по морским объектам [ «Мине-7»], по которым при всей напряженности сил в 1937 г. завод не мог изготовить ни одного объекта. Завод выполнил программу по системе «С-2», для производства которой пришлось преодолеть ряд значительных трудностей технического, технологического и производственного порядка, выпущен ряд новых опытных образцов, в создании которых принимали участие, помимо опытного цеха, все производственные единицы завода» [139] .

Чтобы достигнуть таких результатов, пришлось перестроить работу завода в области разработки и корректировки конструкторской и технологической документации в соответствии с приказами наркома оборонной промышленности №№ 103, 249 и 232 и 20-го Главного управления НКОП № 9 и 29. Вместо разбросанного по отдельным цехам технологического аппарата, чья технологическая документация вызывала многочисленные изменения, исправления и большой брак в производстве, был создан отдел главного технолога, где сконцентрировали всю разработку технологического процесса с полной увязкой с заводским оборудованием и чертежами технического отдела.

Технический отдел, в свою очередь, был разделен на 2 отдела: главного конструктора и отдел обслуживания текущего производства. Задачей первого являлась разработка новых объектов производства, модернизация изделий текущего производства и обслуживание изготовления опытных образцов. Задачи второго определялись его наименованием – обслуживание текущего серийного производства.

«Кадры решают все», – говорил тов. Сталин. Это легло в основу работы руководства завода в деле подбора, обновления и укрепления руководства цехов и отделов. Троекратная смена руководства завода за период 1937—38 г. повлекла ряд перемещений в руководстве отдельными цехами, порой весьма неудачных (Белянский, Червяков и др.), поэтому еще в начале года пришлось заново пересмотреть руководящие технические силы цехов и кадры на укрепление их черпать из состава работников завода. Из среды инженеров, мастеров и рабочих-стахановцев были выдвинуты на руководящие посты люди, впоследствии целиком и полностью себя оправдавшие» [140] .

В 1938 г. заводом были изготовлены образцы новых приборов оборонного значения, часть из них – впервые не только в СССР, но и за рубежом. К ним помимо торпедного автомата стрельбы ТАС относили силовую синхронную самосинхронизирующуюся передачу СССП и электрическую машинную силовую синхронную самосинхронизирующуюся передачу ССП; легкий звукоулавливатель ЛЗ, спиральный пост управления ПУ; ЗАС «Вест» на переменном и постоянном токе, а также облегченную телефонную передачу «Сирена» [141] . Выступая на заседании Военного совета при НКО, прошедшем 21–27 ноября 1937 г., начальник УПВО РККА командарм 2-го ранга А.И. Седякин довольно высоко оценивал возможности зенитной артиллерии:

«Что говорит опыт сражений современной войны в Испании о возможностях противовоздушной обороны средствами истребительной авиации и зенитной артиллерии? Вы прекрасно знаете, что истребитель является грозным врагом против любых типов самолетов. Но только теперь мы узнаем, какую громадную роль в противовоздушной обороне играет зенитная артиллерия.

Наша зенитная артиллерия – пушка 1931 г. с прибором «ВЕСТ» – вполне современное оружие; она дает значительную эффективность на высотах до 5–6 тыс. метров. Эта пушка обладает также достаточно высокой меткостью, достаточно высокой скорострельностью, чтобы наносить действительные поражения авиации, чтобы создавать непреодолимые для авиации огневые заграждения. Недостаточно мощен снаряд – по калибру и поражающему действию.

Большую вспомогательную службу для ПВО-пунктов должны будут выполнять в ночных боях прожектора и звукоулавливатели. Звукоулавливатели являются главным образом средством артиллерийским для стрельбы ночью и в облачную погоду по звуку невидимой цели. То, о чем здесь говорил мельком Воронов, о необходимости для зенитной артиллерии стрельбы по звуку, стрельбы по звучащей, но невидимой цели, является еще не решенной, весьма важной задачей. Особенно в наших условиях, когда и днем не всегда будет достаточная видимость для стрельбы с оптическим дальномером, а тем более в ночных условиях стрельба со звукоулавливателем будет иметь решающее значение.

Опыт целого ряда учений показал, что ночью стрельба по самолетам с прожекторами имеет ту невыгодную сторону, что прожектора помогают врагу в бомбометании, пока лучи шарят по небу в поисках цели. Если же и ночью вместо прожекторов применять только звукоулавливатели, чего наша зенитная артиллерия еще не умеет, тогда демаскировки обороняемого пункта не будет. В этом году под Ленинградом в одном из зенитных артиллерийских полков мы провели серию опытных учений со звукоулавливателями. Выяснилась полная возможность вести огонь батареей с помощью звукоулавливателя с достаточной меткостью по цели, летящей со скоростью 70 м/сек.» [142] . <…>

Однако план по валовой продукции заводом № 205 выполнен не был, что объяснялось главным образом «недостатком рабочей силы, а также неудовлетворительной системой организации производства и планирования, в результате чего при недостатке рабочей силы имели место простои и сверхурочные, особенно в сборочных цехах» [143] .

Начальник артиллерии РККА комкор Н.Н. Воронов: «Вопрос стрельбы зенитной артиллерии по звуку нужно изучать и это дело разрабатывать. У зенитчиков большая задача – научиться ведению огня по штурмующей авиации. Много трудностей в деле обучения, но много трудностей мы имеем в зенитной артиллерии из-за несовершенства приборов управления и нужных звукоулавливателей».

Завод № 212 был один из лучших по главку, выполнивший задание по оборонной продукции в «ценностном выражении» на 105,4 %, а по сравнению с 1937 г. на 149,1 % при 100 % выполнении графика тов. Тевосяна по продукции особого назначения, и все остальные работы, вошедшие в утвержденный Правительством график, были выполнены. Однако и здесь план по ассортименту был выполнен на 96,4 %. Среди невыполненных 5 позиций были схемы ПУС «Баррикада 3», «Акур» и по гироскопии «Курс-11».