Чтение онлайн

Что он имел в виду?

Предполагается, что человек пробуждается к магической силе Воли, своего рода пути в Дамаск, изменяющему жизнь опыту. Так и произошло. Но путь в Дамаск Кроули был путем ко дну, болезненным вначале, но в конце концов экстатическим. Биографы упустили суть.

Где-то в 1930-е годы Кроули написал не предназначенную для печати «гей-комедию» в стиле Лоуренса Стерна и Франсуа Рабле [13] . «Не приключения сэра Роджера Блоксама» раскрывают героя, имя которого имеет двоякое значение, уходящее корнями в характерный мальчишеский анальный юмор Кроули: «Сэр Роджер блокирует [ «трахает»] их. То, что заблокировано, может быть найдено через его верную Порфирию Поппей, его пурпурный мак или анус. Поддерживаемый «кардиналом» («столп церкви»), его пенисом, сэр Роджер описывает встречу в Стокгольме с шотландцем Джеймсом Л. Диксоном [14] , семейным человеком, который постоянно на работе. Таким образом, мы находим истинную основу «Военного Ордена Храма», в который был принят Кроули:

Было около одиннадцати часов ночи, когда сэр Роджер Блоксам встретил графа Свендстрема. Швед находился под влиянием чопорной королевы, я полагаю; потому что все, что он сказал, было следующее: «Давай, давай! Мальчик твоего возраста должен быть в постели в это время ночи!» Сэр Роджер понял слова своего советника; он сразу исполнил приказ; кстати, он познакомил графа с Порфириеей Поппей.

Прежде чем обнаружить, что содомия может быть причастием, превращающим плотские стимулы в духовное возвышение, сэр Роджер / Кроули жаловался, что он «устал кататься на коньках». Он не знал никого в Стокгольме, кроме душного старого британского министра и его скромной супруги; и он не знал ни слова по-шведски, и ему не нравился Punch.

Кроули знал «старого британского министра». Мы видим это везде, где он был; не как турист, Кроули лично знал сотрудников британского консульства. У него также была страсть к компаниям высокопоставленных военных. Итак, мы должны знать, что под «Военным Орденом Храма» подразумевается Орден Тамплиеров. Часто связанных с зарождением масонства, тамплиеров обвиняли в использовании содомии в своих обрядах посвящения.

Легенда скрыла эту проблему, как и другую. Что Кроули делал в Стокгольме?

Стокгольм был воротами Швеции в Россию. Россия была занозой в лапе Льва. Россия угрожала британским интересам в Европе и на Востоке.

Лето 1897 г.

Пока весь Лондон собирался праздновать Бриллиантовый юбилей королевы Виктории, Кроули был в Санкт-Петербурге. Его «Исповедь» объясняет этот визит подготовкой к его дипломатической карьере. Изучение русского языка было бы полезно для шпиона. Однако по возвращении в Великобританию из Санкт-Петербурга что-то в Кроули, похоже, сломалось. Наблюдая за берлинской шахматной конференцией, он представлял себе размытое ничтожество, посредственное во всем, кроме интеллектуальной игры. Вернувшись в Кембридж, он впал в кризис. Если лавры шахматного мастерства ничего не стоили, не были ли напрасны все земные достижения? «Транс печали» окутал тщетность честолюбия. Его отец, несомненно, придерживался той же теории из Библии: Суета сует. Все суета и томление духа. Теперь его остро поразил духовный факт. Представления о том, кем он был, каким может быть его будущее, растворились в бесцветной депрессии. Мировые ценности бесполезны. Должен ли он передать свою долю и свою добычу дипломатическому корпусу? Запомнят ли даже самого великого посла? Кроули спрашивал: Какой труд имеет непреходящее значение? — вывод о том, что единственная работа, на которую стоило положить жизнь, — это работа, превосходящая материальный уровень. Он считал, что за завесой материи действует невидимая сеть духовных сил. У Кроули было новое стремление: повлиять на ход истории изнутри.

Помимо шока от богатства, если не от положения, чему еще мы могли бы приписать поворотный момент Алистера?

Быть гомосексуалистом в 1897 году определенно означало тайную жизнь — хотя, если это держалось в секрете, это не должно было лишать его права на дипломатическую службу. Была ли другая тайная жизнь, которая его привлекала, более созвучная его растущим духовным амбициям? Пристрастился ли Кроули к шпионажу в Санкт-Петербурге? Был ли его визит в Россию своего рода «репетицией» для государственных спонсоров?

Государственные спонсоры?

Прием Кроули в Тринити был поддержан Робертом Артуром Талботом Гаскойн-Сесилом, маркизом Солсбери, избранным премьер-министром в третий раз в июне 1895 года, незадолго до принятия Кроули. Прием в Тринити был также поддержан соратником Солсбери, старшим консерватором, Чарльзом Томсоном Ричи (впоследствии первым бароном Ричи), бывшим секретарем Адмиралтейства.

* * *

Как мы можем объяснить связь Кроули-Солсбери-Ричи-Тринити?

Первый: Кройдон. Мемуары Цицилии Мэри Кроули описывают присутствие ее семьи там как влиятельное. Дом для тети Кроули Энни после смерти мужа Джонатана в 1888 году, Кройдон также стал прибежищем самого Кроули. Энни давала Алистеру эмоциональную опору более 30 лет. Энни поделилась своей политикой со своим племянником, как и с частью семьи, к которой относилась Цицилия Мэри.

Консерватизм, по утверждению Цицилии, был семейной традицией:

Мой отец, его отец и мой прадед, и, возможно, другие предки, были консерваторами. Бабушка Кроули [Флоренс Мэри] принадлежала к Лиге Примулы Дизраэли, а все либералы считались совершенно безответственными [15] .

Флоренс Мэри (1847–1927) наверняка знала соседку, жительницу Кройдона, Энни Кроули, поскольку обе были членами огромной организации поддержки консерваторов, Лиги Примулы, основанной Рэндольфом Черчиллем. Лорд Солсбери был великим мастером Лиги. С помощью него Энни Кроули активно поддержала успешную кампанию Чарльза Томсона Ричи в 1895 году, что позволило ему стать депутатом Кройдона.

Со своей стороны, Солсбери, вероятно, повлиял на выбор Тринити как подходящего колледжа для многообещающего Эдварда Александра Кроули. Трое сводных братьев Солсбери были членами Тринити, из которых один, лорд Саквилл Артур Сесил, был, как и дед Кроули, управляющим нескольких железнодорожных компаний [16] . Саквилл также разделял преданность своего сводного брата Солсбери электромеханике, химии и телеграфии; Солсбери владел двумя электрохимическими лабораториями. Разделяя этот энтузиазм в отношении науки и технологий, покойный муж Энни Кроули, инженер-строитель Джонатан Кроули, запатентовал механизм переключения железнодорожных стрелок и был избран в ведущие научные учреждения Лондона [17] . Его племянник Алистер изучал химию.

Доказательство веры Кройдона в Кроули определенно послужило бы предпосылкой для возможной вербовки Кроули в секретную службу Кембриджа. Хотя прямых доказательств вербовки в настоящее время нет, такой сценарий проливает свет на некоторые, в остальном непонятные, пробелы в жизни Кроули после 1896 года.

Шпионаж и оккультизм часто связывают, и, если вникнуть, они симбиотичны. То, что амбиции Кроули стать профессиональным дипломатом умерли, не означает, что он потерял желание вызывать изменения в мире изнутри. Действительно, погрузившись в мир кодировок и привилегированного общения, мы сразу увидим связь между магией и шпионажем.

Кембридж Кроули был убежищем для выдающихся умов, посвятивших себя научному пониманию психики. Одним из них был научный сотрудник Тринити, профессор Джеймс Уорд (1843–1925), метафизический психолог. Сын Уорда Кеннет станет другом и учеником Кроули. Тот, кто овладел умом, мог владеть миром. Где же тогда секреты разума? Кроули знал два основных пути к открытию того, что движет человеком и его природой; научный эксперимент и эзотерическая традиция. Он по-своему старался преуспеть в обоих направлениях.

Еще одним человеком, любившим интриги, был достопочтенный Фрэнсис Генри Эверард Джозеф Филдинг (1867–1936). Считая католицизм неспособным помочь справиться с горем по поводу смерти своей сестры, Фейлдинг вступил в Общество психических исследований (SPR) в 1895 году. Основанное в Тринити в 1882 году, SPR исследовало с научной точки зрения «психические» явления: медиумизм, телепатию, призраков и жизнь после смерти. Фейлдинг, секретарь SPR с 1903 года, также был офицером разведки. Если кто-то «завербовал» Кроули на секретную службу в Кембридже или в другом месте, Эверард Фейлдинг, который был старше Кроули на восемь лет, должен быть первым кандидатом.