Чтение онлайн

Нейтан вошёл в палату очень тихо.

— Почему ты не спишь?

— Дурные сны, братец. Лекари утверждают это последствия травмы, — она посмотрела на мужчину.

— Ты отлично умеешь лгать, сестрица, — усмехнулся Нейтан, приобняв блондинку за плечи. — Но мы вместе выросли, Иден.

— Райз интересуется Гейбом. Ты не хуже моего понимаешь, как опасно внимание Розенкройца к тем, кто нам дорог.

— Расскажи, во что ты влезла, Иден? Я постараюсь помочь, у первого советника много возможностей.

На мгновение ей захотелось довериться, снять пресловутый груз с души, разделить на двоих волнения и страхи. Женщина открыла было рот и, не сделав даже вдоха, закрыла его. Подставить под удар Нейтана она не имеет права. Это только её выбор, решение, которое предстоит принять в одиночку.

— Ничего такого, с чем я не справлюсь, братец! — быть сильной и казаться сильной разные вещи, но сейчас Иден пыталась отвести беду от брата. Не хватало ещё и его за собой в эту бездну утянуть.

— Значит, не скажешь, — его глаза чуть приметно засветились, как бывало всякий раз, когда мужчина начинал сердиться.

— Прости, но в жизни случается так, что мы не можем переложить ответственность за свои решения на близких. Я очень стараюсь жить как нормальный человек. Это сложно, но я счастлива. Жду не дождусь выписки, чтобы вернуться домой.

— Полагаю, ты подразумеваешь квартиру, в которой расположился фарианиец?

— Поразительная прозорливость, советник Маар. Мне и раньше было хорошо с ним рядом, просто я находила объяснения такого состояния. А теперь признаю, что полюбила этого вредного мужчину уже тогда. И это делает меня по-настоящему живой.

— Будь осторожна, сестрёнка. Розенкройцы умеют уничтожать всё живое на своём пути, — он мягко поцеловал девушку в щёку.

— И всё же ты собираешься назвать женой Елену. Разве не разумнее будет избежать этого союза?

— Никто не говорит «нет» владыке. Не идёт наперекор его воле, запомни это.

Иден молчала, ей нечего было добавить к сказанному. Разве что спросить, не боится ли Нейт обсуждать такие вопросы в палате, расположенной во дворце. Однако, брат не выглядел испуганным, значит принял меры, обеспечив им приватность.

«Правда ли, что отказывать владыкам нельзя? Или мы настолько привыкли, что позабыли о собственной силе?» — она проводила брата до дверей и вновь вернулась к окну. Спать совершенно не хотелось, насиловать себя в угоду лекарям Иден не стала.

Елена Розенкройц сидела за своим рабочим столом, с головой погрузившись в анализ последнего эксперимента. Боль, одолевавшая принцессу пару дней, сильно мешала, не давая сосредоточиться, но Елена уже успела убедиться — ни одни известные лекарства не помогут. Остаётся только терпеть, не позволяя сбою в организме мешать ей. Девушка вновь и вновь пробегала взглядом по ровным рядам цифр и не могла понять, что не даёт ей покоя. Все подопытные показывают положительную динамику. За исключением первой жены Нейтана, что не удивительно, Райз ведь ей мозг поджарил.

Воспоминание о брате отвлекло девушку от исследования. С Райзом дела обстояли не так плохо, как с её подопытными, но неприятностей хватало. Самоконтроль владыки слабел с каждым днём, и девушка не представляла, что в очередной раз спровоцирует мужчину на вспышку пси-активности. Препараты, разработанные специально для подавления фамильного гена, почти перестали справляться с задачей. Он всё чаще проявлял агрессию там, где не было повода. И не замечал своего нездорового поведения. Елена любила Райза, но не той самоотверженной любовью, что толкнула Айлин Динари подвергнуть жизнь риску. Учёный всегда немного выше эмоций, так было и с ней, брат — родной человек. Единственный близкий, кто у неё есть, и всё же, королевство не осиротеет с его уходом.

«Я бездетен, Элли, ни одна моя женщина не смогла забеременеть, а уж они старались, не сомневайся», — этот разговор был неприятен, но необходим. Райз начал его сам пять лет назад. И Елена согласилась провести полное обследование. Только для того, чтобы убедиться — он бездетен и таким останется. А ещё однажды сойдёт с ума. Не постепенно, как их предок, а в одно мгновение. Как только перегорит своеобразный предохранитель в мозгу. Безумный человек с неконтролируемыми метаспособностями. Елена долго размышляла, прежде чем рассказать правду своему владыке, единственному живому родственнику.

«Значит, бремя власти однажды ляжет на твои плечи, Элли. Придётся подготовиться. Сама знаешь, я никогда не был жаден и с радостью разделю его на двоих», — она не стала уточнять, что безумец не станет чем-либо делиться.

Разговор пятилетней давности звучал в её голове так же ясно, как если бы состоялся пять минут назад. Елена потёрла пульсирующие болью виски и прикрыла глаза. Она станет женой Нейтана Маара — пускай брак в их мире давно анахронизм, дань старым традициям. Её дети унаследуют Арвантес и все открытия, которые ещё произойдут в лаборатории новой «Надежды».

В дверь постучали, девушка убрала папку с данными исследования, накинула халат на удобную пижаму, и пошла открывать.

— Лорд Маар? Рассвет не самое подходящее время для визитов, вы так не считаете? Я могла спать, — она была возмущена почти искренне.

— В шесть часов утра? Я знаю распорядок каждого в нашем уютном доме. В такое время вы либо ещё не спите, либо уже работаете, — усмехнулся Нейт. Елена не могла не отметить, что выглядит он как всегда опрятно, словно провёл не один час перед зеркалом, подбирая наряд.

— Хорошо, но правила диктуют нам как себя вести, — у неё болела голова, тревожила затаившаяся ошибка, и незапланированный визит жениха раздражал.

— Правила, это лишь удобная ширма, закрывающая изнанку власти от любопытных глаз обывателей. Вам ли не знать, моя леди. Прогуляемся?

У Елены непроизвольно дёрнулась бровь. Не то от выстрелившей в виске боли, не то от наглости мужчины.

— Куда? — решила убрать интригу из разговора девушка.

— На улицу, — всё так же лаконично ответил Нейтан.

Он стоял, обманчиво-расслабленный, с руками, висящими вдоль тела, расставив ноги на ширину плеч, и смотрел на будущую жену, неприятным, подсвеченным алым, взглядом. Елене нестерпимо захотелось захлопнуть дверь, и закрыть на щеколду. Он пугал девушку. От импульсивного поступка учёную остановило воспоминание о пробудившейся силе. Ей не требуется охрана, дремлющий ген пробудился и подарил быструю реакцию, крепкие когти и полную безжалостность к противнику.

— Хорошо. Только переоденусь. Не хочу марать любимую пижаму, — дверь закрылась, но под предлогом, оспорить который невозможно. Маар сам сказал, что они пойдут на улицу. А там прохладно и пыльно. Елена предпочитала без лишней необходимости не покидать своего уютного убежища, не любила утренних улиц и многолюдных собраний.