Алый цвет памяти, Волченков Иван

Алый цвет памяти

Волченков Иван

Шрифт:

Праздники

За прелесть желанной свободыМы праздники ценим вдвойне.В честь их в канун снятся во снеДождями умытые своды.И снятся парады планет…Во сне всё подвластно виденью;Но ночь лишь скользнет легкой тенью,И сразу забрезжит рассвет.А утром по собственной волеВо всём ты – творец, и судья.Дух праздника – это раздолье,И в дне этом – доля твоя.В нём – кровь в затаённой тревоге,И сердца – ускоренный ритм,А мысли всегда в праздник – боги!Вся жизнь подотчётна лишь им…Но праздники будут едва лиСвященны, нарушь их удел;Они, как алмазы в руде,Рассеяны в будничной дали,Как звёзды в холодной ночи,Как свет маяков в непогоду…Храни дорогие ключиОт символов их и свободы.

Выбор

Ты горбишься под ношей компромиссов,Не разгибая от натуги плеч,А юности где бескорыстный меч,Когда последний раз тебе он снился?Или в неравном, роковом боюОн побеждён без права быть кумиром?Но сущность же его всегда над миромПарит и ищет у людей приют.Уж, видно, равнодушием размытыПротоки невзыскательной души –Не держат, как дырявые ковши,Они надежд искрящийся напиток.Но выбрав компромисс в поводыри,Не избежать разлада чувств – изменчивИх нрав: вдруг страсть, как первородный жемчуг,Нежданно вспыхнет светом изнутри!И всё же гаснет, – спор же беспощаденС пристрастным отношением к вещам.Порыв прошёл, и мир вновь зауряден,И скучен добродетелью мещан.Сквозь меркантильность в повседневном быте,Как сквозь туман, нечёток жизни бег –Слеп в бездуховном мире человекК реальной очевидности событий.

Весной в лугах

Весной в лугах, чей мирно дышит нрав,В нечаянных видениях немея,Я видел: ты, как неземная фея,Плела венки и пела в лоне трав.О будущем ли в этих песнях пелосьИли о прошлом? – я понять не мог.Но, слыша их, я был не одинок,И с ними оставаться мне хотелось.С ритмами пенья сердце билось в ладТо, ускоряя бег, то замедляяИ дважды ничего не повторяя.Но пенье, к сожаленью, шло на спад.А чудо длилось, и душа покорноИскрилась как бы радугой огня –Той, что коснулась только что меня,Заставив биться сердце беспокойно.Другие ритмы я впустить не смелВ не мною управляемый рассудок.Он в предпочтенье сам был крайне чутокИ ничего иного не хотел…Теперь, как наступает только ночь,Ликующие травы всё мне снятся.Но повторенья пения дождатьсяУсталым ожиданиям невмочь.

Родина

Ты из детства всегда со мной, Родина,Как проталинка в ярких цветах.О тебе всегда память утроена,Чтоб родник отчих дум не зачах.Первый вздох, первый вскрик с удивлением,Первый шаг с умиленьем до слёз,И в лице, дорогом мне, волнениеБурных, радостных маминых грёз.Каждый день тогда был обретением;Радость мчалась, как быстрая лань,Ощущая в себе нетерпениеОт впервые открывшихся тайн…Кто-то скажет: – «Увы, неказистоеЭто место – одна глухомань…»Но зато по-российски росистыеЗдесь луга по туманным утрам.Не проспать только б самые ранниеБлагодатного утра часы.Чем ни раньше, тем утро желаннее,Отражённое в каплях росы.Где-то вскрикнет предранняя горлицаИ в тумане погасится крик…Воды Ловати лишь за околицейНе теряют свой гул ни на миг.Их несёт без руля и без лоцииНа большой каменистый порог.Грудь всегда наполняют эмоции,Видя рвущийся с шумом поток…Та земля, где родился ты – истина:С ней нельзя ни шутить, ни грешить,С ней лишь – верность и полная искренность.В том причин нет с сомненьем спешить.В её жизни, не знающей праздности,Не оставишь забот о ней вдруг;Не иссякнет желанье причастностиКо всему – всё волнует вокруг!

В Михайловском

Парит над шумной суетойНахлынувших людских желанийИ жаждущих духовной дани,Здесь – в Синегории святойПоэта дух, как бы астральный –Неосязаем и незрим,Хоть вряд ли кто сравнится с нимСвоим присутствием реальным.Храня его от всех грехов,Земля и трепетно, и щедроВ свои заботливые недраВпитала страсть его стихов.Поэт в раздумьях одинокийЗдесь по полям бродил окрест,И все приметы здешних местЛегли в лирические строки.Внимая смыслу этих строк,Их чудной воле обаянья,Мы с настороженным вниманьемВоспринимаем, как урок,Полет божественных творенийС их безошибочной канвой,Определённою судьбойВсех совершившихся явлений.В тех строках мудрости земной –Великий дар и труд бессонный.Мы пьём из чаши их бездоннойНапиток терпкий и хмельнойС настоем вечной жажды жизниЛюбить готовой и страдать.Мы пьём, чтоб мыслям сил придатьРазвеять дум настрой капризный…

Что потеряем – не найдём

К поре, надеждой освящённых лет,Когда вдруг наша память обратится,То встретим с доброй завистью отсветНа устремлённых в будущее лицах –На нас самих, не ищущих покой.Дух юности всегда стремится в вечность,И, увлеченным времени рекой,Нам невдомёк, что всё, увы, конечно.Тогда день каждый вызывал восторгИ уж по меньшей мере, удивленье.Мы только не могли себе взять в толк,Что юность порастёт травой забвенья.И не могли тогда предугадать,Как сложится у каждого удача,Когда нам ждать от жизни благодатьИ в день какой безудержного плача.Знать не дано нам, что будет потом,Что предпочтёт изменчивое время:Войдёт ли день радушием в твой домИль на скаку порвётся жизни стремя?Невзгоды все приходят невзначай,Когда с судьбой не сходятся пароли,И сердцем будет повелеть печаль,Оно ведь в тот момент – в орбите боли.Чем дальше мы от юности уйдём,Интуитивней чувствуем преграду,Которую когда-то перейдём,Не до конца поняв земную правду.Мы многие в беспечности живём,Не чувствуя утраты своей цели.Того, что потеряли – не найдём,А вновь восполнить уже не успеем…С осенней грустью жизнь уж светит нам.Ты будь ей верен, чувства не скрывая,Входи спокойно в каждый день, как в храм,Надежду в них ищи, не уставая.В ком сохранился доброты запас,Дарите его в каждое мгновенье,Дарите всем: кто ждёт его от васИ кто не ждёт, – дарите исцеленье.Быть трепетной и жертвенной должнаДуша всегда, пульсируя бессменно.Для глаз, увы, невидима она,Энергия ж её проникновенна.На не остывшем пепелище чувств,Искрясь, она как бы рождает чудоИ в повседневном хаосе безумствНадёжней ориентирует рассудок.

Звёздный миг

В той дали, по извилинам проток,Где аромат блуждал ночного сада,Нам в тишине, за старенькой оградой,Открылся незнакомых чувств исток.Там и сейчас любой земной цветокРевниво бережёт свои наряды,А щедрость звёзд, которых мириады,Льёт по ночам таинственный поток.Божественна в чарующей вуали.Их рассекаешь мысли острой сталью.Полуночного сада тишина.И пусть разобщены виденья далью,У памяти есть конь и стремена;Врезаясь на скаку во времена,Их рассекаешь мысли острой сталью.Полуночного сада тишинаБожественна в чарующей вуали.Будь славен первой встречи нашей миг.Для нас с тобой в нём вся земная ценность.Пусть он за далью времени поник,Но можно ли предать его забвенью?О, первых чувств неудержимый крик!Ты связываешь жизни нашей звеньяИ поишь утешеньем, как родник,Потребность сердца в трудные мгновенья.Полёт твоих неведомых лучейОберегает торжество союза.Наш звездный миг, о, больше ты – ничей.С тобой не тяготит нас, как обуза,Увы, любая повседневность грузаОбычных малозначащих вещей.Для нас хранишь ты все воспоминанья,Не обрываешь с прошлым чудных узИ часто обрекаешь на «изгнанье» –Туда, где бился учащённо пульс;Где вера, воплощаясь в изваянье,Не позволяла извращённый вкус;Где подлости лишь маленький укусВмиг колебал устои мирозданья;Где страстности высокие огниИспепеляли ложную парадность,А зов любви застенчивый и жадныйТоскующе всегда к себе манил.Частичкой вечности остались эти дни,Причастность к ним нам до сих пор отрадна.

Берёзы

Стоят в редколесье берёзы.Вдруг… ветер – бродячий шалунЧуть тронул их нежные косы,И в шелесте миг потонул.Вы как подвенечные сёстры –В счастливой печали… Весь деньВсё ждёте кого-нибудь в гостиВ свою милосердную тень.Сквозь время своё назначенье,Как девичью честь, вы несли.Сбивается мысль в нетерпенье,Едва вас завидишь вдали.Нет в зное июля потребнейЛиствой навевающих од.Мы входим в тень крон, как в целебный,Прохладный, спасительный грот.День светлый становится пёстрымВ тени говорливой листвы.Соседки, подруги и сёстры,Надолго запомнитесь вы.Запомнитесь каждая статью,Зелёным отливом косыИ белым по-летнему платьем –Сполохи земной красоты!

Весна

Приход весны – всеобщая отрада;Весёлый зеленеющий просторДля всех надежд открыл незримый створ,Чтобы они немножечко парадноВ него вошли и вызвали восторг.Пред взором – май, ликующе-нарядный.Всех наделяя светом благодатным,Он не приемлет скаредность и торг.Пора весны приводит к постиженьюПрекрасного и доброго вокруг:Рождённое в ней движется к взросленью,А всё иное – к самоутвержденью.Весна – это всеобщий недосуг.Ни в чём она не любит проволочки,И вслед за тем, как день дождём пропах,Уже следит, когда же на ветвяхПробудятся ликующие почки?Ждёт день, когда растительная кровь,Рождённая земной всесильной плазмой,Прорвёт в стволе сосудистые спазмыИ выйдет на цветенья буйный зов.Так крика журавлиного ждёт осень,А лето иссушённое – дождя…Нельзя быть смыслом ничего не ждя:В извечной жажде смысл сосредоточен.Сама земля зов неба жадно ждётИ этим ожиданием живёт.

Дорога на Джелалабад [3]

Весь в петлях серпантина будет путьДля тех, кто – на восток, к Джелалабаду.Иного нет – лишь этот горный спрут,В извивах скрывший не одну засаду.В ущелье рядом мечется Кабул,В гранитных стенах разрываясь в пенуИ оглашая горы – дикий гулИз преисподней рвётся в ойкумену.Над ним стоит покоем Гиндукуш.Чьей мудростью полно его сознанье,Арабской иль санскритской, когда ужМистически шипит в его названье?Глубокие долины горных рек,Обломки скал, будто остатки копий.Пещеры-гроты, как бы входы в штрекВ которых вечность время не торопит.В соседстве с перевалом – высший пик.Уж тут-то время ощущаешь кожейИ, видно, отзываясь на инстинкт,Не чувствовать судьбы своей не можешь.Отсюда кручи разбежались внизКак будто бог открыл гранитный веер.Смятенье в этот каменный капризПринёс наш бронированный конвейер…Дорога, разломясь, пошла на спуск,Виляя в ограниченном просвете.Вечерний свет, став обречённо-тускл,Размыл все скалы в облики мечетей.Под сводами их, сотворив намаз,Общаются с Всевышним муэдзины [4] И, хладнокровно пропуская нас,Обиды вымещают… залпом в спины.И в этот миг причудливый пейзаж,Будь хоть он и космическим виденьем,Спадает разом с напряжённых глаз,Ведь мысль уже вошла в оцепененье.Надсадным гулом стонет каждый трак,Гудит непринуждённо обещаяНепримиримость откровенных драк,В которых пораженье не прощают.Мы входим, как в наркоз, в горячий бой,Не ведая убежища и страха;Мы без Христа вошли в конфликт с судьбой,Они ж – с мольбой о помощи Аллаха.Вкушая боя ядовитый плод,Стоит в гортани в привкус смутной болиТех, кто в своих желаниях не смогСильнее стать, увы, небесной воли.Судьба – в движенье…Оптимальный ходНайдется ль для прорыва иль отхода?Афган для нас, увы, и эшафот,И поиски спасительного брода.

Город в восточной части Афганистана.

Служитель при мечети у мусульман.

Огнецвет

Всё стало как-то пасмурно у нас,Стремленья наши стали не едины,И в узкой прорези твоих сердитых глазСквозят зрачки холодные, как льдины.Оберегая праведность свою,Ты почему-то чужд моих желаний.Толпятся страсти, как на поле брани,С мечами у рассудка на краю,Где маленькая искорка раздораВот-вот начнет открытую войну.Ведь быть у безрассудности в пленуРешается, увы, легко и скоро;Один лишь миг, и шквальная грозаУже сечёт безжалостно глаза.Несовместимых, видимо, с моимиМне не понять природу твоих дум.Но кто укажет путь исповедимей,Чтоб не был ты на том пути угрюм?Кто скажет, что на нём не будет спораИ это будет самый честный путь?Я так хочу порой к тебе прильнутьИ так скорблю, что сник порыв задора.Ещё мы вместе вроде, и не рядом,Нет задушевности, ещё чего-то нет.Ужель взаимной страсти огнецвет,Как ранний мак, отцвёл в куртинах сада?Ужель над нами небо разошлось,Чтоб путь земной нам обозначить врозь?..

1 2 3

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Алый цвет памяти

Волченков Иван

Шрифт: