Чтение онлайн

Не помню как и почему они меня нашли, не оставляя другого выбора, кроме как сигануть в окно. А дальше…

Дальше я встретил её. Встретил, и не узнал.

Что-то было в ней такое, от чего казалось, будто мы знакомы всю жизнь. Только это противоречило логике.

Воспоминания появлялись и исчезали как кадры на экране. Что-то в них было непонятно, что-то путано, где-то я четко помнил общую картину, но не мог вспомнить лиц, где-то наоборот.

Но впервые за долгое время я хотя бы приблизительно понимал кто я такой, чем и как жил. У меня было все, но я не чувствовал себя счастливым. Откуда у меня чертов огромный особняк, коллекция машин, кабинет с навороченной защитой, в который в итоге не смог попасть даже я сам?

А главное – зачем мне это было нужно?

Наоборот – вся эта роскошь вызывала ощущение чего-то чужого, ненормального, даже извращенного. Мне точно никогда не приносило удовольствия покупать то, что не продается, выходить из машины стоимостью в бюджет небольшой страны или жить в окружении всевозможной обслуги.

Но тогда как…

Внезапно дошло.

Тот тип, похожий на меня. Это он – оригинал. А я – копия. Для чего-то я или хотел выдать себя за него, или мне пришлось. Обязательно найду его. Но позже.

Сейчас меня ждало самое трудное решение в моей жизни.

***

Оксана

Через несколько дней я поправилась.

И отказалась…

Прямо сказала врачу, что никакого аборта не будет. Он пытался меня уговорить. Рассказывал, что приступ может случиться когда рядом никого нет, что скорая может не успеть доехать, что мне нужно подумать о собственной жизни…

Я его почти не слушала. Смотрела в окно, где начался небольшой снегопад.

Вспоминала, как на полном серьезе рассматривала такую возможность. Тогда сама не знала что делать и не была готова растить ребенка в одиночку, не зная смогу ли купить ему все необходимое, не придется ли голодать самой…

Сейчас я была уверена, что аборт мне не нужен. Не из-за Алекса. Не будь его – тоже отказалась бы. Просто почувствовала, что внутри меня самая настоящая жизнь, и сделать это сейчас - равносильно провести мне лоботомию.

Врач говорил долго, но я приняла решение.

За время в больнице успела и поплакать, и впасть в истерику, и без единой эмоции, словно сломанная игрушка, пялиться в потолок. Настроение менялось каждый час, а может, и чаще. Но главное – приняла решение, что готова бороться до конца. Как бы не складывались обстоятельства – шанс есть, и надо в него верить. До конца. До последнего. Не отступать.

Врач выписал мне какие-то таблетки, еще раз сказал, что это не панацея. Я спокойно взяла бумажку, посмотрела на длинное название.

– Спасибо. Я могу идти? – посмотрела в глаза врачу, всем видом демонстрируя желание быстрее покинуть больницу.

– Можете, - кивнул он, и я вышла из кабинета.

Физически никакой боли я не чувствовала. Наоборот, будто даже здоровее стала. А вот психически…

Понимать, что в любой день могу умереть, и мой ребенок – это как бомба замедленного действия – то еще испытание.

Вышла из больницы в заснеженный двор. Мороз тут же атаковал меня и принялся щипать за щеки. Царила самая настоящая сказочная зима с облепленными белизной деревьями и кружащимися в воздухе снежинками. Такой хочется любоваться. А особенно Алексом, встречавшим меня во дворе.

Его увидела сразу же. Он стоял у выхода с территории больницы со двора и держал на руках Мальвину. Собачка окончательно привыкла к нему и воспринимала как своего. Даже лизнула несколько раз его лицо. А еще говорят, что собаки не любят оборотней. Врут.

Заприметив меня, Мальвина приложила все силы, чтобы вырваться, но Алекс её не отпустил. Тосковать собачонке не пришлось, я подошла, взяла её на руки и тут же в ответ была перепачкана её слюной. Затем бросилась с поцелуями на Алекса, но он, кажется, думал о чем-то другом, хоть и пытался казаться счастливым.

Он открыл передо мной дверь автомобиля. Я забралась внутрь.

– Куда мы едем?

– Я присмотрел сдающийся в аренду дом. Хозяин вопросов не задавал, место вполне приятное. Пока что поживем там, - ответил он, заводя двигатель. – Дальше будет видно.

– Я же вижу, что с тобой что-то не так…

– Ты отказалась…

– А ты, можно подумать, хочешь убить своего ребенка, - злобно пробормотала я. – Он и твой настолько же, насколько и мой. Правда хочешь это сделать?

– Я не хочу, чтобы умерла ты, - спокойно проговорил он.

– Но есть же какой-то шанс…

– Сделаем так, - приказным тоном проговорил он. – Проконсультируемся в других клиниках, но если что-то пойдет не так, появятся осложнения – хоронить тебя я не намерен.

Спорить бесполезно. Когда он говорит таким тоном, спорить всегда бесполезно. Да и пока что этот компромисс мне подходил. Вдруг никаких болей больше не будет и все пройдет успешно? Не знаю почему, я верила в это. Впервые за долгое время не придумывала причин, по котором все должно плохо закончится, а просто верила в лучшее.

Мы выехали из небольшого городка. Куда направлялись, я понятия не имела, да и не хотела иметь. Пусть этими вещами занимается Алекс. Не знаю почему, но именно в той больнице я ощутила себя полноценной женщиной. Возникло желание полностью отдаться на волю Алекса, зная, что он не подведет, защитит, не испугается в трудную минуту. Что он выведет нас обоих из любой ситуации, не даст случится ничему плохому. Несмотря на все, я чувствовала себя рядом с ним в безопасности.

Заснеженная дорога вела в неизвестность, но меня она ни капли не пугала.

– Ты что-то вспомнил? – спросила я.

– Вспомнил, - кивнул он.

– Что именно? Почему тебя хотят убить?

– В деталях не помню, но я им здорово насолил. Не помню только главного – почему? Помню лиш, что был очень зол и ситал это правильным.

– И что теперь?

– Теперь у меня есть ты и ребенок. Уж не знаю за что я так обозлился, но они для меня не главное. Со временем все вспомню, но ни с кем воевать не буду. Теперь мне на них плевать. Спрячемся там, где нас никто не будет искать. Больше волнуешь ты.

– Я уверена, что все будет хорошо…

– Тоже на это надеюсь, но, - он сделал паузу. – Не будем об этом.

Он помолчал несколько секунд и продолжил.

– Я вспомнил, как мы познакомились. Сидел у стойки, ждал одного человека. И тут увидел тебя. Твой запах в мгновение затмил собой все. В тот момент я верил, что ты и есть та самая истинная пара. Потому не особо верю этому врачу.

– А сейчас? – поинтересовалась я, с надеждой посмотрев на него.

– Ничего не изменилось, - ответил он, съехал на обочину, обернулся ко мне и поцеловал.