Чтение онлайн

– Как справляется Лана?
– спрашивает Крейг, когда я начинаю набирать сообщение.

– Намного лучше, чем я ожидал. Она чертовски круче, чем я думал.

– Это хорошо. Я на самом деле переживал. Помню, когда в первый раз застрелил кого-то. Это стало причиной, почему я передислоцировался сюда - тут меньше насилия.

Я понимающе киваю. Мне было тяжело первые два раза, хоть я многих спас, уничтожив тех двух монстров. Но это не избавило меня от кошмаров. К счастью, эти воспоминания не появляются во снах Ланы. Она чертовски сильная.

И это заставляет меня любить ее еще больше.

– Запланируй поездку в Делейни Гроув. Субъекта бы вспомнили, если бы у нас было изображение двух убитых детей Эванса.

– Никаких упоминаний в их полицейских отчетах, - тихо говорит Крейг.
– Этот город пытается вести себя так, будто семьи Эванс никогда не существовало. Коронер, который написал эту чушь о Роберте Эвансе, либо мертв, либо притворяется мертвым. На телефонные звонки никто не ответил.

– Тем более у нас есть повод приехать к ним лично.

Он кивает.

– И донести профиль до СМИ. Упомянуть, что с детьми Эванса могло случиться что-то травмирующее, что не понравилось бы близкому другу или члену семьи.

– Семьи не осталось. Их было всего трое. И единственными друзьями были папа-юрист и его сын, - отмечает Донни.

– Мы навестим их, а вы продолжайте искать. Линди Мэй была другом. Я уверен, что были и другие, о которых мы просто не знаем.

Он кивает, и я иду к машине, набирая сообщение Лане.

Я: Я, наверное, приеду сегодня поздно.

ЛАНА: Тогда поеду на бизнес-встречу. Я все откладывала и перекладывала на своего партнера. Бугимена нет, и угрозы для моей жизни тоже.

Я: Что на счет журналистов?

ЛАНА: Они не знают про отель и мой бизнес в Кентуки. Я поеду на машине, взятой на прокат.

Я: Тогда я буду скучать :(

ЛАНА: Я вернусь завтра при первой же возможности <3

Я убираю телефон, ненавидя то, каким собственником я был. Хочу держать ее взаперти под замком. Это эгоистично. И нелепо. Даже немного незаконно.

– Только что нашли еще одно тело от ночного преследователя-убийцы, - говорит Донни, тяжело вздыхая.
– Ощущение, что эти парни собираются вместе, чтобы убивать в одно и то же время, просто чтобы истощить наши ресурсы.

Он протягивает мне айпад с фотографиями, и кое-что мне бросается в глаза. Дело не в картинке, а в заметках. Волоски меха сибирского тигра.

– Я знаю, кто убийца, - говорю ему, хватая свой телефон.
– Позвони в местный департамент и скажи, чтобы они брали брата первой жертвы. Я предполагал, что это он, но они исключили эту версию. Теперь я уверен, что это он. Он таксидермист по экзотическим животным.

– Ох*еть, - шипит Донни, вытаскивая телефон, пока я бегу к внедорожнику.

Мне нравится, когда они упрощают задачу, и я на шаг ближе к тому, чтобы поймать своего убийцу из Делейни Гроув.

Хэдли перезванивает, как только я подхожу к внедорожнику. Я отвечаю, зажимая телефон между плечом и щекой, когда завожу машину и жду, когда Донни заберется на пассажирское сиденье.

– Что-то нашла?

– Типа того. Коронер нашел гвоздь в животе Лоуренса. Не знаю, что это значит, но подума-ла, что тебе стоит об этом сообщить, - говорит она.

– Да, хотя я тоже еще не понимаю значения. Мы только что нашли ночного преследователя, и сейчас едем в Пенсильванию.

– Помнишь, как ты рассказывал, что встретил Лану в кофейне, которую обычно не посещаешь?
– вдруг спрашивает она.

Странная смена разговора.

– Ага. А что?

– Расскажи мне еще раз, как это произошло.

Я насмешливо фыркаю.

– Ладно… Крэйг хотел приударить за ней, а она его отшила. Я оплатил еду и кофе без согласия Ланы, а затем дал ей свою визитку, когда она пришла в ярость от того, что я сделал что-то хорошее по той простой причине, что она меня забавляла. Я не искал большего, но все же сказал ей, что-бы она позвонила мне, потому что, проведя с ней эти пять минут, я захотел узнать больше. Когда она наконец позвонила, она была... всем, чего я не осознавал, что хотел.

– Так, ты подошел к ней и как бы начал ухаживать.

– В этом весь я, - говорю ей, смущенный, куда все это идет.

– А дело... ты рассказал ей подробности по делу Бугимена. Ты всегда делишься подробностями дела?

– Первый раз был случайностью, но она помогла мне его идентифицировать. Позже я держал ее в курсе, потому что она стала мишенью, как мы и поступаем с любым, кто оказывается под прицелом. Она не хочет, чтобы я рассказывал подробности дел, потому что ей не нравится, что я нарушаю правила из-за нее. Лана уважает мою работу и не хочет, чтобы у меня были проблемы.

– Она никогда не спрашивала по поводу деталей дела?
– спрашивает Хэдли, запутывая меня.

– Нет. Что происходит?

– Ничего, - говорит она, тяжело вздыхая.
– Ты же знаешь, что я с подозрением отношусь к каждой девушке, с которой ты встречаешься, особенно к их мотивам. Лиза использовала твое имя, чтобы получить повышение. Она мне все еще не нравится.

Было сложно не рассмеяться.

– Слушай, Лана – прекрасный человек, Хэдли. Она сострадательная, понимающая, вдумчивая и чертовски заботливая. Это больше, чем я когда-либо ожидал, выбрав такую карьеру. К тому же она безумно независима и умна. Но если бы она меня использовала, я бы знал об этом. Она не интересуется ФБР в значении карьеры, хотя я думаю, что она стала бы профессионалом в этом деле.

– Верно. Ты прав. Прости. Мне нужно изучить еще кое-что из лаборатории. Поговорим поз-же?

– Ага. Дай мне знать, если найдешь что-то странное как, например, гвоздь в животе.

– Гвоздь в животе?
– спрашивает Донни.

– У Лоуренса Мартина нашли один. А что?
– спрашиваю я.

Он трясет головой.

– Где-то слышал. Просто не могу вспомнить где.

Донни, как и меня, завербовали сразу после колледжа. Он проработал в нашем отделе всего шесть лет, но в ФБР - одиннадцать.

– Поговорим позже, - говорю я Хэдли.

– Берегите себя.

Закатив глаза, я кладу трубку. По крайней мере, она начинает больше походить на себя. Вмешивается и язвит.

Донни выглядит погруженным в свои мысли и снова, и снова рисует гвоздь, вызывая у меня чувство замешательства. Но так выглядит его мыслительный процесс, когда он пытается воскресить воспоминания.

– Думаешь, он убивал еще раньше?
– спрашиваю я.

– Нет, - сразу же отвечает он.
– Мне кажется, что я слышал об этом раньше. Гвозди в животе. На самом деле это жестокая техника пыток. Когда ты их глотаешь, они разрывают тебя, а затем прокалывают слизистую оболочку желудка. Не говоря уже о том, что произойдет, если тебе удастся протолкнуть их дальше. Но всего один гвоздь? Это что-то, да значит.