Чтение онлайн

Декан восточного факультета Ленинградского университета, известный иранист академик М.Н. Боголюбов долго сокрушался, что он раньше не знал такого замечательного историка-медиевиста. Московские ученые с гордостью и любовью представляли Алиовсата Наджафовича ленинградским коллегам. Вот тогда я впервые поняла, что Алиовсат Наджафович - не только уникальный ученый, историк, обладающий стратегическим, глубоко аналитическим мышлением, равно разбирающийся как во всех периодах истории Азербайджана, так и в других областях исторической науки, но что он в равной мере наделен и редчайшим ораторским талантом".

Мы уже рассказывали о том, что Алиовсат Гулиев умел не только требовать, но и быть благодарным за хорошо проделанную работу. Причем эта благодарность распространялась не только на сотрудников института, но и на московских историков-востоковедов.

Октай Эфендиев вспоминает, как азербайджанские историки давно хотели воздать должное выдающемуся русскому ученому Илье Павловичу Петрушевскому [45] за вклад в изучение истории средних веков Азербайджана. И вот в 1967 году им такой случай представился. Илья Павлович приехал в Баку, чтобы выступить оппонентом на защите докторской диссертации одного из наших историков.

Зная о предстоящем приезде московского коллеги, Алиовсат муаллим обратился в Верховный Совет республики с предложением на государственном уровне отметить заслуги Петрушевского в изучении истории Азербайджана. Как всегда в таких случаях, решение затягивалось, и только благодаря настойчивым усилиям Гулиева все было оформлено в срок. Однако и тут не обошлось без накладок.

Награждение было решено провести на следующий день после защиты. И вот соискатель успешно защитился, а назавтра Петрушевский в сопровождении группы сотрудников института во главе с Алиовсатом Гулиевым явились в Президиум Верховного Совета Азербайджана.

Как полагается, председатель Президиума М. Искендеров произнес небольшое вступительное слово и затем вручил Петрушевскому диплом. Собравшиеся начинают аплодировать, но аплодисменты быстро смолкают, потому что присутствующие видят растерянное и удивленное лицо московского ученого. Немая сцена. Все понимают, что произошло что-то неладное. М. Искендеров тоже растерян. Ах, что бы ему, не надеясь на помощников, заранее прочитать бумагу, которую он вручил Петрушевскому!

Первым опомнился Алиовсат Гулиев. Он подошел к награжденному, заглянул в документ, затем что-то прошептал Искендерову. Председатель грозно оглянулся на помощника. Тот исчез и через несколько мгновений появился с другим документом, который Искендеров с извинениями вручил Петрушевскому. Петрушевский раскрыл диплом "Заслуженного деятеля науки Азербайджана", прочитал его, потом заулыбался и сказал:

– Вот это другое дело! Вот за это спасибо!

Когда все вышли из Верховного Совета, коллеги, естественно, обступили Алиовсата Гулиева, требуя рассказать, что же было в той первой бумаге.

– Илье Павловичу, - со смехом ответил Алиовсат муаллим, - хотели вручить Грамоту Верховного Совета, выписанную совсем на другое имя. Ну и достанется сегодня помощнику Искендерова!

Круг научных интересов Алиовсата Гулиева не ограничивался одной только историей. Большой ученый, он радел и за развитие других областей знаний. Именно он стал инициатором изучения народной медицины.

По воспоминаниям Асафа Рустамова [46] , однажды Алиовсат муаллим позвонил к нему.

– Асаф муаллим, - сказал он, - я слышал, что вы изучаете народную медицину. У меня есть некоторые мысли в связи с этим. Не могли бы вы завтра заехать к нам в институт?

Точно в назначенное время Асаф Рустамов был в институте. Его провели в кабинет Алиовсата Гулиева. Алиовсат муаллим подробно расспрашивал гостя о его исследованиях, о проблемах, которые встают перед ним.

– Как бы вы отнеслись к тому, чтобы выступить с докладом у нас на Ученом совете, рассказать нашим сотрудникам о своей работе?

Естественно, Асаф муаллим с радостью принял это предложение.

На Ученом совете собрались все работники института. Асаф муаллим долго и подробно рассказывал собравшимся о значении изучения народной медицины, о проводимых им исследованиях. Затем состоялось обсуждение доклада, после чего Ученый совет вынес решение, в котором особое место уделялось изучению народной медицины. На этом же Совете Алиовсат Гулиев дал задание этнографам во время экспедиций собирать данные о народной медицине и предоставлять их Асафу Рустамову. Более того, ему в институте был отведен отдельный кабинет, где он ежедневно в определенное время занимался своими исследованиями.

"И в последние дни жизни Алиовсат муаллим просил меня не оставлять исследований в области народной медицины, - вспоминает Асаф Рустамов" [47] .

Об особом графике работы Алиовсата Гулиева, и о том, что он заставлял жить по этому графику и своих коллег, мы уже не раз говорили. Особенно доставалось друзьям.

Играр Алиев вспоминает, что Алиовсат Гулиев часто звонил ему по ночам.

– Алиев, как ты смотришь на такую-то проблему?

И вот начиналось долгое ночное обсуждение проблемы, взволновавшей Алиовсат муаллима, завязывался спор.

Впрочем, думается, Играру Габибовичу еще везло. С Иосифом Васильевичем Стригуновым Алиовсат муаллим обращался покруче.

Из воспоминаний Афаг Гулиевой:

"Отец работал по ночам, и вдруг ему приходит какая-то гениальная мысль. Он звонил к Стригунову: "Стри, как ты можешь спать? Почему ты спишь? Чтобы через десять минут был у меня". Бедный дядя Иосиф из теплой постели при любой погоде приезжал к нам, для того чтобы послушать отца, который считал, что если ЭТО пришло, им надо обязательно поделиться, он нуждался в собеседнике, с которым ЭТО можно обсудить".

Но, бывало, посреди ночной работы Алиовсату Гулиеву требовалась разрядка. В таких случая его "жертвой" становился молодой Азер Сарабский [48] человек неиссякаемого юмора, великолепный рассказчик, замечательный пародист.

Вот, что рассказывает об Азере Сарабском Б.Я. Стельник:

"У него был друг Азер Сарабский. Это был прирожденный артист. Он приходил к нам в отдел, в гости, когда мы находились еще в старом здании института, располагавшемся в Музее истории Азербайджана. Азер Сарабский умел поразительно пародировать некоторых наших ученых. Веселил весь отдел.

А бывало, что, когда Алиовсат муаллим, работая дома по ночам, очень уставал, он сам звонил к Сарабскому и просил его прийти к нему, поболтать. И тогда Азер своими шутками помогал ему отдохнуть, расслабиться. Азер так любил своего друга, что по первому зову в любое время дня и ночи готов был ехать к нему через весь город".

Об одном таком вызове рассказывал и сам ныне покойный Азер муаллим.

Как-то глубокой ночью, часа в три-четыре, в доме Сарабских зазвонил телефон. Трубку в таких случаях обычно брала мама Азер муаллима. Звонил Алиовсат Гулиев. Он попросил к телефону Азера.