Чтение онлайн

– Вы очень самоуверенны, сэр, - с легким скепсисом произнес Гладстон.
– Я знавал министров иностранных дел Великобритании, которые заканчивали свои дни в подвалах Кремля…

– Александр уже не тот. Мне кажется, что былые победы его очень сильно расслабили. Он больше уже не тот молодой и опасный медведь, которого вы помните и боитесь.
– Усмехнулся Арчибальд.
– Он очень любил свою жену. Слишком любил.
– Примроуз снова улыбнулся.
– Кроме того, вы, я надеюсь, помните, что в прошлом году у меня получилось наладить взаимовыгодный контакт с несколькими сотрудниками его администрации. И сейчас я могу сказать, что на данный момент один из этих людей оказался у нас на крючке. Из близкого окружения, кстати. Не за горами и другие.

– И как зовут вашего агента?
– Скептически спросил Гладстон.

– Сидни Шоу [36] , - улыбнулся Арчибальд.

– Вот как?
– Вернул улыбку Гладстон.
– Вы не напомните мне, в каком ведомстве он работает? Я что-то запамятовал. Или Его Императорское Величество стал набирать англосаксов на ответственные посты?

– Ну что вы, Александр верен себе. Англичанину или явному англофилу проще родиться обратно, чем продвинуться по службе в его администрации. Сидни Шоу - это псевдоним. То, где и кем работает этот человек зафиксировано в его личном деле, которое имеет самый высокий уровень секретности. Во всех обсуждениях и прочей документации мы употребляем только псевдонимы. Это правило было введено по опыту работы с русскими разведками. Иначе они слишком быстро вычисляли наших людей.

– Хорошо. Допустим, это разумная идея.
– Задумчиво произнес Гладстон.
– И что говорит этот ваш Сидни Шоу?

– Он в довольно ярких красках описал, что Его Императорское Величество очень сильно переживал по поводу того, что Луиза умирала фактически у него на руках последние полтора-два года. И совершенно отвлекся от дел, доверив их своим министрам и наркомам. Даже доклады слушает с определенной ленью, скорее из вежливости.

– Вы уверены в том, что эта информация актуальна? Кратковременная слабость вполне допустима даже для сильных людей.

– Последний раз мы получали депешу от нашего агента месяц назад. В ней мистер Шоу уверял, что душевная боль Императора очень глубока и быстро не будет излечена. По крайней мере, несколько месяцев она продлится совершенно точно. Он заснул, сэр, как опасный медведь в своей берлоге.

– Спящий в берлоге медведь?
– Улыбнулся Гладстон.
– А что если он проснется?

– Но даже если так, то, что он реально успеет сделать касательно шведского вопроса?

– Не забывайте, сэр, - с тем же скептический тоном произнес Уильям, - нельзя недооценивать Александра. Он один из самых опасных людей на планете. Даже если сейчас, как вы выразились, он спит в своей берлоге, то достаточно его просто разбудить, по неосторожности, и он превратится в медведя-шатуна… а что из этого следует вы и сами знаете.

– Медведи-шатуны чрезвычайно опасны, но они как правило, погибают… не дожив до весны.

– Вы хотите стать кормом такого вот не дожившего до весны медведя?
– Скептически улыбнулся Гладстон.
– Лично я - нет. И, помня молодость Императора, могу быть полностью уверен в том, что сожрет он столько, что никому мало не покажется. А что не сможет сожрать, то понадкусывает. Особенно если поймет или почувствует себя загнанным в ловушку. Этот варвар разительно не похож на отца и деда. Играть по правилам, невыгодным для него, Александр не будет. Он и только он устанавливает те правила, которые считает для себя приемлемыми. Учтите это в своих играх, сэр. Я хорошо помню, как встала на дыбы Россия в первые годы его правления. Быстро встала. Стремительно. Сейчас же, с учетом опыта и мудрости, наш медведь может оказаться смертельно опасным для всего цивилизованного мира, оказавшись тем самым медведем-шатуном, который найдет себе пропитание и доживет до весны, оставив после себя огромное поле чисто обглоданных костей. Наших с вами костей, сэр.

– Вы слишком сильно боитесь его.
– Улыбнулся сэр Арчибальд.
– Боюсь, что даже если Александр встанет на дыбы, то мы легко сможем пересидеть на острове, наблюдая за тем, как он заламывает Европу. А потом… все встанет на круги своя. Он снова уйдет в спячку или умрет, мы же, воспользовавшись сложившейся обстановкой сызнова начнем скупку охочих до денег служащих этой Империи. В любом случае мы ничем особенным не рискуем.

– Сэр, я не говорил что против.
– Твердо глядя в глаза Арчибальду произнес премьер-министр.
– Я просил быть вас аккуратным. Не разбудите Александра, если он действительно спит, а не просто прикрыл глаза и поджидает очередную жертву. Если Император сильно переживает по поводу смерти жены? То пусть и дальше переживает. Не нужно его отвлекать. Не дразните зверя. Он слишком опасен.

– Хорошо, сэр.
– Кивнул Арчибальд.
– Я приложу все усилия.

– Тогда обсудим другие вопросы. Вы, если мне не изменяет память, грозились нам всем сделать доклад по удивительному явлению, наблюдаемому в России - невероятно стремительному строительству железных дорог. Вы готовы?

– Конечно, сэр.

– Тогда мы все во внимании.

– Транссибирская магистраль - самое главное достижение программы железнодорожного строительства Российской Империи на текущий момент. Она нам казалась фантазией. Мы считали, что русские ее будут возводить десятилетиями и ранее конца столетия нам не стоит опасаться появления столь опасной стратегической дороги. Но, нам это только казалось.

– Отличное вступление, сэр, - усмехнулся упитанный мужчина средних лет с лицом, напоминающим сонного кота, только что обожравшегося сметаны.
– Никто лучше вас сказать не смог бы. Даже вездесущие журналисты с их безудержной страстью нагнетать страсти.

– Спасибо, сэр.
– Арчибальд Примроуз был невозмутим.
– Причина столь удивительной успешности железнодорожной программы русского Императора, на наш взгляд, упирается в то, как именно он организовал работу.

– А может быть просто ваш предшественник не смог правильно оценить его способности и ресурсы?
– Вновь подколол его упитанный мужчина.

– Хватит!
– Осек его Гладстон.
– Сэр Арчибальд, продолжайте.

– Так вот. Александр отнесся к строительству железных дорог как к войне. По донесению Сидни Шоу для сооружения каждой стратегически важной дороги создавался штаб, после чего начиналось подлинное сумасшествие. Во-первых, строительство вели не гражданский, вольнонаемный персонал, а военно-строительные подразделения. Во-вторых, Александр впервые в мире применил высокую концентрацию механизированных средств: паровые экскаваторы, бульдозеры, трактора, грузовики, рельсоукладчики и многое другое. Весь личный состав на ночь размещался не в открытом поле или каких-нибудь землянках, а в специально оборудованных железнодорожных вагонах, которые следовали за стройкой. Так же, с в прямом смысле слова наступающими строительными частями шел полевой госпиталь, размещенный в нескольких вагонах, походные кухни и прочие вспомогательные части. Даже передвижная телеграфная станция и та, двигалась с каждым батальоном, обеспечивая оперативную связь с руководством.

– Сэр, вы сами в это верите?
– Скептически скривился все тот же зловредный толстяк.
– Вы представляете, сколько стоит такое снаряжение? Да и всеми этими средствами механизации нужно кому-то управляться. Откуда в России столько квалифицированного персонала?

– С персоналом Александр поступил просто. Во-первых, его агенты с середины шестидесятых годов по всей Европе и Америке скупают толковых рабочих, предлагая им принять российское подданство на весьма интересных условиях. В то время пока Великобритания, сэр, - Арчибальд выразительно посмотрел на толстяка и сделал легкую паузу, - скептически на все это смотрит и отпускает колкости вместо того, чтобы брать быка за рога. Во-вторых, за последние пятнадцать лет в Российской Империи открылось огромное количество начальных ремесленных училищ, которые ежегодно выпускают десятки тысяч рабочих с вполне приемлемой квалификацией. Кроме того, развернуты пара десятков учебно-эксплуатационных станций механизаций, при которых идет повышение квалификации выпускников начальных ремесленных училищ. Конечно, качество механиков получается не самое высокое, но вполне приемлемое.

– Вы уверены в этом?

– Сведения по количеству учебных заведений и объему, а также профилю учащихся русский Император не скрывает. Вы ведь все слышали о том, что в 1883 году вышла книга "Статистическое обозрение России", в которой подводились итоги на 1880 год.

– А вы не думаете, что там может быть откровенная ложь?

– Допускаю. Но выборочная проверка, в пределах наших возможностей никаких фальсификаций не выявила. Кроме того, на строительстве массово применялась взрывчатка, которая во много раз ускоряла прохождение сложных каменистых участков трассы.