Чтение онлайн

Джером с изумлением и ужасом смотрел на изувеченную и выжженную землю, осторожно переступая через поваленные деревья и сломанные ветви, черные от сажи и скользкие после дождя.

— Партианцы?

— Нет, — мгновенно ответил паренек. — Следы не принадлежат человеку. Видишь?

Джером и Эллайен подошли к Килаку. Он опустился на колени и рассматривал покрытую пеплом землю. Паренек указал друзьям на незнакомый след ящерицы с тремя когтистыми пальцами, только лапы были гораздо больше, чем утех рептилий, которых они до сих пор видели.

Джером встрепенулся.

— Откуда они пришли?

Килак внимательно огляделся вокруг. Джером же устремил взор на север сквозь уцелевшие деревья. Далеко за обезглавленным и безжизненным лесом различил он темные очертания Скуллмарских гор, а среди них и дымящуюся вершину Краккен.

— С гор, — объявил паренек. — С западных склонов.

— Уверен?

Килак пожал плечами.

— Придется пройти последу, чтобы убедиться. Если не оттуда, значит, из Парты. Но чужому войску не пройти Парту так быстро.

— Куда может направляться армия?

Килак на мгновение задумался, пряча под капюшоном грязное от сажи и дождя лицо. Солнце неожиданно выглянуло среди облаков и, осветив унылое пожарище, скрылось вновь.

— Не знаю, — признался Килак. — Похоже, они просто спустились с гор и движутся дальше.

— Войско марширует, не выбирая пути? — нахмурился Джером.

— Если так, — продолжал рассуждения Эллайен, — скоро они дойдут до южных болот и будут вынуждены повернуть обратно. А эта дорога образовалась, кажется, несколько дней назад.

Килак кивнул.

— Надо поторапливаться.

Джером закашлялся, пытаясь избавиться от комка в горле. Он взглянул на Эллайена, потом на Килака. Никто более не проронил ни слова. Встревоженные путники пересекли опустошенный участок, вошли в обугленный лес и направились на запад в Феверрут.

Сквозь густую и промозглую ночь, укрывшую мрачный изуродованный лабиринт леса, путников вели факелы. Голые деревья угрюмо клонились к земле, напоминая увядшие стебли в пустом поле. Дождь и сажа покрыли их усталые лица грязными разводами. Плечи ныли, ботинки отяжелели от мокрой золы и глины. Полная луна скрылась в облаках, спрятав серебристый лик от посторонних глаз, будто скряга монету.

Если бы путники могли понять, где находятся, усталость отступила бы перед нетерпеливым желанием узнать, что случилось с их друзьями. Но земля вокруг превратилась в одно черное пятно под покровом горелого и гниющего дерева, стала неразличимой грудой углей, золы и веток, погрузившейся в кромешную тьму. Недавний пожар уничтожил все запахи, следы и знаки. Местность была знакома Килаку не лучше, чем Джерому или Эллайену. Друзья продолжали свой унылый путь. Головы их поникли от отчаяния и сомнений. Не верилось, что кошмар когда-нибудь закончится.

Вдруг Килак обнаружил ручей. Течение пробивалось сквозь спутанные дебри, тускло поблескивая в свете факелов. Ручей сворачивал на восток. Пронзительно вскрикнув, паренек ринулся к воде. Тяжелые мысли вмиг развеялись, и все трое бросились бегом по хрустящей под ногами почве. У Джерома и Эллайена замирало дыхание, сердце рвалось из груди, но они догнали Килака, прорвавшись сквозь стену обугленных сосен и елей, и остановились у знакомой поляны. Онемев от ужаса, смотрели друзья на опустошенный и выжженный дотла Феверрут.

Ледяной ветер пронзил Джерома и, острыми когтями полоснув по лицу, с диким воем улетел прочь. От деревни остались лишь тлеющие кучи золы, кирпичей и обугленных досок, сваленных в уродливые кучи. Насколько удавалось разглядеть сквозь туман, весь лес к северу был уничтожен, выжжен и втоптан в землю, лишь самые большие деревья стояли на корню, да и те казались не более чем пустой скорлупой обугленной коры. Ни живой души вокруг. Глазам спутников предстала тягостная картина: на мили к востоку простиралась изуродованная и опустошенная земля. Тишину нарушал лишь заунывный глухой стук дождя о вязкую грязь. Неведомая и ужасающая сила стерла с лица земли Феверрут и все, что стояло у нее на пути. Только пустошь, от которой веяло тяжелым запахом гари, осталась на месте богатого и прекрасного леса.

У Джерома заныло в груди при мысли о том, что было уничтожено. Дома, деревья, звери, люди, которые спасли ему жизнь — Мариша! Внезапная мысль поразила его. Кровь застыла в жилах, обжигающая волна гнева захлестнула сердце.

— Нет! — закричал Джером, выдернув из ножен Алый Меч.

Но в то мгновение, когда Меч вырвался на свободу, его умиротворяющее тепло разлилось по венам, утолив прожорливое пламя мести. Огонь Меча вспыхнул, будто почувствовав гнев хозяина, но отказываясь поддержать его безумную ярость. Окунувшись в ауру талисмана, Джером с болью в душе оглянулся вокруг.

Погрузившись в скорбное молчание, Джером и Эллайен наблюдали, как мрачный и угрюмый Килак бродил по обугленным руинам в поисках ответа. Лицо паренька скрывал опущенный капюшон, но Джером чувствовал его боль и горе, когда тот осторожно пробирался среди обломков, долго и внимательно изучая каждую деревяшку в попытке разгадать что постигло Феверрут. Окутанный туманом, в широком серо-зеленом плаще парень казался призраком.

— Смотри-ка, — сказал Эллайен.

Джером опустился на корточки рядом с охотником. Судя по следам на грязной земле, войско изменило маршрут и двигалось теперь с юга на северо-запад. Но зачем?

Наконец к друзьям бесшумно присоединился Килак.

— Никогда не видел такой разрухи, — признал паренек, и голос выдавал его напряженность. Несмотря на все усилия, он не смог понять причин свершившегося безумия.

— Колдун? — предположил Эллайен.

Джером кивнул, и ярость вновь охватила его.

— Подручные колдуна, должно быть, напали на след после нашего ухода.

— Но здесь прошло войско, — напомнил Килак, — Следы те же самые, что мы видели утром. — Паренек взглянул на Эллайена. — Здесь они повернули.

— Войско под предводительством колдуна, — продолжал настаивать Джером. — Они нелюди, ты же сам сказал.

Парень покачал головой, выражая скорее досаду, чем несогласие.

— Не знаю. Не верится мне тока, чоб человек управлял такой силой.

— Он послал убийц вслед за нами, — напомнил Эллайен.

Паренек отвернулся, разглядывая призрачный туман.

— Может быть.

Бросив беглый взгляд на Джерома, Эллайен сказал:

— Если не колдун, то кто?

Килак ничего не ответил. Он молча разглядывал безжизненную искореженную землю, которая еще недавно цвела и дышала.