Чтение онлайн

Парень обернулся.

За его спиной стоял Марк. В руках он держал пистолет.

Выстрел был смертельным. Без шансов. И в этой холодной точности, в этой ледяной решительности, с какой Марк нажал на спусковой крючок, чувствовалось военное воспитание. Ему и раньше приходилось убивать людей — ошарашено понял я.

А еще понял, что он и меня может вот так просто убить. Без всяких угрызений совести.

Артем захрипел, завалился на снег. И уже не удерживаемый никакими силами, покатился вниз, по склону. И все это — под жуткое наше молчание. Мы провожали его взглядами и слушали этот жуткий шуршащий звук, какой издавала его куртка, соприкасаясь со льдом.

Пребывая в оцепенении, я лишь мог смотреть, как гора забирает тело себе, навечно, в свою зимнюю колыбель.

— Поднимайся, — кинул мне Марк, после того, Артем исчез в белом безмолвии.

— Ты его убил! — только и смог вымолвить я.

— Верно, — согласился Марк. — Но если бы не сделал этого, то он бы убил тогда тебя. Поднимайся.

Хватаясь за веревку и подтягиваясь, я поднялся на равнину.

— Теперь меня убьешь? — сухо спросил я, глядя на парня.

Биться ним было бессмысленно — оружие в его руках стирало все попытки на честную борьбу. Но ответ заставил удивиться.

— Что?! Нет! — рассмеялся Марк. — Я не собирался тебя убивать!

— Не было такого задания? — спросил я, еще не понимая, что происходит.

Ведь Марк — это человек Вектора, ведь так? Или…

— Задание было другим, — ответил парень и потянулся во внутренний карман куртки.

Я ожидал, что достанет оттуда нож или что-то иное, что тоже может убивать. Кто его знает, этого Вектора? Захотел, чтобы со мной расправились как-то изощренно — в отместку за то, что я сбежал у него из-под носа.

Но парень извлек красные корочки, развернул и протянул мне.

— КГБ?! — только и смог вымолвить я. — Ты из КГБ?!

— Да, — кивнул Марк. — Работаю под прикрытием. По заданию штаба.

— Что? Зачем? — я был окончательно растерян, такого поворота событий я не ожидал.

— Пытаюсь вычислить, кто же из группы работает на тех, кто хочет сорвать планы по восхождении на Пик Победы. Ты же сам докладывал не кому-нибудь, а самому Леониду Ильичу Брежневу, что необходима защита.

— Докладывал, — кивнул я.

— Ну вот, мы и взяли в разработку дело. Достаточно быстро установили, что и в самом деле есть некоторые враждебные элементы, причем из очень высоких кругов. Кому наша затея с восхождением, словно кость в горле. Вот они и пытаются помешать. Разрабатывалась версия, что напрямую воздействовать не будут.

— Уже пытались, — кивнул я, вспоминая свои приключения.

— А проработают кого-то из группы. Я до последнего делал ставку на Артема, думал, его подкупили. Психологический его портрет предполагал такое развитие событий. Парень морально слабый. Поэтому и напросился на спуск с вами. Он ведь с самого начала вредил тебе и пытался подставить. Думал, что именно сейчас он и выступит. Он, конечно, выступил, но все оказалось куда как прозаичней. Никакой он не шпион. Просто неразделенная любовь, ревность, попытка привлечь к себе внимание девушки. Что привело к тому, что парень даже съехал с катушек и убил Рудова.

— Я прошу доложить об этом следователям, — с нажимом произнес я. — Чтобы на Костарева перестали оказывать давление.

— Конечно, полный рапорт будет составлен после нашего возвращения на базу. Предельно понятно, что Костарев ни в чем не виновен. Сейчас же нужно добыть рацию…

— Постой, — перебил я парня, задумавшись. — Если предатель не ты, уж извини, на тебя я тоже думал.

— Есть такое, — улыбнулся Марк. — И даже патроны стащил от пистолета. Но у меня запас есть, в другом кармане.

— И если шпион не Артем, то…

Повисла секундная пауза.

— Тогда он сейчас находится в лагере, где остались остальные ребята! — закончил за меня Марк и понял, что ситуация критическая.

— Нужно возвращаться наверх!

Страх ударил по вискам. Я понимал, что сейчас там может твориться все, что угодно. И потому нужно было спешить. О продолжении спуска и речи не могло быть. Ситуация изменилась. Оба человека, на которых я думал, что они могут быть шпионами, оказались не теми. Крыса осталась в лагере.

Мы двинули в путь.

Паниковать нельзя — напомнил сам себе я. Но невольно отметил, что ноги мои стали нести наверх меня быстрей. Нужно успеть. Пока не случилось чего недоброго.

Маршрут, который мы преодолели за четыре часа спуска, показался нам вечностью. Вновь подъем, вновь веревки, крутые склоны, снег и лед. И давящее чувство безнадеги — не успеем, не успеем, не успеем…

Это было испытание покруче любых, которые были до этого. Тут самообладание нужно выкрутить по максимуму, не дать себе запаниковать. Но это было сложно, чертовски сложно. Там ведь и Леся осталась. Моя Леся. И я позволил ей остаться там, с тем, кому мы все встали поперек горла. С тем, кто не остановится ни перед чем.

Мысли невольно стали перебирать друзей. А кто мог оказаться предателем? Но я тут же пресек это. Нет, нельзя сейчас сомневаться хоть в ком-то, пока нет доказательств. Опыт с Марком уже показал это. Подумаешь на одного, примеришь на него одеяние Иуды, а окажется другой, как потом в зеркало смотреть самому себе в глаза будешь?

…Палатку приметили еще издали. Ее замело с одной стороны, и никто не отгреб снег, что только усилило мою тревожность. Почему этого не сделали? Ждут, когда закончится метель? Пытаются выбрать, кто пойдет на очистку? Просто проспали? Или…

Нет. Прочь дурные мысли!

Мы поднялись еще, вышли на тропу, по которой начали спуск вниз. Голосов в палатке слышно не было. И это только сильней давило на мозг.

«Это из-за ветра», — пытался убедить себя я. Ветер и в самом деле поднялся достаточно сильный, но я уже не обращал на него внимания. Идти, только вперед, быстрей, быстрей, быстрей…

Марк шел позади и сильно отстал. Пришлось остановиться и дождаться его. Все-таки парень с оружием, а откидывать такой вариант, что в палатке нас ждет засада, тоже не стоит.

Наконец, мы добрались до жилища, распахнули вход и… остолбенели.

Аккуратными рядками на полу лежали ребята. Они не спали.

— Чтоб тебя!.. — не сдержался Марк отстраняясь назад.

Они не спали. Конечно же, не спали. Но я хотел бы отдать все, чтобы это было именно так. Просто устали. Просто уснули.

У многих на лицах кровоподтеки, синяки, ссадины.

Стало понятно, что тут произошло. Не успели мы. Предатель опередил нас. Можно только представить его довольное лицо, когда мы вышли из палатки. Он ждал этого. Просто следил, как мы уйдем, чтобы расправиться со всеми, жестоко, хладнокровно.