Альтер Эго
Шрифт:
— И что было потом? — он сжал её пальцы. — Покажи мне, я хочу знать всё.
— Хорошо.
Кэтриона взяла кольцо с сапфиром.
— Отпусти мою руку пока.
Выдохнула, закрыла глаза.
...и маленькая птичка летит дальше...
Это кольцо в Дэйе — сияющий ледяной замок. Но если присмотреться ближе, это не лёд, стены состоят из воздуха...
— Покажи мне, что было дальше, — шепчет Кэтриона, удерживая в голове образ Бертрана.
В одном из окон сияет свет, она смотрит в него и снова видит Крэда и Бертрана.
Кэтриона коснулась руки Рикарда, и они сплели пальцы.
Она снова видит, как горит дом девочки, видит Крэда, Зуара, Гарана и Алфреда, видит, как девочка бежит, сжимая в руках что-то завернутое в красный бархат, и рыцари не могут её догнать. Но потом она возвращается. Её мать лежит у ног одного из рыцарей, связанная, лицом в пыльной траве, и на этот раз, девочку тоже ловят.
Кэтриона чувствует, как Рикард накрыл её руку своей...
— Отвезешь в Обитель Тары, — говорит кому-то Крэд, когда подъезжает Бертран.
— Зачем, Крэд? Что они такого сделали?— восклицает он рассерженно.
— Ты соврал мне, Бертран! — Крэд зло сплевывает на землю. — Ты соврал рыцарю Ордена? Ты понимаешь, что это преступление? Ты обязан был рассказать мне о ней и её матери-ведьме! За это можно и головы лишиться! И на костер пойти... А ты ведь мог бы получить награду, я же говорил — за неё заплатят хорошие деньги.
Крэд смотрит на полыхающий дом и добавляет, махнув рукой на огонь:
— Но я уладил всё, как видишь. И можешь не благодарить. Осталось сжечь ведьму и дело с концом.
— А девочка? Что с ней будет? Ты же должен отдать её прайдам.
— Тебе-то какое дело?
— Может, — Бертран понижает голос и почти шепчет, — я заплачу... хорошие деньги. Отдай её мне.
Крэд смотрит на него искоса, с прищуром. В другой раз он взял бы деньги, но сейчас девчонка важнее, за неё Магнус обещал сделать его аладиром Ордена.
— Уходи, Бертран. И скажи спасибо, что в докладе старшему аладиру я не напишу, что ты скрыл это от Ордена.
Кэтриона знала, что будет дальше, и легко нашла нужное воспоминание. То, в котором уже ночь, Обитель Тары и Бертран, подкупающий кольцом одну из сестер.
Ночь раскинулась вокруг, поля залиты луной, и светло так, что карета едет не останавливаясь.
— Послушай, чтобы эти люди больше не смогли тебя найти, давай придумаем тебе другое имя, хорошо? Тебе нравится имя Каталина?— спрашивает Бертран.
Девочка сидит, обняв руками подушку, вздыхает и говорит:
— Мне всё равно.
— По-моему, красивое имя, — отвечает Бертран. — Я бы так назвал свою дочь, если бы она у меня была.
Кэтриона открыла глаза, разжала кулак, и кольцо выпало на кровать.
— Значит, ты никакая не дальняя родственница, — тихо произнес Рикард, отпустив её руку, а потом добавил с горечью, — значит, отец сам навлек на нас это несчастье? Демоны Ашша! Крэд наверняка не рад был тому, что ты сбежала из Обители?
— Не я, Рикард, а она, — поправила его Кэтриона.
— Перестань! Неужели ты не видишь сама, как ты на неё похожа?! — воскликнул он. — Но как Крэд узнал о тебе? О том, что ты у нас? Ведь ты жила в Талассе, никто тебя не видел, и всё было хорошо...
И Кэтриона снова взялась за медальон...
Прошло почти три года. Сквозь серую траву проступают очертания Ирдиона. Крэд идет по лестнице и останавливается у покоев Магнуса. Поправляет на плече бляху и плащ, стучит в дверь.
Кэтриона дотронулась до руки Рикарда, он встал, обнял её сзади за плечи, прижавшись щекой к её виску...
— Входи, — приглашает Магнус.
В большом деревянном кресле у окна сидит мужчина. Худощавый, чуть вьющиеся чёрные волосы зачесаны назад. Орлиный нос, цепкий взгляд...
— Это мой друг, — говорит Магнус, но не представляет их друг другу, — и он поделился со мной одним интересным наблюдением, Крэд. Я хотел бы, чтобы ты это проверил.
— О чём речь?
— Не о чём, а о ком - князь Бертран Азалид. Есть подозрение, что он занялся колдовством...
— Бертран Азалид? Но... это уважаемый дом, едва ли такое возможно, — с сомнение в голосе произносит Крэд.
— Несколько пожаров подряд без видимых причин. Прислуга говорит, что хозяин часто запирает левое крыло дома и выгоняет всех слуг, чтобы они не видели того, что там происходит. И не так давно он нашел золото на холме, на котором золота никакого быть не должно. Да и, кстати, как говорит мой друг, — Магнус кивнул в сторону мужчины в кресле, — там нашли человеческие кости. Видишь взаимосвязь?
Крэд сомневается. Бертран и колдовство? Едва ли... Он знает Бертрана, но... Эта история с девчонкой три года назад... Искал же он Источник тогда... И нашел девчонку. А зачем он ему нужен был? Может, из-за золота? А может, он нашел что-то ещё?
— Думаете, жертвоприношения? Хм, я понял. Проверю, — кивнул Крэд.
— Только вот что... сделай всё осторожно. Все-таки уважаемый таласский род, понаблюдай сначала за всем, да так, чтобы тебя никто не видел. Мне всё доложишь. И, надеюсь, что не получится, как в прошлый раз, или не видать тебе медальона аладира, как своих ушей.
Желваки на скулах Крэда напряглись. Он поклонился и, развернувшись на каблуках, поспешно вышел из покоев.
Прошлый раз Магнус был так зол на то, что Крэд упустил девчонку, что не только не пожаловал ему должность аладира, но и вовсе сослал его в глушь, и тот целый год провел, разъезжая по деревням Таласского нагорья в поисках того, кто пьет по ночам кровь несчастных баранов и коз.
Нет, в этот раз он не сглупит, он лично будет следить за Азалидами и выведет их на чистую воду. И колдовство, если оно там есть, вернет ему расположение Магнуса, потому что такой старинный род, как Азалиды, должен быть богат. И на богатое поместье всегда найдутся желающие, такие, как этот безымянный друг Магнуса. Их не представили, но Крэд и так догадался — разглядел герб на гарде баритты. Болотная рысь на золотом блюде.