Чтение онлайн

Дедуля рассказал мне всю свою биографию, все-таки пожилые люди любят поболтать, несколько очень смешных анекдотов, а потом выдал: «Вот так вот нужно будет смеяться завтра с двенадцати до двенадцати тридцати!». Потом позвал какого-то долговязого парня и приказал записаться к Пронину на это время. «Только смотри, чтобы пятерки были видны! У Алисы отличные пятерки и верхние резцы очень красивые!».

Разумеется, я уставилась на них непонимающими глазами. Какие пятерки? И причем тут мои красивые резцы?

— Алисочка, нам сайт нужно обновить и новые буклеты напечатать, — простодушно ответил на мой немой вопрос Давид Илларионович.

— И?

— Мы собирались искать модель, а модель взяла, и сама нас нашла.

— Надо же! Какая удача!

— И не говори… Завтра к двенадцати подъедешь на этот адрес, — хозяин клиники размашистым почерком написал, что-то на листочке и протянул его мне. — Филя там тебя встретит. Только не опаздывай, явись пожалуйста минут за двадцать, нужно будет немного подготовиться. Макияж там, прическа… Ни мне тебе объяснять.

— Я не могу к двенадцати.

Если честно, то я обалдела от такого поворота. Глазом моргнуть не успела, как меня втянули в какое-то дело, даже не спросив, хочу ли я в этом участвовать. Дедуля явно плохо представляет процесс фотосъемки. Какие двадцать минут на макияж, какие полчаса на съемку? Да я на паспорт дольше фотографировалась. Да и быстро это как-то все, вдруг мне здесь не понравится, и я уволюсь через неделю. А мои прекрасные пятерки и великолепные резцы будут заманивать сюда клиентов.

— А ты постарайся… У фотографа как раз будет перерыв. Боюсь, что другое время для меня экономически невыгодно. — Сколько у него час работы стоит? — обратился к долговязому парню, стоящему около стола.

— Пятнадцать…

— Совсем с ума сошел, — покачав головой произнес дедушка.

— Но у меня экзамен.

— Так, нам нужно всего полчаса… В какое время ты можешь?

— После двух.

— Ладно, что с тобой делать. Я надеюсь на экзамен ты пойдешь красивой?

— Как на праздник!

— Тогда прическа и макияж отменяются, — повернулся к парню. — Скажи ему что десять фото будет достаточно.

Парень кивнул и собрался выскочить за дверь.

— Только прежде чем расплатиться, напомни ему, что имплантаты его маме я ставил с пятипроцентной скидкой, — полетело уже в спину убегающему.

— Так, а теперь с тобой красавица. На работу выйдешь с понедельника. Подойдешь на ресепшен, Юля пояснит по поводу графика и твоих обязанностей. Зарплату Андрей тебе озвучивал.

Я кивнула. Надеюсь то, что говорил Андрей правда и платить мне буду не зубной пастой.

— По поводу съемки… Здесь я готов сделать тебе очень выгодное предложение. Ты красиво поулыбаешься на камеру, а мой лучший хирург удалит тебе левую нижнюю восьмерку.

У меня просто слов нет. Смотрю на него стараясь не расхохотаться. Что имя, что фамилия этому человеку даны не просто так.

— Не нужно мне ничего удалять!

— Нужно!

— Да нет же!

— Да говорю тебе! Я профессионал, дорогуша. И вижу все, что нужно сделать человеку касаемо его зубов еще до того, как он открыл рот.

— Прямо-таки рентгеновским зрением обладаете?

— Прямо-таки им самым, — передразнив мою интонацию произнес Давид Илларионович и поднялся из кресла. — Пойдем ка со мной.

Мы зашли в соседний кабинет.

— Ирочка, сделай девушке панорамный снимок.

Улыбчивая миниатюрная блондинка в белоснежном медицинском костюме жестом пригласила меня в соседнее помещение. Меня быстро облачили в свинцовый фартук и через пару минут отправили обратно к дедуле. Он деловито подозвал меня к столу и ткнув узловатым пальцем в монитор компьютера, указал на единственный кривой зуб в моей челюсти, который до сих пор так и не удосужился прорезаться.

— Видишь… Как рыбка плывет. Он уже немного сместил нижний ряд, это едва заметно, но то ли еще будет… — поерзав в кресле выдал дед.

— Не вижу никакого смещения.

Спасибо мамочке и папочке за отличную наследственность. Что скобки, что брекеты обошли меня стороной. Где и что он мне там сместил? Ну расположен криво, ну и что? Подумаешь… Главное, что он в ряду последний и не болит вовсе. А быть может и не заболит никогда. Зачем будить лихо пока тихо?

— Это пока, — произнес он и свернул вкладку. — Так что думай Алисочка. Я могу заплатить тебе за фотографии, и ты можешь забыть об этой проблеме, ведь до сего момента ты о ней даже не знала. А могу избавить тебя от осложнений в будущем. Зубы мудрости очень коварные… Давай завтра, после пяти?

Я отрицательно помотала головой.

— Сначала фото, потом операция, — усмехнулась.

— Само собой, — деловито произнес дед и лукаво улыбнулся. — На самом деле Марк сегодня не работает, а завтра так уж и быть уделит тебе время. К тому же фото вряд ли получатся отличными, если модель на них будет с отекшей щекой и страдающими глазами.

Я еще раз отрицательно помотала головой.

— Нет уж, увольте…

— Так я тебя еще не принял, — продолжил улыбаться дедуля. — Когда он напомнит о себе, вспомнишь мое выгодное предложение…

— Думаю, что пока воздержусь. Если острой необходимости в этой манипуляции нет, я, пожалуй, поживу еще с полным комплектом зубов.

— Восьмерки все равно нужно удалять.

— С детства не люблю стоматологов, — опустив голову произнесла я, едва сдерживая улыбку.

— Я и сам их терпеть не могу, — расхохотавшись произнес он.

Дедуля здорово поднял мне настроение. Думаю, что на этой работе не соскучишься. И пусть его пророчество по поводу моих будущих проблем с зубом мудрости не беспочвенно, пока что я решила обойтись без хирургических вмешательств.

Полчаса назад я познакомилась с глубоко беременной Юлечкой, которая посоветовала мне ни за что, ни при каких обстоятельствах не садиться в ее кресло. Можно взять другое из приемной, любой бесхозный стул или табурет, но только не это, пусть оно и супер удобное.

Оказывается, это место сулит каждому, а точнее каждой кто приземлит в него свою пятую точку, неминуемый декретный отпуск. Юля, как выяснилось, четвертая кто умудрился подцепить эту «хворь». Именно так она и назвала свое положение, продемонстрировав мне свои отекшие лодыжки в пушистых домашних тапочках. Сия участь за последние пять лет, миновала только Степаниду Леонидовну и то только потому что ей уже глубоко за семьдесят. Да Филиппа, личного ассистента Давида Илларионовича. Они периодически тоже занимают место за стойкой администратора.