Чтение онлайн

– Моя жена? Я навсегда порвал с моей женой. Я о ней даже слышать не желаю! Мне противно это имя.

Он грязно выругался и ударил кулаком по столу.

Экс-диктатор отечески успокоил его, затем поднялся и пошел проводить брата до калитки. Они пожали друг другу руки; но как только калитка за генералом захлопнулась, Джон Венделер разразился хохотом, который показался Фрэнсису дьявольски злобным.

Так прошел еще один день, принесший мало нового. Впрочем, молодой человек помнил, что завтра вторник, и ожидал необычных открытий. Хорошо ли, плохо ли для него обернется дело, он, во всяком случае, узнает что-нибудь любопытное, а если повезет, то доберется и до разгадки тайны, окружавшей его отца и всю семью.

Близился час обеда, и в саду позади дома с зелеными ставнями шли приготовления: на небольшом столике, который был виден сквозь ветви каштана, стояли тарелки для перемены и все необходимое для салата. Стол для обедающих располагался в стороне, густая листва почти полностью скрывала его, и Фрэнсис мог разглядеть лишь накрахмаленную скатерть и столовое серебро.

Мистер Роллз явился минута в минуту. Он все время держался настороже, говорил тихо и скупо ронял слова. Экс-диктатора, наоборот, охватила необычайная жизнерадостность – в саду то и дело звучал его по-юношески несдержанный смех. Судя по интонациям, он, вероятно, рассказывал забавные истории. И не успели они с молодым священником прикончить бутылку вермута, как недоверие гостя испарилось, и они уже болтали, словно два старых школьных товарища.

Наконец появилась и мисс Венделер с супницей в руках. Мистер Роллз вскочил, чтобы помочь ей, но она, смеясь, отказалась. Последовал обмен шутками – обедающих словно забавляло, что одному из них приходится подавать на стол.

– Зато без прислуги чувствуешь себя как-то свободнее, – заявил господин Венделер.

Вслед за тем они втроем сели за стол, и Фрэнсис потерял их из виду. Но обед проходил, очевидно, весело, потому что под каштаном слышались бодрые голоса и звяканье ножей и вилок. Одно блюдо сменялось другим, затем был подан десерт и бутылка старого вина, которую откупорил сам экс-диктатор. С наступлением темноты на столе зажгли лампу и несколько свечей, вечер был тихий, звездный и теплый. На веранде также горела лампа, так что в саду было видно все до мелочей.

Мисс Венделер уже несколько раз входила в дом и тотчас возвращалась. В последний раз она появилась с подносом, на котором стоял кофейник и чашки, и поставила его на маленький столик. Ее отец тут же поднялся из-за стола.

– Кофе – моя специальность, – услышал Фрэнсис.

Затем он увидел, как его предполагаемый отец приблизился к маленькому столику, освещенному свечой.

Продолжая беседовать как бы через плечо, мистер Венделер нацедил две чашки густого темно-коричневого напитка, а затем движением фокусника опорожнил в одну из чашек крохотный флакончик с неизвестным содержимым. Фрэнсис не успел опомниться, как дело было сделано. В следующее мгновение, продолжая посмеиваться, мистер Венделер вернулся к обеденному столу, держа в руках две чашки.

– Не успеем мы допить кофе, – произнес он, – как появится наш ростовщик!

Трудно описать смятение и отчаяние, охватившие Фрэнсиса. На его глазах совершалось преступление, и он понимал, что обязан вмешаться, но не знал, как это сделать. Что, если это окажется просто шуткой? Как он будет выглядеть, ни с того ни с сего подняв тревогу? Сущая пытка – пассивно наблюдать за событиями, когда в душе борются столь противоречивые чувства!

Он схватился за подоконник, сердце его страшно билось, холодный пот бисером осыпал лоб.

Прошло несколько минут.

Он заметил, что разговор становится все более вялым, но пока ничего тревожного не происходило. Внезапно послышался звон разбитого бокала, а вслед за этим негромкий глухой звук, словно кто-то уронил голову на стол. И тотчас под каштаном прозвучал пронзительный крик мисс Венделер:

– Что ты наделал?! Он умер!

Экс-диктатор ответил яростным свистящим шепотом, но так, что до Фрэнсиса донеслось каждое слово.

– Молчать! Он не менее здоров, чем я. Бери его за ноги, а я возьму под мышки…

Фрэнсис слышал, как мисс Венделер разрыдалась.

– Ты слышала, что я сказал? – тем же шепотом продолжал мистер Венделер. – Или хочешь окончательно рассориться со мной? У тебя есть выбор, мисс Венделер!

Повисло недолгое молчание, затем послышался голос экс-диктатора:

– Надо внести его в дом. Будь я чуть помоложе, справился бы сам. Но годы дают о себе знать, и без тебя мне не обойтись.

– Но ведь это же преступление! – проговорила девушка.

– Я твой отец, – возразил мистер Венделер.

Эти слова, по-видимому, возымели действие. Захрустел гравий дорожки, послышался стук опрокинутого стула, затем Фрэнсис увидал, как отец и дочь вместе с бесчувственным телом мистера Роллза, которого они несли, поднялись на веранду, и дверь за ними захлопнулась. Молодой священник был неподвижен и мертвенно-бледен, голова его болталась, как у тряпичной куклы.

Жив он или мертв? Несмотря на утверждения мистера Венделера, Фрэнсис предполагал худшее. Свершилось тяжкое преступление, и теперь обитателям дома с зелеными ставнями грозили страшные беды. Юноша неожиданно почувствовал, что сочувствие к девушке и старику, стоявшим, по его мнению, на краю погибели, вытесняет из его души ужас перед случившимся. Волна великодушия затопила его сердце. Он тоже готов защищать и поддерживать своего отца, даже если судьба и закон ополчатся на него!

Фрэнсис распахнул окно, взобрался на подоконник, зажмурился и, широко расставив руки, прыгнул прямо в гущу листвы старого каштана. Одна ветка за другой вырывались у него из пальцев или ломались под его тяжестью. Наконец он вцепился в толстый сук, секунду провисел в воздухе и, отпустив ветку, рухнул прямо на стол. Тревожный возглас, раздавшийся в доме, дал знать, что его вторжение не осталось незамеченным. Фрэнсис вскочил, пошатнулся, в три прыжка преодолел расстояние, отделявшее его от дома, и остановился, распахнув дверь веранды.

Он увидел небольшую комнату, устланную циновками. Вдоль стен выстроились застекленные шкафы, полные редкостных и ценных предметов, а посреди комнаты, склонившись над телом Роллза, стоял мистер Венделер. При появлении Фрэнсиса старик выпрямился и сделал неуловимое движение рукой. Оно заняло не более секунды, все произошло почти мгновенно, и хотя молодой человек не мог бы присягнуть, но ему показалось, что экс-диктатор успел вынуть из внутреннего кармана сюртука священника какой-то предмет, взглянуть на него и поспешно передать дочери.

Все это произошло, пока Фрэнсис медлил на пороге. В следующую секунду он бросился к ногам мистера Венделера.

– Отец, – вскричал он, – позвольте и мне помочь вам! Я сделаю все, что вам необходимо, и ни о чем не стану спрашивать; я отдам свою жизнь за вас – только отнеситесь ко мне как к сыну, и вы найдете во мне самую глубокую преданность!

Экс-диктатор встретил эти излияния взрывом проклятий.

– Сын и отец? – вскричал он. – Отец и сын? Что за пошлая комедия! Как вы попали в мой сад? Что вам надо? И кто вы, черт побери, такой?