Алиса в стране чудес в переводе Заходера с иллюстрациями
Шрифт:
Ничего подобного!
Все начали бегать когда кому захотелось, и бежали кто куда хотел, и останавливались когда кто пожелает.
Не так-то легко было определить, когда соревнования закончились! Но Дронта эти трудности не смутили. Примерно через полчасика, когда все вволю набегались и как следует просохли и согрелись, он вдруг подал команду:
– Финиш! Стоп! Соревнования закончены!
И все, запыхавшись, окружили его и стали допытываться:
– А кто же победил?
Чтобы ответить на этот вопрос, даже Дронту пришлось хорошенько подумать. Он долго стоял неподвижно, приставив палец ко лбу (в такой позе нередко изображают на картинках великих людей – например, Шекспира), и все затаив дыхание ждали. Наконец Дронт сказал:
– Победили все! И все получат призы, – добавил он.
– А кто же будет выдавать призы? – спросили его хором (и хором довольно дружным).
– Что за вопрос! Конечно, ОНА, – ответил Дронт, показав на Алису.
И тут все общество сразу окружило ее, и все наперебой закричали:
– Призы! Где призы? Давай призы!
Бедная Алиса не знала, что ей делать; в растерянности она сунула руку в кармашек и вытащила оттуда коробочку цукатов. (Соленая вода, по счастью, туда не попала.) Она стала раздавать конфеты всем участникам соревнований, и как раз хватило на всех, кроме самой Алисы…
– Как же так? – с упреком сказала Мышь. – Ты тоже должна получить приз!
– Сейчас уладим! – внушительным тоном произнес Дронт и, обернувшись к Алисе, спросил: – У тебя еще что-нибудь осталось в кармане?
– Ничего. Только наперсток, – грустно ответила Алиса.
– Превосходно! Передай его мне, – потребовал Дронт.
И опять все присутствующие столпились вокруг Алисы, а Дронт протянул ей наперсток и торжественно произнес:
– Я счастлив, сударыня, что имею честь от имени всех участников просить вас принять заслуженную награду – этот почетный наперсток!
Когда он закончил свою краткую речь, все захлопали и закричали «Ура».
Как вы догадываетесь, во время этой церемонии Алису ужасно разбирал смех, но у всех остальных был такой торжественный и серьезный вид, что она сдержалась. Что полагается ответить на такие речи, она не знала, и потому просто поклонилась и приняла от Дронта наперсток, изо всех сил стараясь сохранить серьезное выражение лица.
Теперь все с чистой совестью принялись за сладкое. Тут не обошлось без писка, визга и мелких происшествий; некоторые птицы покрупней жаловались, что не успели даже толком распробовать, а кое-кто из мелюзги второпях поперхнулся, их пришлось похлопать по спинке.
Наконец и с угощением было покончено. Все опять уселись вокруг Мыши и стали ее просить рассказать еще что-нибудь.
– Вы обещали рассказать мне вашу историю, помните? – сказала Алиса. – И почему вы так не любите – Кы и Сы, – добавила она шепотом, опасаясь, как бы опять не расстроить Мышь.
Мышь повернулась к Алисе и тяжело вздохнула.
– Внемли, о дитя! Этой трагической саге, этой страшной истории с хвостиком тысяча лет! – сказала она.
– Истории с хвостиком? – удивленно переспросила Алиса, с интересом поглядев на мышкин хвостик. – А что с ним случилось страшного? По-моему, он совершенно цел – вон он какой длинный!
И пока Мышь рассказывала, Алиса все думала про мышиный хвостик, так что в ее воображении рисовалась приблизительно вот такая картина:
Кот сказал бедноймышке: – Знаю японаслышке, чтоу вас очень тонкий,изысканный вкус,а живете вы в норкеи глотаете корки.Так ведь вкусваш испортитьсяможет, боюсь!Хоть мы с вами,соседка, встречаемсяредко, ваш визит я бысчел за особую честь!Приходите к обедув ближайшуюсреду! В нашемдоме умеют совкусом поесть!..Но в столовойу кошки даже хле-ба ни крошки…Кот сказал:– Пустяки!Не волкуйтесь,мадам!Наше дело котово –раз, два, три,и готово –не успеетепикнуть,как на стол,я по-да-м! [6]6
До чего хитрый кот! Обратите внимание: он сказал, что только понаслышке знает, какой вкус у мышки. Как будто он никогда не попробовал ни одной мышки!
– Ты не слушаешь, – ни с того ни с сего сердито взвизгнула Мышь, – отвлекаешься посторонними предметами и не следишь за ходом повествования!
– Простите, я слежу, слежу за ним, – смиренно сказала Алиса, – по-моему, вы остановились… на пятом повороте.
– Спасибо! – еще громче запищала Мышь, – вот я по твоей милости потеряла нить! [7]
– Потеряла нить? Она, наверное, в траву упала! – откликнулась Алиса, всегда готовая помочь. – Позвольте, я ее найду!..
7
Мышь говорит про ту нить, из которой состоит ТКАНЬ ПОВЕСТВОВАНИЯ (что это такое, я и сам толком не знаю!). Вообще впервые встречаю таких образованных и обидчивых мышей! И уж совсем непонятно, почему она считает свой собственный хвостик посторонним предметом!
– Ты и так себе слишком много позволяешь! – пискнула Мышь. Она встала и решительно двинулась прочь, бормоча себе под нос: – Вот и мечи бисер перед свиньями! После того, что я рассказала, слушать такие глупости! Очень обидно!
– Да я не нарочно! – взмолилась Алиса. – Вы какая-то очень обидчивая!
Мышь в ответ только что-то проворчала.
– Не уходите, пожалуйста, и доскажите свой рассказ! – крикнула Алиса ей вслед, и все остальные хором поддержали ее:
– Пожалуйста, доскажите!
Но Мышь только досадливо затрясла головой и ускорила шаги.
– Ах, как жалко-жалко, что она ушла, – сказал Попугай, дождавшись, пока Мышь окончательно скроется из виду.
А какая-то старая Каракатица назидательно сказала своей дочери:
– Пусть это послужит тебе серьезным уроком, дорогая! Видишь, как важно всегда владеть собой!
На что молодая Каракатица не без раздражения ответила:
– Помолчали бы лучше, мамаша! Вы и устрицу выведете из себя!
– Вот уж когда жаль, что Диночки тут нет! – сказала Алиса громко, хотя и не обращалась ни к кому в отдельности. – Она бы ее живо сюда притащила.
– Кто эта Диночка, позвольте полюбопытствовать? – осведомился Попугай.
На это Алиса, естественно, откликнулась очень горячо – она всегда была рада случаю поговорить о своей любимице.
– Дина – это наша кошечка! Она так здорово ловит мышей, вы себе просто не представляете! Она даже птиц ловит, да еще как! Только увидит пташку – и готово дело!
Эта восторженная речь произвела на присутствующих должное впечатление. Несколько птиц немедленно снялись с мест и улетели. Пожилая Сорока поспешно начала кутаться в шаль.
– Я непростительно тут засиделась, – объяснила она, – вечерняя сырость для моего горла – просто яд! Верная ангина. Домой, домой!
Канарейка дрожащим голоском созывала своих детишек.
– Скорей, скорей домой, мои крошечки! Вам давно пора в постельку!
Словом, очень скоро все под разными предлогами разлетелись кто куда, и Алиса осталась в одиночестве.
«И зачем я только вспомнила про Диночку, – грустно подумала она. – Никому-то она тут не нравится, а ведь она такая хорошая кошечка, лучше ее нет на свете! Диночка ты моя дорогая, неужели я тебя вообще больше никогда не увижу!»