Алые сполохи
Шрифт:
“Я знаю их, их имена и лица.”
Во всех четырех командах не было ни единого незнакомца.
С единственным исключением.
“Чиаки Сюхэй…”
Он тоже был здесь. Принимал участие в игре, будто действительно учился с ними. Но он был чужаком, неважно, сколь долго Такая напрягал взгляд. Казалось, все остальные уходили на задний план, когда Такая сосредотачивался на этом человеке, но никто, вроде, не чувствовал что-то неладное рядом с Чиаки. Все болтали с ним, будто со старым другом.
Видимо, Такая был единственным, кто ощущал что-то странное.
“Или это все же у меня шарики за ролики заехали?”
Он спрашивал некоторых:
– Он правда с нами занимается?
И каждый одинаково искренне отзывался:
– Это такая шутка новая?
Или:
– Ты что, подрался с Чиаки?
Или, потрогав лоб Такаи:
– Иди домой, если у тебя температура.
Другие и вовсе отмалчивались.
В конце концов, некоторые стали отвечать:
– Какого ты болтаешь?
– Он с нами с первого года!
Вот что все говорили.
Но Такая вообще не мог припомнить, чтобы встречал его на первом году. Неважно, сколько он ломал голову - на ум не приходило ничего.
Если все были правы, то это Такая был не в себе.
Причина немедленно пришла на ум: утренняя авария. Вообще-то он не помнил, чтобы ударялся головой при падении, но каждый-то момент ведь не припомнишь.
Но все же, даже если он потерял память…
“Я всех помню; только одного человека вижу впервые…разве так бывает?”
Лишь воспоминания, касающиеся его, начисто вылетели из головы.
Такая нахмурился.
“Ну почему я забыл только Чиаки Сюхэя?”
Невероятно, правда?
– Эй! Оги! Тут говорят, что ты память потерял?
Он задрал голову. Перед ним стоял одноклассник - Язаки.
– Кто это память потерял?
– Ну, все так говорят. Ты же утром в аварию попал, да? Люди в самом деле часто память теряют, когда головами бьются. Это же здорово, болван.
– В глаз хочешь?
– Ну-ну… - Язаки присел рядом с Такаей.
– Ну и как тебе это?
– Хочешь узнать, сам попробуй.
– Мы тут шуточки шутим, но как-то нехорошо получилось. Чтобы тебя да самый лучший друг забыл - просто кошмар. Бедняга Чиаки.
Такая подавился:
– Чег…? Лучший друг? Ты это, блин, о чем?!
– О тебе и Чиаки, естественно.
– Не дури мне голову. С какой бы стати мне дружить с таким парнем?
Язаки громко хохотнул:
– Это розыгрыш, да? Круто-о-ой.
– Да нет же! Кто этот чертов парень?!
– Хорошо-хорошо, я понял, - отмахнулся Язаки.
– Давай я тебе кое-чего расскажу, ладно? Чиаки всегда на первом-втором месте по школе. Он просто какой-то проклятый вундеркинд, и мы по гроб жизни должны Великому Чудотворцу Чиаки за его помощь. Девчонки ему проходу не дают, учителя обожают. Ну почему такой парень якшается с тобой?
– Я говорил же - неправда!
– Мне правда жаль, что он водится с черствым ублюдком вроде тебя. Знаешь, ты переигрываешь. Оги! С таким гениальным другом можно было бы тоже вести себя чуток поискреннее.
– Эй, послушай…
Глупо ухмыляясь, Язаки похлопал Такаю по плечу:
– Завязывай уже с шутками. Если и дальше будешь таким упрямцем, то он тебе завтра списать не даст.
– Язакиии…
Итак, кажется, Язаки пребывал в убеждении, что Такаина амнезия - не более, чем шутка.
А еще…
Очевидно, Чиаки был не только его одноклассником, но еще и лучшим другом.
“У меня уже голова разболелась…”
Подбежал Танигучи:
– Эй, Оги! Мы играем! Матч начинается!
– Ну, Танигучи…
– Если уж поднимаешь шумиху, то хоть бы судьям помог. В бинтах сегодня, да? Мы полностью продуваем второй команде, так что делай, что хочешь, а играть будешь.
– Но я ранен.
– Все равно. Вторая команда уже строится. Давай скорее, пошли.
Их соперники, вторая команда, уже собирались на площадке, где только что закончилась прошлая игра.
– Уфф, - бормотнул он.
Там был и Чиаки.
– Вау, этот матч предначертан судьбой! Оги, а Чиаки злится! Ты бы поосторожнее!
– …Язаки, а не пошел бы ты…!
Свисток возвестил о начале игры.
“Мы типа лучшие друзья, - размышлял Такая, готовясь принять подачу.
– Если бы мы с ним дружили…мог бы я совершенно забыть закадычного друга?”
Через сетку он разглядел Чиаки, роста в котором было по меньшей мере под метр семьдесят пять. Совершенно сложенным телом он мог бы посоперничать с любым парнем с обложки. Выражение холодности на лице в сочетании с внешностью - и вот вам красавец. Такая понял, почему тот популярен у девушек. Но ему подумалось, что они, пожалуй, из разных социальных слоев.
Чиаки, наверное, выделялся из толпы, куда бы не отправился.
“Мог ли я действительно его забыть?”
И потом.
Чиаки уставился сквозь сетку прямо на него. Их взгляды встретились. У Такаи внутри что-то екнуло, а Чиаки…
Чиаки ухмыльнулся ему.
“Да он…!”
– Оги!
Он пришел в себя, заслышав свое имя. Мяч летел прямиком в него.
– …!
Он быстро принял подачу, но с мячом справиться не смог - и тот отправился на другую сторону, вылетев за линию.
“Ох. Плохо вышло.”
Подача. Команда ровным точным движением перебросила мяч одному из игроков, а тот подбросил его вверх и влево.
А слева стоял…Чиаки!
– Осторожно!
– Два защитника влево!
Летящий прыжок. Туловище Чиаки изогнулось в воздухе, словно натянутый лук, даже выше рук защитников.
Слишком высоко!
Хаак!
Мяч, словно пуля, ударил в пол у ног Такаи.
– …!
Мяч с силой отскочил от площадки.
Никто не смог принять его.
На мгновение зал погрузился в молчание.
Юзуру, который был судьей, обалдел. Миг спустя он пришел в себя и дунул в свисток, и все, наконец, зашумели.
– Вааааау…!
Такая выпрямился под гул восхищенных голосов. Чиаки беспечно смотрел на него, будто ничего и не произошло.
И он снова ухмыльнулся.
“Да что с ним такое?!”
Это был удар невиданной высоты и силы - великолепный удар, подобного не совершали даже в волейбольной команде.
Да, необыкновенный человек!