Чтение онлайн

Внутренний двор был обсажен кустарниками, завезенными из дальних стран. Посредине газона били фонтаны, рассеивая во все стороны прохладные водяные струи. Широкая дорожка вела к центральному входу в здание дворца, у его ступеней застыли изваяния двух каменных львов.

Стражи подняли копья в знак приветствия хилиарху.

Каждый раз, проходя через залы царского дворца, Селевк понимал, почему Александр остался в Вавилоне: побежденный Восток своей роскошью покорил своего победителя.

Два личных телохранителя регента, несших караул перед входом в его покои, расступились, освобождая дорогу.

Селевк стремительно вошел. В кабинете Селевка ждали, помимо Пердикки, его ближайшие советники Пифон и Полемон.

Пердикка резко сказал:

– Читай, Селевк. Ты ведь, кажется, тоже мечтаешь поскорее стать сатрапом одной из лучших провинций. Даже роль второго лица в государстве тебя не очень прельщает.

Селевк быстро прочитал протянутое ему Пифоном послание Антигона.

Пердикка, Пифон и Полемон не отрывали от него своих взглядов, но Селевк не торопился начинать разговор.

Не выдержав молчания хилиарха, Пердикка в бешенстве закричал:

– Твой близкий друг Антигон осмелился ослушаться моего приказа!

– Антигон никогда не был моим близким другом. Он был для нас всех товарищем по походу, – спокойно возразил Селевк.

Спокойствие Селевка раздражало Пердикку, гнев переполнял его.

– Вы все, и ты в том числе, мечтаете о самостоятельности, забывая, что самостоятельность угрожает целостности государства. Антигон немедленно должен предстать перед военным судом.

– Мне донесли, что его уже нет во Фригии, – доложил Полемон.

– Разыскать немедленно, – бросил Пердикка и взглянул на Селевка. – Селевк, запомни! Антигона необходимо навсегда изгнать из Фригии!

Полемон, с недоверием относящийся к Селевку и прекрасно осведомленный о его дружбе с Птолемеем, произнес:

– Антигону на помощь тут же придет Птолемей со своим войском. Тем более, что идея о самостоятельности сатрапий принадлежит ему.

– Значит, уничтожим и Птолемея и всех, кто с ним. Я не сомневаюсь, что именно Птолемей зачинщик заговора по разрушению государства, – резко оборвал рассуждения Полемона Пердикка. – Знай, Селевк, и сообщи об этом Птолемею, своему другу: все военные силы до единого воина и военачальника находятся в моем распоряжении!

– Вот это-то сатрапам больше всего и не нравится, – напомнил Полемон.

Глаза Пердикки сурово блеснули. Его раздражало молчание Селевка.

– Ты тоже вместе со своими друзьями готовишься предать интересы государства?

– Нет, я буду бороться с теми, кто пытается ввергнуть государство в пучину бедствий, – твердо ответил Селевк.

В разговор неожиданно вступил Пифон:

– Ну это как посмотреть! Сатрапы думают, что мы ввергаем государство в хаос, а они претворяют в жизнь идеи Александра.

Полемон рассмеялся:

– Так у нас скоро появится много царей и все захотят быть как Александр.

– Пока я регент, этому не бывать, – уверенно произнес Пердикка. – На днях должен появиться на свет сын великого царя – наследник престола.

Регент обвел всех властным взглядом, отдавая распоряжения:

– Пифон, немедленно разыщи Антигона.

– Полемон, проследи, чтобы Антигона живым доставили в Вавилон.

– Селевк, завтра же отправь сатрапам послания. Напомни, что все войска находятся в распоряжении государства и должны служить царскому дому. Малейшее неповиновение будет жестоко караться…

Ночь опустилась на город, принеся мягкую прохладу. В темно-синем бархатном небе сияли мириады ярких звезд. На душе Селевка, возвращающегося из царского дворца, было неспокойно. Угроза в адрес сатрапов вызвала у него озабоченность. Пристально следящий за каждым его шагом Пифон в ближайшее время обязательно раскроет тайную связь Селевка с Птолемеем, Лисимахом и Леоннатом. Им всем рано или поздно придется убрать с дороги Пердикку. А что делать? Значит, так тому и быть. Вспомнив о друзьях, Селевк почти физически ощутил их защиту и вдруг снова стал самим собой: мужественным воином, умеющим вести непримиримую борьбу, способным противостоять любым неблагоприятным обстоятельствам. Битва с Пердиккой не будет для него единоборством. С ним Птолемей, чья мудрость внушает уверенность и спокойствие. С ним Лисимах и Леоннат, которые своевременно придут на помощь. Селевк не сомневался, что к ним присоединится и Кратер. И, наконец, Апама! Апама любит его, и эта любовь поможет ему преодолеть любые превратности судьбы.

Этой ночью Селевк окончательно уверился: только здесь, в Вавилоне, находится ключ к его будущему.

В лунную ночь, в самом начале осени, в царском дворце, где лежало забальзамированное тело Александра Великого, родился наследник престола.

Лекарь, поднявший на руках извивающееся тельце, крошечное и бесценное, которое должно было принести мир в разваливающееся на части государство, на нетерпеливый вопрос царицы радостно ответил:

– Сын!

Войсковое собрание еще до рождения нарекло младенца Александром Четвертым. Он родился светло-рыжим, солнечным, как и отец.

Но даже рождение долгожданного сына не смогло изгнать из души Роксаны пустоту, смятение и страх.

– О Александр, зачем ты покинул меня? – часто шептала царица.

Память неотвратимо уносила ее в прошлое, в дни юности. Она словно вчера слышала мелодию свадебной песни. Но Александр никогда не придет. Смерть царя – неожиданный удар, от которого разрушилось то, что казалось незыблемым. Честолюбивые замыслы, страх, подозрительность, недоверие в одночасье выползли на свет. Теперь надо было опасаться всех.

«Ни один трон не слаб так, как тот, который занимает дитя», – услышала Роксана однажды фразу, произнесенную Кассандром. Эта фраза не выходила у нее из головы.

В покои вошла кормилица с ребенком на руках, запеленутым в пурпурное, расшитое золотом покрывало.

Роксана склонилась над сыном и, словно молитву, тихо-тихо прошептала:

– Ты должен понять, что ты царь, один-единственный!

Но после смерти Александра стало слишком много тех, кто с этим не соглашался. Роксане был ясен зловещий блеск, который она все чаще и чаще замечала в глазах диадохов. Высоко вознесенные ее мужем, они желали встать еще выше. Это была жажда власти. Роксана, приказав убить Статиру, знала, насколько эта жажда страшна и опасна.

Надежды на безопасность сына и себя царица возлагала на регента Пердикку. Когда он подошел к ее ложу, чтобы поздравить с рождением сына, Роксана приказала:

– Пердикка, усиль охрану у покоев наследника престола.

Занимался рассвет.

Посветлело на востоке, забрезжило на севере, западе и юге; настало утро, пронизанное золотистыми лучами солнца. Над крышами царского дворца взметнулись ввысь стаи белых голубей.

В храме Великой матери, примыкающем к дворцу, с утра пылали светильники, курились кадильницы. Величественные стены уходили ввысь, внушая людям благоговение перед богиней Нинмахой, плодоносное чрево которой являлось источником всего сущего на земле.