Чтение онлайн

Оказавшись на улице, я на прощанье обернулся на вход «вампирского» заведения и подумал, что вчерашнего конфуза можно было бы избежать, обрати мы сразу внимание на вывеску. Наверняка в течение года трактир носил другое, не столь экстравагантное, название и табличка была иной, но сейчас, во время праздника духов, на стене красовался большой деревянный щит, на котором черной краской на бледном фоне вывели: «Влюбленный некромант». Сбоку от надписи был нарисован скелет с букетом увядших цветочков. То ли некромант не решился сам прийти на свидание и отправил к пассии одного из своих подопечных, то ли это он и был, но уж слишком долго дожидался возлюбленную.

С приездом поклонников вестольских сказок изменился не только трактир, но и сам город. Мы не узнавали вчерашних улиц. Тихие и чинные вечером, они теперь пестрели яркими нарядами, скалились ухмылками выставленных вдоль дороги чучел и гудели десятками голосов ушлых лоточников, выволокших на продажу заезжим гостям всякую всячину. Одни предлагали амулеты от нечисти: по сходной цене можно было обзавестись серебряной подвеской, вязанкой чеснока или небольшим осиновым колом. Другие, напротив, торговали средствами для общения с потусторонними силами: гадательные зеркала и карты, коврики с заблаговременно выведенными на них пентаграммами, горящие зловещим красным огнем свечи и «хрустальные» шары — наполненные маслом стеклянные сферы, которые следовало потрясти, чтобы увидеть «духоворот» из кружащихся блесток.

Под шумок продавались и прочие, не имеющие отношения к нежити и нечисти товары: пуховые платки, дешевые женские украшения, соломенные шляпы (что было нелишним, учитывая, как палило в последние дни солнце). Я увидел примостившийся под стеной большого кирпичного дома прилавок резчика и, не удержавшись, подошел полюбоваться на работу. Дед, старый вожак Бертран, баловался резьбой по дереву. Он умер, когда мне было восемь, и я уже не вспомню его лица, но дома до сих пор хранятся сделанные им для меня свистульки. Тут тоже были похожие. А еще — длинные дудочки, шкатулки (век бы их не видеть!), ложки и скалки. Последние лежали ровным рядком под картинкой с изображением, нет, не раскатывающей тесто поварихи, а дородной бабищи, встречавшей в дверях худосочного мужичка. «Здравствуй, милый. Что так долго?» — было написано на ее радушной физиономии и непосредственно под рисунком. Рядом с орудием супружеской ласки покоились в ивовой корзинке трещотки вроде той, которой провожала нас немая служанка Менно. В кармане завалялась монетка в полграсса, и я, убедившись, что Рик не видит, купил одну. При случае подарю шаману, злых духов гонять. С бубном Улы, сейчас лежавшим в сумке ее ученика, должно неплохо сочетаться.

На руинах Драмлина Ричард собрал в холщовый мешочек земли из-под обвалившихся стен, присовокупил к ним пару головешек и, затянув тесемки, велел нам взяться за руки.

— Чтобы никто не потерялся на Тропе, — пояснил он. — Сегодня сложнее будет.

Видимо, для него сложнее, так как я ничего не почувствовал.

Совсем ничего. Только легкое дуновение ветерка, принесшего с собой аромат сосновой хвои… Но песни я не слышал…

— Если завтра решим идти, еще тяжелее будет. — Унери утер выступивший на лбу пот и опустился на песок.

Вместо развалин дома у холма мы оказались на пустынном, залитом солнцем пляже. В стороне, не ближе чем в полмили от нас, начинались первые виллы Лазоревой Бухты.

— Море! — Сбросив туфли и подобрав подол, Яра побежала к воде.

Сана поглядела на нее, на нас и тоже решила окунуть ноги в теплые волны.

А я бы с головой нырнул.

— Рик. — Я присел рядом с шаманом. — Я не слышал песни. Вообще. Даже люди, которые ходят тропами, слышат хоть немного…

— Потому что они люди, — сказал унери, с улыбкой наблюдая за прыгающими в набегающих на берег волнах девушками.

— А я? Кто я теперь?

Он не ответил. Долго смотрел на море, а потом вдруг предложил:

— Сплаваем до того буя?

— Кто быстрей?

Нас ждало серьезное и опасное дело, от успеха которого зависела моя жизнь… Но, если ничего не получится, я смогу при встрече с Создателем похвастать тем, что напоследок успел искупаться.

Лисанна

Когда мужчины, раздевшись до исподнего, зашли в воду, Яра, поглядев на них, принялась расшнуровывать корсаж.

— А что? — ответила она на мой немой вопрос. — Чем я хуже?

— Белье долго сохнуть будет, — нашла я не связанный с моралью аргумент.

— Не волнуйся, я его мочить не стану, — успокоила она меня.

Нет, я, конечно, успела пересмотреть свои взгляды на отдельные нормы приличия и уже знала, что у метаморфов ко многому относятся проще. Но не настолько же?

Кажется, Унго был единственным в нашей компании, кто меня понимал, и когда Дияра начала стягивать с себя одежду, скромно отвернулся. Я тоже отвела взгляд от разоблачающейся девушки и не смотрела бы, если бы внимание не привлекло негромкое рычание: из-под упавшего на песок платья выбралась волчица и, скалясь во всю пасть, показала мне язык. А, ну если так…

Она носилась вдоль берега, лапами выбивая блестящие брызги, а я сидела на песке и завидовала.

— Дэйни Лисанна, — обратился, приблизившись ко мне, тайлубиец, — позвольте спросить.

— Да?

— Вы всегда пьете чай без сахара?

— Да, — признала я, сбитая с толку неожиданным вопросом.

— А кофе?

— Тоже. Иногда добавляю сливки.

— Спасибо, — поклонился чернокожий великан и отошел с таким удовлетворенным видом, словно только что получил от меня наиважнейшую информацию.

После того как волки вдоволь наплавались, они вспомнили о деле.

Идти всем вместе в город, где нас с Джедом хоть и не слишком хорошо знали, но все же могли вспомнить, нужды не было. Решили, что в Лазоревую Бухту отправятся только Унго и Рик. Разузнают, где именно похоронена Виктория Солсети, купят что-нибудь на обед, а ближе к вечеру мы полным составом наведаемся на кладбище: Ричард объяснил, что кто-то должен будет страховать их с Джедом «снаружи».

Пока шаман и тайлубиец отсутствовали, мы переместились с пляжа в тень небольшой рощицы. Я снова достала книгу о ритуалах, Яра со скучающим видом бродила среди деревьев, отыскивая цветы для венка, а Джед уснул, подложив под голову одну из сумок. Если бы я знала, что он, как и ночью, не проснется, опять прилегла бы рядом…

— Подъем, сони!

Оказалось, я все-таки уснула, опершись на толстый ствол дерева и так и не открыв книгу.

Яра, судя по примятой щеке и непонимающему взгляду, тоже дремала, а Джеда не разбудил даже нарочито радостный крик возвратившегося из разведки Рика, и шаману пришлось его растолкать.

— Новостей много, и все хорошие, — начал унери, усаживаясь на траву между мной и отчаянно зевающим дэем Леймсом. — Во-первых, Анну-Викторию не похоронили на кладбище, а сожгли. На всякий случай. Предосторожность, замечу, не лишняя. Мало ли какие еще ритуалы она практиковала — кому нужны ходячие мертвецы?

— Постой-ка! — Я схватила его за руку. — Ты сам говорил, что дух сожженного нельзя вызвать…

— Дух умершего в огне! — поправил меня метаморф. — И не «нельзя», а проблематично. Но нашу дамочку сожгли уже после смерти. И мало того что сожгли, так еще и поставили урну с ее прахом в храме. Тоже на всякий случай. Представляете, как нам повезло, что его не пустили просто по ветру? И на кладбище теперь идти не придется.

Он оглядел нас и с заговорщицкой улыбкой поставил перед собой небольшую жестяную коробочку, в каких обычно продают леденцы.