Чтение онлайн

Заинтересовавшись покупкой, я наконец её развернула и едва не запрыгала на месте от радости. В моём свёртке лежала среднего размера свёкла, четыре картофелины, две худосочные морковки (правда, какого-то слишком жёлтого цвета). Кажется, я набрала всё, что нужно для борща, за исключением мяса. Борщ без мяса — деньги на ветер. Поэтому, довольно хекнув, я спросила:

— Сяо Ма, где можно купить мясо?

Мальчишка покачал головой, и мне показалось, что если бы в этом мире было такое обозначение, как «повертеть пальцем у виска», он бы это обязательно сделал. Моё самолюбие спасало только отсутствие этого жеста и оставшиеся крупицы уважения — хотя бы показательного — у мелкого паршивца.

— Сейчас вы хорошее мясо уже не купите, — недовольно пробухтел он. — Где это видано, чтобы на рынок ближе к вечеру приходили?

— А разве это не логично? — расстроилась я. — В конце концов, вечером должны быть скидки.

Сяо Ма опять закатил глаза и подробно объяснил:

— Но и хороших продуктов тоже почти не осталось. Ладно, пойдёмте, купим всё необходимое. И да, не называйте меня Сяо Ма.

В который раз я убедилась, что Сяо Ма — очень полезная штука. В смысле, очень полезный ребёнок. Мало того, что он протащил меня по половине лавок, ориентируясь на мой список, и помог приобрести всё за значительно меньшую сумму, чем я предполагала, так он ещё и представлял меня какой-то «своей», а торговцы, которые его хорошо знали, обещали относиться и ко мне столь же хорошо. От меня требовалось только одно: мило улыбаться, молчать, и ещё раз мило улыбаться.

Под конец этого бесконечного забега вымотались уже не только осёл, но и я. А ему ещё назад в гору всё это тащить. К тому же хотелось есть. Причём со всех сторон доносились аппетитные запахи уличной еды. Если не думать про санитарные нормы, то был очень богатый выбор того, что можно скушать. Так что я купила несколько мисок лапши для меня и мелкого, горстку салатных листьев для осла и своим собственным произволом объявила перерыв.— Кажется, всё купили, — довольно отметил мелкий мальчишка, на секунду оторвавшись от своей миски, в которой еда стремительно исчезала.

Да уж, сразу видно — ребёнка не кормят. Лапша здесь оказалась весьма вкусная, в меру упругая, в солоноватом мясном бульоне, посыпанная зелёным луком и с небольшим количеством разнообразных маринованных овощей. Вполне достаточно, чтобы насытиться.

— Это точно, — усмехнулась я и осторожно подсунула ему несколько медных монет.

От меня пока не убудет, а ему лишним точно не будет. Если выдать ему серебро, мальчишка может огрести столько недетских проблем, что подумать страшно, а с медью он найдёт, как распорядиться. Мелкий, нащупав под пальцами монеты, буквально просиял — впрочем, это было мгновенное, почти незаметное явление, и он снова стал серьёзным, нахмуренным и страшно самостоятельным деловым человеком.

Хотя мы скупили всё, что я хотела, оставался вопрос комфорта. Например, мне хочется нормальный матрас. Понимаю, что ортопедический мне не светит, но может, хотя бы ватный? Раз деньги есть. А вата — это что, кажется, хлопок!

— А где, интересно, можно купить хлопок? — озадачилась я, решив не откладывать этот вопрос в долгий ящик.

— А вам зачем? — заинтересовался мелкий мальчишка, и я сделала вид, что не заметила, как он стащил из моей миски пару маринованных редисок.

— Хотелось бы тёплое одеяло и матрас, — улыбнулась я и пододвинула к нему остатки своей лапши. Ну не осилила я всю миску.

Мальчишка моментально переключился на неё. То, что это чужие объедки, его не волновало.

— Тёплое одеяло и матрас — это полезно, — вздохнул мальчишка с невыразимой тоской, — особенно если у вас нет кана.

— У меня нет, — тяжело вздохнула я. — Понимаю, что было бы неплохо его иметь, но я не готова перекраивать весь дом.

— Насчёт хлопка не знаю пока, — усмехнулся мальчишка, — но я поспрашиваю. Кстати, у меня есть один знакомый охотник. Ну, как у меня… — поправился мелкий, — это знакомый знакомого моего знакомого.

Я покачала-покивала головой, показывая, что действительно верю в то, что он говорит.

— И говорят, он меховые шкуры продаёт.Мех — это хорошо, мех — это благостно, — усмехнулась я про себя. Если не меховой матрас, то хотя бы плащ, подбитый мехом, точно будет нелишним. В идеале бы, конечно, шуба или дублёнка. Вот только смогу ли я их сшить самостоятельно даже при наличии шкур — тот еще вопрос.

— Уточни по деньгам, — попросила я мелкого, — ну и заодно, почём какие шкуры, и какие размеры. Я когда в следующий раз буду в городе, встретимся — расскажешь.

Мелкий одобрительно закивал и спросил:

— Вам ещё что-нибудь нужно, благородная госпожа?

— Надо же, как я выросла, — усмехнулась я. — Уже «благородная госпожа»…

Вот уж действительно: кто знает, где склониться, а где тянуться, тот точно нигде не пропадёт. Нет, пока ничего не нужно.

— Я к себе возвращаюсь и, наверное, спущусь, может быть, дня через два или три. Думаю, ты об этом узнаешь — свои информаторы наверняка у тебя есть.

Мне показалось, у мелкого покраснели уши, но в ответ на мою реплику он только фыркнул, вернул миску продавцу и усвистал куда-то в сторону.

Что ж, мне и ослу тоже стоило направиться к себе. Борщик, жди меня.

Вернувшись домой, я уже валилась с ног. И поэтому продолжение уборки, в частности второй этаж, решила отложить на завтра. Сегодняшним моим ужином стали булочки с овощной начинкой и варёные яйца, которые я купила в городе. Яйца, кстати, были не просто варёными, а чайными. Зачем так извращаться над продуктами, я не знала, но видя, что они пользуются большой популярностью, не удержалась. Весь свой продуктовый набор закупала в той же лавке, что и лапшу. Раз они её приготовили вкусно, значит, и другие блюда не хуже. К тому же за них голосовали рублём, точнее вэнем. Там даже стража отоваривалась, а это что-то да значит! Впрочем, это действительно оказалось очень и очень вкусно. Как это готовится, я пока не выясняла, но понимала, что хочу повторить подобное и дома. Ведь ничего же не может быть проще варёных яиц. Правда ведь, не может же?

Часто так питаться, разумеется, не получится — дороговато, но иногда можно себя и порадовать.

Занесла продукты на кухню, осмотревшись, убедилась, что вроде бы ничего не пропало, да и следов мышей нет. Но на всякий случай вслух честно предупредила: из корзинки ничего не трогать, если что — я сама поделюсь. На согласный писк откуда-то из-под пола я внимания не обратила, предпочитая думать, что мышей в моём доме всё ещё нет.

Осёл также устроился в свободной комнате, а я, вспомнив попытку оставить его в пустом дровнике, напомнила себе о том, что надо будет уделить время вопросу, где раздобыть дров. В собственной способности их заготовить я сильно сомневалась, а на одном хворосте далеко не уедешь. Здравый смысл подсказывал, что сухостой вокруг дома я выберу достаточно быстро, а углубляться в лес мне пока не хотелось, да и не стоило.

Впрочем, сегодняшний день натолкнул меня на одну такую нескромную мысль: если продать торговцу Ли ещё одну ленточку, а может, даже две — я смогу переехать в нормальный городской дом. Осознание того, что даже в нормальном городском доме всё ещё печное отопление, настигло меня чуть позже. Ладно, как-нибудь переживём. К тому же что-то мне подсказывало: для нормального городского дома мне надо будет вышить не две, а двести две ленточки, и не факт, что я не потеряла где-то нолик. Ещё меня интересовало, почему же всё-таки вышитые вещи становились артефактами, в то время как проверка представителей сект, набирающих себе учеников, ничего не показала? Можно было грешить на матушку Ван, но она как раз хотела, чтобы меня нашли и забрали. Голова болела, настроение стремительно портилось, и поэтому я, как одна известная дама, решила: подумаю об этом завтра.