Альфа. Порочный плен
Шрифт:
– - Это Дэн.
Шумно выдыхаю и тру глаза основаниями ладоней.
Хрень какая-то.
Это что же получается, блядь? Я настолько завис на медсестричке, что пустил к херам происходящее в собственной стае?
– - Он задержан. – продолжает бета.
Одобрительно киваю.
– - Мартьянов? – короткий вопрос, чтобы исключить даже малейшие сомнения.
– - Да, он. – тут же подтверждает Адам. – Надеюсь ты понимаешь, что сунуться сейчас к нему будет максимально глупо? Он ведь этого и добивается. Что ты потеряешь хладнокровие и пойдёшь на него открыто. Думаю, нас там ждали, Демид. Уверен, что кошак подготовился основательно чтобы предоставить старейшинам доказательства твоей вины.
Встаю с места, упираюсь кулаками в столешницу и опустив вниз голову жадно тяну носом воздух.
Адам прав.
Если бы ему не пришло в голову начать просмотр записей видеонаблюдения с моего дома мы бы сегодня попали в ловко расставленную западню.
– - Я думаю по приказу Мартьянова кто-то намеренно травил наших парней хернёй блокирующей регенерацию, для того чтобы внедрить своего медика к нам. – продолжает бета. – Дэн был в числе заражённых намеренно, чтобы в случае чего отвести от него подозрения. Не исключаю вероятность того, что он самолично это всё и делал.
Молчу.
В голове полная неразбериха.
Мне нужно немного времени.
– - Что будем делать, Демид?
– - Будем исправлять ошибки. – выдаю уверенно.
– - С девчонкой что? – осторожно интересуется. – Она у нас не один месяц. Неизвестно что за это время она ещё успела сделать.
По-хорошему её нужно уничтожить, но я уже сейчас знаю, что не решусь на это. Слишком глубоко эта лгунья проникла в меня.
Волк внутри воет. Как и я, отказываясь верить в предательство.
Хотя можно ли её поступок так назвать, если Полина изначально была верна не мне?
– - Утром приведи ко мне её. – отдаю приказ Адаму.
– - Будешь ждать до утра?
– - Дэна допросить с пристрастием. – на заданный вопрос не отвечаю.
– - Понял.
Прослеживаю за тем, как Адам встаёт, разворачивается чтобы уйти, но почему-то медлит. Затем снова смотрит на меня и говорит:
– - Мне жаль, Демид.
– - Иди. – отрезаю коротко.
Жалость это последнее что я сейчас способен воспринимать.
Бета уходит, а я заваливаюсь обратно в кресло и закрываю глаза.
Последний раз меня так штормило после смерти отца.
Сейчас вроде никто не умер, а ощущения те же.
Хочется пойти разбудить её и потребовать объяснений. Чтобы, глядя мне в глаза ответила на один единственный вопрос: почему?
Но я этого не сделаю. Потому что понимаю, что верить ей уже нельзя. В очередной раз попробует выкрутиться, придумав какую-то херню.
Как про свои чувства ко мне.
Интересно, она прибежала убеждать меня в своей неземной любви, потому что боялась разоблачения?
Что вообще из её слов правда?
Про родителей тоже наплела мне?
Чтобы я пожалел бедную сиротку?
Лживая сука!
Ненавижу…
Решение о дальнейшей судьбе Полины приходит с первыми лучами рассвета.
Мне оно даётся нелегко, с учётом жалких подвываний моего зверя, который отказывается верить, что самка, на которую он запал, без сожаления подставила всех нас.
Да, друг, мы с тобой оба жестоко ошиблись.
Кабинет покидаю чтобы привести себя в порядок.
Принимаю душ, завариваю кофе.
Пью его снова вернувшись в кабинет.
К тому моменту как Адам приходит в мой дом, начинает казаться что я обрастаю бронёй.
Каждый шаг приближающий его и Полину к моему кабинету кричит о неотвратимости предстоящего.
Встаю с кресла, прячу руки в карманах брюк и жду.
Как ни странно, но внутри полный штиль. Так всегда происходит после разрушительного шторма.
Сцепляю зубы, когда дверь открывается и я вижу стоящую на пороге Полину.
Вся дрожит, взгляд от меня прячет.
– - Пошла. – рявкнув, Адам токает её в спину.
Не удержавшись на ногах, падает, а у меня внутри что-то с треском обрывается. Хочется подойти к ней, поднять с колен и встряхнуть. Проорать в лицо слабовольную претензию: «Что же ты натворила, Поля?»
Но моей слабости она больше не увидит. И так слишком сильно меня размазала. Достаточно.
Осматриваю её, пытаясь понять, что меня в ней так зацепило?
Что в ней есть такого чего нет у других?
– - Спасибо, Адам. Подожди за дверью. – прошу своего бету, и он тут же выходит.
Я сам не знаю зачем отослал его. Наверное, где-то внутри меня ещё теплится надежда на то, что Полина сейчас во всём сознается, расскажет почему так поступила.
Интересно, что Мартьянов пообещал ей за преданность?
Я бы дал больше, реши она перейти на мою сторону.
Блядь. Даже в моей голове это звучит жалко.
Мысленно усмехаюсь, осознавая, что меня рядом с ней привычно заносит.
Задерживаю дыхание, когда Полина отводит глаза от пола и медленно ведёт их вверх. До тех пор, пока мы не сталкиваемся взглядами.
Меня будто высоковольтным разрядом пробивает. Все мышцы скручивает.
В малодушном желании быть ближе, обхожу письменный стол. Упираюсь в него бёдрами и задаю, пожалуй, уже далеко не самый важный вопрос.
– - Зачем ты это сделала?
И как придурок жду.
Сам не знаю, чего именно.
Оправданий?
Заверений в том, что она сожалеет?
Хер его знает.
Но точно не этого липкого молчания.
– - Полина?
Она будто смирилась со своей участью. В глазах - ни капли страха. Это неожиданно выводит из себя. Её безразличие рвёт мои тормоза. Держусь из последних сил, чтобы не придушить её собственными руками.
Тварь малолетняя.
– - Адам! – зову бету, потому что больше не в силах сдерживать рвущихся на свободу демонов.
И она тут же будто просыпается.
– - Демид… - что-то хочет сказать, но я уже не слушаю.
К херам это размазывание соплей!
– - В «Сумрак» её! – отдаю приказ, как только вижу на пороге Адама.
Безмолвно отбиваю его тяжелый взгляд.
Да, друг, ты всё правильно понял.
Убить её я не могу, а вот заставить пожалеть, превратив её жизнь в ад – запросто.