Чтение онлайн

— Твой тоник, похоже, сработал, — сказал Соломон.

— Так и есть, — ответила мисс Беллмер.

— Детектив Д'Амур, познакомьтесь с мисс Фредди Беллмер, — сказал Соломон. — Мы дружим с тех пор как… ну…

— Раньше, чем я стала мисс Беллмер, — сказала она. Уверена, ваш пациент уже догадался. Не так ли, Детектив?

Гарри пожал плечами и поднялся, чтобы пожать руку Беллмер. — Я не на службе.

Дэйл захихикал. Беллмер наградила его широкой улыбкой, показавшейся Гарри осуждающей. Она приняла его ладонь. Ее мозолистые руки противоречили элегантности рукопожатия.

— Вы просто полны жизни, по сравнению с прошлым разом, когда я видела вам, — сказала она.

— У меня крепкое телосложение.

— Несомненно. Но я хотела бы настоятельно предупредить вас, мистер Д'Амур. Я осмотрела не только ваши физические раны, но более важные составляющие. Волю. Душу. Господи, жизнь вас потрепала. Вы словно один большой душевный шрам. Я никогда в жизни не видела столько неприятностей, выпавших одному человеку.

— Рыбак рыбака видит из далека.

Дэйл изо всех сил старался скрыть улыбку, но представление ему явно нравилось.

— Повзрослей, Дейл, — сказала мисс Беллмер. — Тупая ты королева [20] .

— По крайней мере, эта педра все еще может сказать тебе отсосать у него, — ухмыльнулся Дэйл.

Теперь пришла очередь Гарри пытался спрятать улыбку.

— Дети. Ведите себя хорошо, — возмутился Соломон.

Мисс Беллмер вздохнула, ее рука потянулась ко лбу. — Сол, дорогой, у тебя случайно нет водки в доме?

— Сею секунду, — сказал Сол и отправился на поиски водки, позволив мисс Беллмер продолжить разговор с Гарри.

— И так, как чувствуете себя? — спросила мисс Беллмер.

— Живой, — ответил Гарри. Затем он близко склонился к мисс Беллмер и прошептал: — Но не благодаря вам. Признайтесь, вы была удивлены увидеть меня, когда вошли. Я помню ваш голос. Помню, что случилось после вашего визита ко мне. И что-то подсказывает мне, что если бы это отвратительное чудовище во сне поймало меня, мы бы сейчас не вели эту беседу. Что я действительно хотел бы знать, кому вы продали свою душу, и за сколько?

Мисс Беллмер улыбнулась, прочистила горло и сказала: — Я не имею ни малейшего понятия о чем вы говорите, детектив.

— Очень убедительно, — сказал Д'Амур, отворачиваясь от Беллмер и осторожно возвращаясь на диван.

— Фредди, дорогуша, может тебе стоит нанести еще румян? Ты побледнела словно простыня, — сказал Дэйл.

— Отвали, Дэйл, — сказала Беллмер немного осипшим голосом. — Что касается вас, Д'Амур, я бы посоветовала вам поостеречься, будь я на вашем месте. У меня есть влиятельные друзья на высоких постах. Чертовски высоких. У меня отличная крыша.

— Оставь, — произнес Гарри. — Мелкие людишки вроде нас их не заботят. Мы для них — пушечное мясо.

— Вы не знаете их.

— Как скажете, сударыня. Обещаю вам, придет тот же день, когда до вас дойдет, как и до меня.

Ответ Гарри посеял достаточно сомнений в голове мисс Беллмер, чтобы заставить ее замолчать.

Беллмер крепко сжала губы, как бы стараясь изо всех сил не предоставить Д'Амуру ещё больше веревки, на которой ее можно было бы повесить.

— Я никогда не видел тебя такой притихшей, Фредди, — сказал Дэйл с радостью подбрасывая дрова в костер. — В чем дело, куколка? Член проглотил?

Беллмер погрозила двум мужчинам длинным наманикюренным пальцем. — У меня заготовлено кое-что особенное для определенной породы людей. И вы теперь в списке. Такие шавки, вроде вас, отправляются прямиком в землю. Я заставлю вас самих вырыть себе по могиле. Потом поддам вам и прикрою крышкой. Опрятно. Дешево. Анонимно.

— Боже всемогущий, — сказал Дейл. — Ты чего?

— Однажды ты уже пыталась убить меня, — сказал Д'Амур. — Если попробуешь еще раз, мне это может и не понравиться.

— Посмотрим, как тебе понравится жрать грязь, ублюдок. Послушай моего совета. Уёбывай домой.

— Фредди? — спросил Соломон. — Что на тебя нашло?

Соломон вышел из кухни с нераспечатанной бутылкой водки и четырьмя рюмками и застал окончание ее речи. Фредди повернулась и увидела разочарование на лице своего старого друга.

— Сол, — сказала Беллмер, пытаясь взять себя в руки. — Я пришла предупредить тебя. Этот человек опасен. Я думаю…

— Я думаю, что тебе следует уйти, — перебил ее Сол.

Фредди Беллмер неторопливо переварила слова Соломона. Когда стало понятно, что он не собирается брать свои слова обратно, она перебросила свои длинные прямые волосы через плечо и посмотрела на часы, которые на ее широком толстом запястье выглядели крошечными.

— Ох ты мой, — сказала она, пытаясь сохранить остатки самообладания. — Я опаздываю к следующему пациенту.

И, не попрощавшись, она вышла в дверь. Воцарилась тишина, а потом заговорил Дэйл.

— Я всегда знал, что она сука.

На следующий день Гарри улетел из Нового Орлеана полуденным рейсом. Он пытался предложить Соломону и Дэйлу немного денег за их доброту, но, конечно, они не взяли и цента, и Гарри знал, что давить на них будет просто неудобно, поэтому он поблагодарил их и оставил свою визитку перед тем, как вернуться в дождливый, серый Нью-Йорк.

Когда он вернулся домой, он был рад обнаружить все на своих местах. В его квартире царил хаос, а кухня была завалена пивными банками и коробками из под китайской еды, которые превратились в небольшие экосистемы плесени. Он решил оставить все как есть до следующего дня. Больше всего он хотел еще немного поспать, на этот раз, как он надеялся, без потенциально фатальных снов. Он снял пиджак и обувь, направляясь пошатываясь к кровати, и упал на нее. Он едва натянул покрывало, когда сон сморил его, и он податливо погрузился в его глубины.

Проспав почти двадцать шесть часов, Гарри медленно позволил своему ноющему телу привыкнуть к состоянию бодрствования, а после пользительной интерлюдии на внутренние дебаты поднялся с постели и с еще сонными глазами направился в ванную.

Пока вода обтекала него, Гарри представлял себе, что она смывает с него не только естественные масла, осевшие на его теле, но и события последних нескольких дней. И пока вода изо всех сил смывала воспоминания Гарри, его мысли обратились к ранам. Он посмотрел вниз и увидел, что его бедра выглядят почти полностью зажившими, хотя и понимал, что у него будет пара новых блестящих шрамов для демонстрации. — Обычное дело, — подумал он.