Чтение онлайн

Я так сильно злилась, что готова была поносить их на чем свет стоит.

Всегда было интересно, а мать Ника вообще знает, как он живёт? Что он делает с людьми? Что предлагает близким подругам? Думаю — нет. Не знает. Я о ней не слышала с тех пор, как она их бросила и улетела на какие-то острова. Была бы она горда Ником?

Голос Арриана вырвал из мыслей:

— Вероятно. Ты ведь уже знаешь, что дело в эмоциях. Они должны создать прецедент, разрушить то, что сдерживает твою суть. Ты должна испытывать что-то поистине сильное, такое как желание и влечение, чтобы его сломать. По сути, ты должна хотеть сломать это в себе, а все остальное лишь мишура — просто ритуал, набор действий, которые подкрепляют твоё истинное намерение. Но да. Нет ничего сильнее страха, любви, крови и секса.

— Я просто спросила, будет ли это больно, — буркнула я, выслушав длинную речь.

— Этого тебе никто не скажет. Но этот вариант абсолютно точно будет приятнее и менее травмирующим.

— Тогда…

Я поднялась немного, чтобы посмотреть в его глаза. С надеждой и диким желанием исправить это случившееся со мной недоразумение, сделавшее изгоем.

Ник сказал, что это не больно. Арриан утверждает, что сила, которая вырвется, будет огромной. Тогда получается Николас — Тёмный Наследник насытиться моей силой — силой Хранителя. По сути — поглотит. Вот чего Кайрил хотел? Действительно. Буквально — дать своему сыну всё самое лучшее!

Я думала, я лопну от злости!

И я не хотела отдавать свой свет, свою благодать Тёмному. Не таким образом! Не возвышая Николаса за счёт своей сложившейся судьбы. Они хотят воспользоваться моим положением в своих корыстных целях. Я не игрушка. Не цель и не средство!

Я наполовину Хранитель.

И я… влюбилась в одного из них.

Лучше позволить себе влюбленность или даже разбитое сердце по Хранителю, который однажды уйдет, чем быть растоптанной, с поломанной судьбой из-за чужих амбиций и желаний. Нет!

Могла бы я позволить Хранителю меня любить, стать моим первым? Если подумать технически — он сломает блок и выдержит всплеск силы, поможет пережить этот момент, будет рядом. Я уверена, что эта нежность, желание и забота не обойдут меня стороной и в постели.

Это самый лучший, идеальный вариант! Надеюсь, Арриан это понимает!

— Не смотри на меня так, Дара.

Его фраза звучала как предупреждение. И я знала, почему он говорит это мне — в моих глазах читалась решимость, горящий огонь.

— Почему?

— Ты знаешь почему! — грозно выпалил он, словно прочитав мои мысли.

Да он издевается? Я фыркнула и легла обратно, положив голову на его колени.

— Да, точно, я забыла. Ты здесь ненадолго.

Он пригладил мои волосы снова.

— Не нужно об этом. Всё может измениться.

Я поднялась, чтобы посмотреть в его глаза. Снова.

— Ты можешь остаться?

Я спрашивала с надеждой и желанием услышать — да. Но внутренний реалист знал — нет. Хранители не остаются. Они приходят и уходят, живут, делают, что хотят. Им отведено время для пребывания здесь. И оно стремительно и неумолимо бежит вперёд. И я не смогу заставить его остановиться. Он уйдет, а вместе с ним и мое сердце. Потому что, кажется, я уже готова была провести с ним весь отмеренный остаток. Я хотела быть счастливой. Как мама, которая позволила себе любовь с Хранителем, а потом родила меня.

— Нет, определенно нет. Но… давай не будем об этом. Не сейчас. У меня есть время здесь и я хочу его провести с пользой.

Я отложила в долгий ящик возможность переспросить. Он не отвертится! Если есть хоть какой-то шанс, а он есть — я это четко поняла — Арриан его знал. Я хочу его услышать. Но не сейчас. Не хочет говорить, не нужно.

Сейчас есть занятие чуточку получше. Хранитель снова привлек меня к себе.

— Сколько тебе осталось? — не унималась я.

— Достаточно, — отозвался Хранитель и с тяжёлым вздохом впился в мои губы.

Снова жадно целовал мои припухшие губы, снова выпивал меня и дарил чувственные ощущения.

Он ушёл в ванную комнату, а я спрыгнула с дивана и забралась на барный стул. Покачивала ногами и раздумывала съесть очередной круассан.

Голод брал своё, а время-то о-го-го! — клонилось к ужину. Желудок был недоволен моим питанием сегодня. Чего уж там — все последние дни. Не помню, когда последний раз ела нормально и полноценно в течение дня.

Я взяла с тарелки румяный сливочный круассан — он уже немного заветрелся, но всё равно было вкусно. Особенно когда ты голоден. Мысли занимала вовсе не выпечка, а мясо.

За окном медленно начинало смеркаться. Это чувствовалось, потому как квартира медленно начала терять краски, а свет становился темнее и начинал давить на глаза серостью. Я разглядывала летающих за окном птиц, покачивающие ветками деревья.

За спиной послышалось бряканье, шаги и шум воды — Арриан мыл посуду. Я задумчиво прокручивала весь сегодняшний день. Каждое сказанное Хранителем слово обо мне. Мне не верилось в происходящее. Вдруг всё это сон? Вдруг я переборщила с порошками и до сих пор крепко сплю? Губы все ещё горели после его поцелуев. Щёки пылали огнём, а в теле поселилась ленивая истома. Слишком реально.

Я так увлеклась собственными мыслями, что не заметила, как рядом со мной поставили стакан из тонкого стекла, наполненный теплой водой.

— Ой! — воскликнула я, поняв, что чуть не столкнула стакан локтем прямо на пол.

Я обернулась. Насколько же я отключилась от реальности, глубоко погрузившись в свои мысли, что не услышала ни шагов, ни его приближения, ни даже звука, как стакан коснулся столешницы?

Неожиданно раздался вопрос, от которого я в очередной раз растерялась:

— Останешься? — спросил Арриан, облокотившись руками на край кухонной стойки. Рядом он кинул полотенце, которым только что вытирал руки.

— Почему нет, — пожала плечами я.

А внутри ничего не дрогнуло. Мне не хотелось уходить так скоро, и внутри я была благодарна за его предложение остаться ещё ненадолго.

— Я приготовлю ужин.

— Ты приготовишь мне ужин? — искренне удивилась я.

— Да.

Я отвела взгляд, чтобы скрыть смущение.

Он приготовит мне ужин. Ужин!

Арриан нахмурился, увидев, как я отвернулась и молчу, прикрывшись ладошкой. Он подошёл ко мне, сидевшей на барном стуле, и заставил посмотреть на него. Остатки дневного света красиво падали на его лицо.

— Что случилось? — серьезно спросил он, будто нам срочно нужно решать какую-то проблему, а я замалчиваю это. Я поджала губы и посмотрела на него, как оленёнок смотрит на маму.

— Ужин мне ещё никто не готовил.

Весь вечер мы готовили что-то вместе. Я показывала, как нарезать овощи, потому что Арриан явно перестарался с кусками картошки — они не пропекутся. В итоге он взял на себя мясо, заверив, что сделает его очень вкусно — я точно останусь в восторге. Мол, никто не жаловался. Но было ли кого угощать?