Чтение онлайн

Уловив мое настроение, Ричард не стал продолжать эту тему, дождался, пока я дожую, и осторожно поинтересовался:

— И как? Не скучаешь по зверю?

Шаман.

— Нет. И надеюсь, соскучиться не успею.

Куда я подевал своего волка, он не спрашивал и вообще не задавал больше вопросов, позволив мне рассказать то, что я сочту нужным. А я счел нужным выложить ему все, включая не лучшим образом характеризующие меня подробности своего знакомства с княжной Дманевской и проклятыми бумагами.

— Три дня, — глядя сквозь меня, проговорил унери. — Слишком много.

— Ты хотел сказать — мало?

— Много, — покачал головой он. — Нельзя надолго разлучаться со зверем, виери должна была тебя предупредить. Ты-то продержишься, а вот волк…

Я почувствовал, как рубашка прилипла к спине. Не из-за волка — представил, что случится через три дня, если выяснится, что Менно за это время распилил алмаз на десяток мелких камней.

— Ты должен решить, чего хочешь, — копируя в интонациях Улу, потребовал Рик.

— Не поверишь, — я нашел в себе силы усмехнуться, — жить хочу.

Где сейчас Менно, Мун бы его побрала? Здесь? Вряд ли. Иначе уже встретились бы. Забрал камень и вернулся в тот дом, к запертым в подвале олухам и немой служанке? Увидел, что нас нет, и принялся разделывать камень? Или наоборот — узнал, что мы сбежали, и стал искать алмаз. И нашел же! Хотя чему удивляться, когда весь королевский сыск к его услугам? Мне бы его возможности, не влип бы во все это…

— К озеру не поедем, — сказал я то, о чем Рик сам должен был уже догадаться. — После отдохнем. А сейчас… В Драмлин.

— На пепелище? — уточнил шаман.

— Нужно же с чего-то начинать? Но на поездку уйдет время. Вот если бы ты Тропу открыл…

— Хорошо, — согласился он, даже не дослушав. — Дай мне карту и полчаса — сделаю. А потом?

— А потом видно будет.

Лисанна

Он меня пугает. Все больше и больше походит на волка из моего кошмара.

У источников мне показалось… Да нет, глупости. Но он странно вел себя. Может, уже чувствовал, что алмаз попал в недобрые руки. Хорошо, что Рик с Унго вовремя подоспели и помогли увезти его оттуда. Лишь бы никто не рассказал дэйни Мадлен, что у ее гостя случился приступ…

Сидела у его постели, молила Создателя, чтобы он скорее пришел в себя. Яра еле уговорила меня пойти поесть. А стоило отойти, как он очнулся. Тут же позвал Ричарда, они долго говорили о чем-то, и теперь мы здесь, рядом с развалинами поместья, все обитатели которого погибли четырнадцать лет назад. Зачем? Что он думает тут найти? Еще и на ночь глядя.

— Городок совсем рядом, — сказал Рик. — Драм. На староольском это, кажется, означает «холм». А Драмлин тогда…

— Дом у холма, — подсказала я. — Уверена, поблизости есть еще Драмслитт, Драмнесс и какой-нибудь Драмгол.

К вечеру, еще до темноты, оставив экипаж и кучера на водном курорте, мы переместились на сотни миль к югу и теперь шли по проселочной дороге в направлении города-холма, куда наш шаман не рискнул открыть Тропу, чтобы не пугать местных жителей или не выйти в совсем уж неожиданном месте вроде женских бань. Перед самым переходом Ричард рассказывал, что был в его прошлом подобный эпизод. Мы с Ярой смеялись, даже Унго, обычно такой сдержанный, улыбался во весь рот. И только Джед оставался серьезным, если не сказать — угрюмым.

Создатель Всемогущий, как же он меня пугает. И мне трудно понять, боюсь ли я за него или просто боюсь его…

Драм оказался маленьким, невероятно ухоженным городком. Мощенные гладким булыжником улочки были чисто выметены, невысокие заборчики, все как один, выкрашены в небесно-голубой, а аккуратные домики стояли ровными рядами, наряженные в яркую зелень палисадов, и любопытно сверкали в свете заходящего солнца надраенными до блеска оконцами. Случайные прохожие одаривали нас приветливыми улыбками, и первый же встречный вызвался проводить до трактира — небольшого, но, как и все здесь, чистого и уютного, с блестящими окнами, выскобленными полами и свежевыкрашенными дверьми.

— Не нравится мне здесь, — негромко высказала общую мысль Яра, когда мы, заплатив за комнаты и заказав поздний ужин, разместились за столом в просторном, хорошо освещенном зале. — Я, конечно, немного городов видела, но этот неправильный какой-то. А трактир — так и подавно странный.

— И постояльцев, кроме нас, нет, — огляделся по сторонам Джед.

Рик осмотрелся и неуверенно пожал плечами:

— Ничего необычного не чувствую. Но вы правы. — Он обвел взглядом зал, на миг задержавшись на стоящей в углу непонятно для чего предназначенной деревянной треноге в человеческий рост. — Все это несколько настораживает.

Я тоже хотела поделиться своими опасениями, вызванными нереально чистыми улицами, голубенькими заборчиками и белоснежным, без единого сального пятнышка, фартуком трактирщика, когда этот самый трактирщик неслышно подошел со спины и со стуком поставил на стол передо мной поднос с огромными глиняными кружками.

— Отведайте, гости дорогие, кваску нашего, ягодного, — протянул он нараспев. — Покуда еще жаркое поспеет да вино поднесут, а вам с дороги небось горло промочить охота.

— Спасибо, — с улыбкой поблагодарил хозяина Джед, но, когда Яра схватилась за кружку, едва заметно покачал головой: «Не пей».

— Ежели еще чего к заказу добавить изволите — не стесняйтесь, — соловьем заливался меж тем дебелый рябой мужик с совершенно неподходящей ему козлиной бородкой и жиденькими рыжими волосенками, гладко зализанными набок. — Все исполним в один момент и в лучшем виде!

— Конечно-конечно, — пробормотал сбитый с толку таким радушием Рик.

Джед для виду взял с подноса кружку, и я последовала его примеру. Но трактирщика это не обмануло, он по-прежнему топтался у стола.

— А скажите-ка, любезный, что это у вас такое?

Наверное, оборотень решил отвлечь его таким манером и указал на загадочную треногу.

— Это? — растерялся мужик. — Э-э-э… Держака!

— Что? — переспросили мы хором.

— Штуковина такая, девственниц привязывать, — снисходительно пояснил трактирщик.

— Зачем? — опешила я.

— Как — зачем? — удивился рыжий. — Чтобы горло удобнее было перерезать. А вниз чашу ставим, куда кровь стекает…

Он всем телом развернулся ко мне, наклонился и зловещим голосом закончил:

— А опосля пьем ее. Вампиры мы.