Чтение онлайн

Оборотень хмыкнул и рассказал о том, что предпочитает использовать для строительных работ "собственную" бригаду мастеров. Оказалось, среди членов стаи есть два отличных прораба, один из которых строил наш дом. Так и сказал: "Наш дом", отчего-то стало очень приятно.

Лукрецкий заставил вжаться в стену, поймав в капкан. Оперся руками по обе стороны от меня и навис сверху. Чуть подняла голову и выжидательно уставилась на мужчину. Странные маневры оборотня очень походили на игру "загони дичь", только дичь в моем лице больше не пугалась и не старалась сбежать. Ждала, когда несносный мужчина меня поцелует или совершит что-нибудь более безрассудное и неприличное.

Не дождалась.

Лукрецкий поймал меня за руку и потащил к выходу, при этом недовольно сопя. Мне отчего-то стало смешно. Кто бы еще сказал, что это значит? Неужели, действительно, оборотень решил подождать, пока я сделаю первый шаг?

–  Спасибо, - удобнее перехватила огромный букет роз, который встретил меня в автомобиле. Признаться, меньше всего ожидала, что Лукрецкий будет способен на столь красивый жест. По его же словам ухаживать он не умел. Ну, не приходилось ему завоевывать женщин, те сами прыгали в постель, надеясь, задержаться подле альфы. Максимум, на который рассчитывала, дорогое ювелирное украшение или приличная сумма денег в конверте. Именно так Демьян поступал с моей сестрой во время их недолгих отношений. Правда, я не слишком ждала ухаживаний. Потребовала их в надежде потянуть время, чтобы придумать, как выпутаться из сложившейся ситуации. Но в данный момент мне было очень приятно. Игорь был не слишком внимательным. Иногда забывал подарить цветы даже на традиционные праздники вроде 8 марта и дня рождения. Если подумать, мне, вообще, редко дарили цветы. Танцоры с моей бывшей работы чаще получали букеты, чем я. Никогда не считала подобное внимание чем-то необходимым, но сейчас мне хотелось уткнуться в букет и не выпускать его из рук.

Мама была замужем несколько лет, но при этом не спешила делиться подробностями семейной жизни. Она настолько была скрытной, что я даже толком не знала, кем работал ее супруг.

"Что-то связанное со строительством", - говорила она и переводила тему.

Только теперь понимала причины такой уклончивости. Оборотни не слишком любили общаться с людьми на личные темы, а если приходилось, старались ограничиться минимумом информации, рассказывая о себе. Такое вот негласное правило жизни в стае и мама его приняла.

Деятельность Степана Валентиновича, действительно, в каком-то роде была связана со строительством. С большой натяжкой, но все же...

Утром, впервые оказавшись на территории поселка оборотней, смогла мельком увидеть дом Васиных. Не дом, сказочный терем в духе русских народных сказках. Мамин муж по образованию - реставратор, по призванию - резчик по дереву, как поведал мне Демьян, сам построил и украсил этот дом.

Я, испытывавшая слабость к исторической резной мебели, уже предвкушала встречу с отчимом. Не то, чтобы я раньше не видела Степана Валентиновича, но предыдущие наши встречи заканчивались на "Здравствуйте - До свидания!".

Мысленно строила планы, я не отказалась бы привлечь маминого мужа к своим проектам.

–  Ты Луна, отказать тебе он не сможет, - обронил Лукрецкий, когда я озвучила ему свои мысли. До конца не понимала эту странную иерархию оборотней. Мне было непонятно, с какой стати, огромная куча людей должна выполнять мои пожелания и распоряжения. С другой стороны, не видела ничего зазорного использовать все доступные ресурсы в достижении своих целей. В конце концов, если кого-то буду привлекать к работам, их труд будет щедро оплачен Лукрецким. Поэтому даже спорить не стала, когда альфа упомянул о бригаде рабочих из оборотней.

Задавала уточняющие вопросы и следила за реакцией Лукрецкого. Неожиданным стало то, с какой теплотой и заботой он говорил о своих людях . Признаться, меньше всего предполагала, что рядом сидящий мужчина может быть таким. Лукрецкий представлялся мне более жестким, если не сказать, жестоким.

К дому Васиных мы подъехали с опозданием в десять минут. Этого не произошло бы, но мне втемяшилось в голову поставить цветы в воду. Нас уже ждали. Ждали интересно. Накрытым столом во дворе и приготовленным к использованию мангалом. Немного не так представляла себе семейный ужин. Шашлыки я не особенно любила, во всяком случае, жирное мясо никогда не вызывало у меня аппетита.

–  Мама, - хотела обнять родительницу, сделала несколько шагов навстречу и застыла. Мама замялась, даже не пытаясь проявить ко мне теплые чувства.

Находилась в некотором замешательстве. Странное поведение матери навевало неприятные ассоциации.

Неожиданную поддержку получила со стороны Лукрецкого. Он поздоровался с мамой, Степаном Валентиновичем и утащил того в дом.

–  Влада, доченька!
– только после того, как мужчины скрылись из виду, мама, словно, ожила. Бросилась обниматься и целоваться.

–  Что это было?
– отстранилась от матери.

–  В каком смысле?
– она неубедительно сделала вид, что не понимает, о чем идет речь.

–  Ты странно себя ведешь. Только что чуть ли не игнорировала меня, а как только мужчины ушли, кинулась обниматься, - мать отвела взгляд. Очень интересно.

Казалось, откровенности на свою откровенность не дождусь, но внезапно она заговорила:

–  Неудобно это при альфе.

–  Неудобно поздороваться с собственной дочерью?
– с сомнением оглядела женщину. С сомнением в ее или моем здравомыслии. Вроде бы моя мама, но эта женщина в данный момент казалась незнакомкой. Так и хотелось закричать: "Что за бред?!" Подумаешь, альфа! В конце концов, Лукрецкий еще несколько дней назад встречался с моей сводной сестрой и периодически посещал этот дом, когда заезжал за Ингой. Инга такого пиетета не демонстрировала.

–  Ты не понимаешь.

–  Чего не понимаю?
– мне надоело стоять, прошла и опустилась на пластиковый стул.

–  Огромная честь, что Демьян Андреевич согласился отужинать с нами.

–  Мама?! Ты с ума сошла? Лукрецкий - обычный мужчина, а ты говоришь о нем, словно, о Боге.

–  Тише!
– шикнула она на меня.

Точно, сумасшедший дом. Мама в так называемой домашней обстановке казалась какой-то зашуганной. Промелькнула мысль, что, возможно, она не так счастлива в браке, как мне представлялось ранее. Снова вернулись былые страхи, когда я думала, что родительница угодила в лоно секты.

–  Ты не хочешь с ним быть?

–  С кем?

–  С мужем. Он тебя вынудил? Заставил?
– продолжила допрос.

–  Что ты, - мама перекрестилась. Хотя бы один знакомый жест. Улыбнулась, только вот улыбка моя не была радостной. Вариантов существовало два: мать боится мужа, мать боится Лукрецкого. Ни то, ни другое меня не устраивало.

–  Влада, не выдумывай всякие глупости, - отмахнулась мать.
– За время брака Степа приучил меня уважительно относиться к Демьяну Андреевичу. Вот поживешь, - она осеклась.
– Ох, милая, - огляделась по сторонам и перешла на шепот, - я даже не спросила, как ты? Привыкла, что Инга млела от внимания альфы, но ты-то другое дело.

–  Все хорошо, - соврала, не желая волновать беременную женщину. Беременную! Вот именно!
– Мама, как ты могла, - чуть обвиняюще начала, - не сказать мне? Почему держала в секрете?
– мама упорно что-то старалась разглядеть на земле, явно не желая посмотреть на меня.
– Что не так?
– попыталась дожать ее. Вся эта ситуация мне очень сильно не нравилось. Чувствовала на интуитивном уровне, что не все так просто. Если не в отношении Лукрецкого, то в отношении мужа и беременности. Видимо, было что-то, о чем мой оборотень умолчал или не знал.