Чтение онлайн

«Ветер защитит, верь ветру, девочка».

Неужели всё было предрешено задолго до?

«А дальше странно: я ничего не вижу, Дара».

Значит, я действительно должна была умереть? Меня охватила дрожь, а страх лизнул нутро. Диаман должен был совершить этот ужасный поступок, но Хранитель вмешался. И я осталась жива.

Значит, об этом было предсказание карт. Он действительно меня защищал!

Тогда какую чушь внушали всё это время судьбоплеты Николасу? Они твердили ему, что мы связаны, а он надумал, что мы предназначенные, что я должна стать его женой.

«А что если они правы?» — шепнул внутренний голос.

Что если я бегаю от правды. Что если я должна стать его женой, должна войти в род Рейнсейров?

Мне стало тошно и я отмахнулась от этих мыслей. Жизнь покажет. Сейчас я ни за какие деньги мира не скажу Нику «да»!

Двери лифта открылись практически бесшумно. Меня тут же встречали пальмы в горшках и молчаливая беззвучная пустота. Справа — небольшое вытянутое окно позволяло увидеть двор и часть большого загородного парка. Дом был невысоким, захватывающих дух панорам на город и его улицы здесь не было. Только деревья, покачивающие своими голыми ветками, и двор, разделенный на несколько секций: зону для животных, детскую площадку и зону отдыха для взрослых с беседками. А прямо под носом кофейня. Идеально.

Я повернулась и сфокусировала взгляд на своем размытом отражении в металлических дверях лифта. Пригладила распушившиеся волосы, убрав прядь за ухо. Меня охватил лёгкий мандраж — начало знобить и я засунула руки в карманы пальто, в надежде их согреть.

На этаже горят жёлтые лампы — совершенно обычные, встроенные в потолок; стены бежевые, ровные, выкрашенные самой обычной краской, под ногами гладкий пол из плитки под мрамор, отчего моя резиновая подошва сапог, соприкасаясь с ней, создавала смешной пищащий звук, словно я наступала на плюшевую игрушку. Я сделала поворот, чтобы выйти из фойе и, наконец, попасть в длинный коридор с номерами квартир.

Здесь царил неприятный полумрак, жёлтые лампы не справлялись с полноценным освещением. Я следовала дальше, разглядывая нарисованные черной краской однотипные четырехзначные номера над каждой жилой дверью. Я двигалась до тех пор, пока не уткнулась в последнюю. Вот она — нужная мне: темная, железная, непримечательная. Обычная. Так и не скажешь, кто здесь может жить…

Я подняла руку, положила палец на звонок и замерла. Неуверенность охватила меня, вызвала дрожь в теле. Стоит ли оно того? Может зря я приехала? Но потом я напомнила ради чего всё это и страх медленно отступил. Я держала руку в кармане, пальцами сжимая ту самую визитку.

Или сейчас, или никогда.

Может пройтись по охранке пальцами? Это лучше звонка в дверь. Хотя…

Прикрыла глаза и заставила себя нажать маленькую, похожую на пуговицу, выпуклую черную кнопочку.

Мне стало боязно и нервно, ледяная волна прокатилась вниз, взяв в тиски мой желудок. Холодная капля пота скатилась по спине. Ожидание — вечность. Я переминалась с ноги на ногу, кусала губу и мысленно проклинала себя за это. А если… А вдруг…

Я должна бояться Хранителей. Так почему я здесь? Почему не боюсь?

Ох, знала бы мама, до чего я докатилась и что я творю! С кем я дружу и общаюсь! Ладно, она бы и дружбу с Николасом не одобрила, уж теперь-то я понимаю почему.

Арриан открыл дверь и замер на пороге. Ему понадобилось секунды, две, чтобы прийти в себя. На прекрасном лице первым делом отразилось замешательство и удивление, которое быстро сменилось настороженностью. Я смотрела на него во все глаза и, видя реакцию, пожалела о своем решении прийти.

— Я…

В его глазах что-то изменилось, холод и отчуждение растаяли, обратившись теплом и нежностью.

— Рад, что ты пришла, — бархатным, успокаивающим голосом произнес он.

Он развернулся ко мне спиной, уходя в свое жилище — я это восприняла как приглашение и последовала за мужчиной. Я закрыла за собой входную дверь, отрезав себя от возможности отступить.

Вошла в квартиру и начала осматриваться. Типичная студия, просторная и удобная. Сочетание современных технологий и дизайна в стиле минимализм. У Ника квартира была в пять раз больше, с его множеством комнат и панорамными окнами с видом на город. Но там было темно, холодно и веяло одиночеством. А здесь дышалось легко, несмотря на громоздкую мебель и темные стены, было уютно — здесь использовался каждый уголок.

Я стояла на пороге. Небольшой узкий коридор, прямо перед дверью металлическая настенная вешалка. Если бы дверь открывалась во внутрь, она бы просто закрывала собой висящее на этой вешалке пальто. Далее — стоило сделать шаг вперёд, выйти из узкого квадратика называемым прихожей, — у стены рядом с вешалкой стоял большой темный комод. С множеством разных ящиков от мала до велика. Я задумчиво прикоснулась к его затупленному краю и провела по поверхности. Ни пылинки!

Я подняла голову. Передо мной буквально в пяти шагах от входа — приоткрытая дверь, ведущая, кажется, в ванную комнату.

Я уверенно сделала несколько шагов вперёд, оказавшись в залитом дневным светом общем пространстве, вмещающим в себя и кухню, и небольшую зону для отдыха, за которой уже виднелась кровать. А прямо за кроватью в самом дальнем углу кресло и небольшой стеллаж с книгами. Обеденная стойка рядом с окном, с двумя барными стульями. Кухонный гарнитур, холодильник и плита прятались за углом, так что не разглядишь из коридора. Если по левую руку была ванна, то по правую пряталась небольшая гардеробная с раздвижными деревянными дверьми.

Всё в серо-белых тонах, разбавлял эту скучную атмосферу фисташковый диван, смотрящий в сторону кровати и яркий ковер перед ним.

Я стояла в стильной мужской квартире без излишек. По ощущениям, её купили уже готовую, слишком хорошо всё сочеталось — от графитового цвета стен до маленькой безделушки, стоящей на комоде. Дизайнер знал толк в минимализме.

— Чай?

— Кофе, — заявила я, не задумываясь.

Он помедлил. Даже на пару секунд замер, явно не зная, что делать дальше.

— Боюсь, кофе я приготовлю отвратительно. Я не умею его делать, — признался Арриан.

— Но ты попробуй. Я не хочу чай. — Я смотрела прямо в его серо-голубые глаза. Мой голос звучал твёрдо: — Я хочу кофе.

Он понял мою завуалированную просьбу, мою интонацию и мой взгляд. Это был вызов на диалог, на желание шагнуть навстречу. Мне было плевать на вкус его ужасного кофе. Я хотела, чтобы он попытался. Последний шанс, последний шаг навстречу.