Чтение онлайн

Это вело в никуда, вызывало подозрения. Этого не случилось, а все размышления – не больше чем предположения, точно такие же, как «а что было бы, приземлись здесь и сейчас инопланетный звездолет». В конце концов он мог не оказаться на той стройке, не встретиться со мной в преддверии Нового Года, и я бы до сих пор сидела одна дома, только предполагая о том, кем он мог бы быть…

– Этот гормональный конфликт или как там, он из-за твоей природы и этих экспериментов? – спросила я. Входя за ним в дом.

– Может, и так. Не знаю…

– Тогда, может, те же люди знают, как от него избавится.

– Тебе опять плохо? – Алекс посмотрел на меня.

– Как-то в животе покалывает, - призналась я. Чувствовала это уже какое-то время, но не обращала внимания. Откуда мне знать, что нормально при беременности, а что нет? Первый раз все-таки.

– Поехали в больницу.

– Хватит с меня больницы, - отрезала я. – Не собираюсь кучу времени проводить в больничной палате.

Я закрыла за собой дверь, и поняла, что может, и правда стоит отправиться к врачу. Покалывание понемногу нарастало, а ноги предательски становились ватными.

***

Я улеглась в кровать, накрылась одеялом с головой. В таком положении покалывание, переходящее в боль, почти не чувствовалось. Выпила таблетку, что дал врач. Ну вот, надеюсь, пройдет.

Алекс вышел из душа, зашел ко мне.

– Тебе плохо, - он не спросил, а констатировал.

– Немного в животе покалывает.

– Значит, едем в больницу.

– Собираешься возить меня по врачам каждый раз, когда у меня нос зачешется? – фыркнула я. – Может, это нормально при беременности. Уж извини, все не получается посидеть на форумах для молодых мамочек и посетить какие-то там курсы.

– Я вызову «скорую». Пусть лучше посмотрят, - Алекс достал телефон.

– Да постой ты!

Но он уже звонил.

– Сейчас приедут.

– Вот же блин! И полежать не дашь…

– Вообще-то я за тебя переживаю, - оборотень буквально сверлил меня взглядом.

Посмотрела в его глаза.

Это, конечно, хорошо, когда заботятся, но не стоит играть роль моей мамочки и при первом чихе бить тревогу, будто наступил апокалипсис. Тем более меня клонило в сон, и все, чего хотелось – чтобы меня оставили в покое.

«Скорая», конечно же, была таковой только на словах. На деле её пришлось ждать минут сорок, если не больше. С детства ненавидела такие моменты. С тех самых пор, когда врачей вызывала мне мама. Гнетущая тишина, звук чужих шагов, запах медикаментов. Даже мамин голос тогда казался другим – низким, тревожным.

Приехавшим на вызов доктором была худощавая женщина за пятьдесят, а может, и за шестьдесят, с полностью седыми волосами. Вид у неё был такой, будто её отвлекли от просмотра очередной серии любимого сериала, и от злости за это она возжелала убить всех вокруг. Фельдшер оказался её полной противоположностью – молодой, слегка полноватый, с кудрявыми волосами и приятной улыбкой.

Пока мне мерили давление и температуру, Алекс в подробностях рассказывал им о поставленном мне диагнозе, а врач молчаливо кивала.

– Сыпь была? – коротко спросила она.

– Нет, - покачала головой я.

– А внезапные потемнения в глазах?

– Тоже нет.

– И температура не повышалась?

– Если да, то не сильно, - фыркнула я, желая, чтобы они поскорее убрались.

– И что это значит? – спросил Алекс.

– Токсикоз есть, но при поставленном диагнозе сыпь бывает у девяноста девяти процентов пациентов, - с интонацией бездушного робота говорила врач. – И в глазах темнеет часто. Температура раз в неделю скачет до тридцати восьми.

– То есть, они ошиблись? – с надеждой спросила я.

– Советую пройти обследование еще раз. Может, перепутали анализы, или прибор сломан. Бывает такое. Но симптомы странные.

– Галина Васильевна, помните ту женщину, которую чуть на стол к хирургу не отправили, а оказалось, побочка от таблеток, что ей психиатр от депрессии выписал? – вмешался фельдшер.

– Год назад где-то. Помню. Да, картина схожая. Лекарств никаких постоянно не принимаете?

– Нет, - покачала головой я, понимая, что никаких покалываний больше нет, а все, чего хочется – поспать.

– Всяко придите лучше к нам на обследование. Что-то подсказывает, что ошиблись ваши доктора, - врач встала. – Обезболивающее колоть?

– Нет. Уже все в порядке.

– Тогда до свидания. Придите обязательно.

– Обязательно, - сквозь зубы процедила я.

Когда послышался звук закрывающейся двери, наступило облегчение. Будто придя домой после тяжелого дня сняла неудобную обувь, только вместо ног была психика.

– Ты слышала? – спросил Алекс.

– Это еще ничего не значит.

– Они могут ошибаться. Да и эта старая кляча, - я сморщилась. Неприятная бабка, как не крути. Увидев такую. Скорее примешь за дознавателя спецслужб, чем за врача. – К ней обследоваться я точно не пойду.

– Тогда найдем другое место. Они и правда могли ошибиться.

– И что же это было по-твоему?

– Не знаю. Я не медик, - оборотень сел рядом, взял меня за руку. В тот же миг я успокоилась, сомкнула веки. Не знаю, по каким законам это работало, но одно его прикосновение насмерть убивало мою тревогу.

– К тому же ты не самый обычный оборотень, потому и симптомы могут быть необычными, - сказала я так, будто говорила о погоде, а не о своей жизни и жизни моего ребенка.

– Потому нужно обследоваться еще раз. Может, не все так серьезно.

– Да брось. Меня там и на рентгене проверяли, и УЗИ делали, и кучу анализов…

– Ты будто сама хочешь…

– Не хочу обретать ложную надежду, - перебила я.

– Я тут вспомнил еще кое-что…

– И что же? Как ты свергал диктаторов банановых республик или соблазнял фотомоделей? – собственный сонливый голос почему-то казался мне чужим и далеким.

– Всего лишь то, что мне много раз говорили, будто я бесплоден. С десяток всевозможных врачей из разных стран раз за разом твердили одно и то же. Приговаривали, что это не худшее, что возможно в жизни, а мне очень хотелось стать отцом. Сам я тоже поверил и ни на что не надеялся. А получилось совсем не так.

– Боишься, что это не твой ребенок? Да брось. У меня годами до тебя никого не было.

– Я о том, что они ошибаются.

– Раз в год и палка стреляет, - пошутила я.

Он засмеялся.