Чтение онлайн

— Саш. Ты, правда, выполнишь все, о чем я попрошу тебя?

— Говори, — он напрягся, но в глазах загорелся интерес.

— Прости Назара, — я не отвела взгляд. Смотрела пристально и ждала, что ответит.

— Он убил мою сестру, — выплюнул мужчина со злостью, — я не могу простить его.

— Тебе удобно так думать. Я понимаю твою утрату, но ты и сам знаешь, что он тут ни при чем. Хватит жить в злобе. Прости его. Он тоже страдает.

— Что ты вообще знаешь, Ками? — злобно процедил Сашка. Серые глаза сразу перестали быть участливыми, как раньше. На меня смотрел озлобленный мужчина. — Если ты поверила своему мужу, то у меня нет розовых очков на глазах. Это он убил Вику и если бы не Малена, я бы собственными руками убил его. Но я терплю Волкова и этого достаточно.

— Он мне сказал, что ее убил другой человек… — не смогла выдержать Сашин взгляд и опустила голову, — он не врал, я верю ему.

— Мне плевать, что он наплел тебе, чтобы показаться белым и пушистым. Факт остается фактом: Назара Волкова никто в тот день не видел на службе, внятно объяснить он не может, где был в момент, когда моя сестра горела живьем и менты его отпустили после вынесения приговора. Почему, я не знаю. Связи или на лапу дал. И вот уже долгие годы он ищет убийцу своей жены, мечтает отомстить, — Сашка резко замолчал.

— Убийца его жены жив? — удивилась я. — Назар судим?!

— Конечно, жив. Назар мечтает его найти и уничтожить. Но почему-то не находит. А знаешь, почему?

— Почему?

— Потому что это он ее убил. Поэтому, не проси меня о том, что я никогда не смогу сделать. Придумай другую просьбу.

— Ты не ответил на мой второй вопрос….

— Да, детка. Твой муж отбывал наказание за убийство своей жены, но его почему-то выпустили. Спроси у него, может, расскажет.

С этими словами мужчина вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я снова осталась наедине со своими мыслями, к которым прибавились раздумья о первой жене Назара. Я вспомнила, что он ничего не ответил на вопрос об убийце и сама сделала выводы. Получается, что он соврал мне и сам убил жену? Нет, такого не может быть.

Следующие двое суток я не выходила из комнаты. Думала о случившемся и пыталась решить, как жить дальше. Назар был прав: убить — это не так просто. Данный поступок будет с тобой всю оставшуюся жизнь. Но меня пугало даже не то, что я убила, тот факт, что не жалела. Я бы еще раз убила его и еще. И от этого становилось страшно. Еще месяц назад ни за что не поверила в то, что в состоянии кого-то лишить жизни и так рассуждать. А теперь меня круглосуточно мучали философские рассуждения на тему: какого это, быть убийцей.

Ко мне постоянно заходила Малена. Она поддерживала меня и пыталась хоть как-то отвлечь, но не получалось. И я была искренне рада общению с ней, но одно угнетало: Назар. Он мне ни разу так и не позвонил.

А Малене звонил. И в тот день позвонил, на следующий — тоже. Про меня же не спрашивал и даже не пытался связаться. Словно я и не спасла жизнь его дочери. Будто меня не существовало в его жизни. И эта тишина, которую я могла сравнить с затишьем перед бурей, напрягала. Я понимала, что меня ждет серьезный разговор с Назаром по поводу происходящего и нервно замеряла комнату шагами. Двадцать семь. Двадцать семь шагов в одну сторону и двадцать три в другую. Это размер моей комнаты.

Если Назар не звонил, то Вадик со мной связался. Мы вполне дружелюбно пообщались и охранник сказал, что на следующей неделе они приедут домой. Общение с этим парнем на некоторое время вселило в меня надежду на то, что все обойдется и произошедшее никак не отразится на отношениях с мужем. Но все равно было страшно.

Я думала, что Вадик с Маленой встречаются. Слышала, как те шушукались вечерами и только улыбалась. Интересно, а муж в курсе, что телохранитель завел отношения с его дочерью?

Под вечер второго дня я начала откровенно беситься. Несколько раз брала в руки телефон, чтобы позвонить мужу, но отбрасывала аппарат в сторону. Сам позвонит. Решила не навязываться. Но так хотелось… Услышать его хрипловатый голос… Представить, как он в этот момент пытается понять, зачем позвонила ему. Как расширяются его зрачки, если я скажу, что соскучилась. Как скривятся губы в усмешке, от того что буду молчать в трубку. Но нет. Я не позвоню. Принципиально.

Я копалась в телефоне, когда дверь в комнату практически неслышно открылась. Автоматически посмотрела на часы: полночь. Все уже давно спят. В спальню ужом проскользнул Ильяс. Я отметила, что свет в коридоре не был включен. Значит, парень хотел остаться незамеченным.

— Ты как, мышонок? — прошептал он, подойдя ко мне. Все эти дни я не слышала о нем. Даже подозревала, что его уволили.

— Вполне терпимо, — я грустно улыбнулась.

— Ты с того дня ни разу не вышла из комнаты, — он взял меня за руку и слегка сжал.

— Не хотелось, — я отвела взгляд. Наши лица освещал лишь свет луны, который проникал в комнату через окно. Но несмотря на плохое освещение, я чувствовала, как сосредоточенно парень смотрит на меня.

— Пойдем со мной. Тебе нужно развеяться, — Ильяс встал и потянул за собой.

— Куда?

— Прокатимся. Все спят. Никто не заметит, что тебя не было, — он кивнул головой, приглашая следовать за собой.

Я замялась, обдумывая его предложение. А потом решила: а почему бы и нет? Может хоть так смогу отвлечься от своих мыслей. Тем более нам есть о чем поговорить.

— Почему на твоей машине? — спросила, когда увидела, что Ильяс проводил меня к чужому авто.

— Не хочу, чтобы нас отслеживали, — пояснил парень и открыл пассажирскую дверцу.

Я рефлекторно дотронулась до своих часов, на которых стоял маячок, но ничего не стала говорить. Уже во время поездки решила, что скажу, будто сама попросила Ильяса прокатиться по ночному городу, чтобы хоть как-то развеяться. Хотя, не была уверена, что мне поверят. После произошедшего мне запретили выходить. Приказ Назара. Никто не пояснял причину такого решения, но я и так знала: все дело в нападении.

Я наблюдала за тем, как Ильяс уверенно вел автомобиль. Как плавно переключал передачи, как красиво смотрелись его руки с проступающими венами на рулевом колесе. Как он спокойно ведет автомобиль, создавая атмосферу умиротворения, но в тоже время уверенности в завтрашнем дне. Рядом с ним было уютно и спокойно. Мы в прошлом так часто катались по городу. Могли часами кружить по улицам, после чего обязательно парковались в безлюдном месте и еще долго целовались, целовались, целовались…

Я сильно его любила. И люблю до сих пор. Была в этом уверена. Только чувство страха и все то, что навалилось на меня за последнее время, не давали разобраться в своих эмоциях. Мне так хотелось покоя, как раньше. Как в те времена, когда я жила с родителями.

Прокатившись по городу, Ильяс свернул с улицы и припарковался в одном из дворов. Отстегнул ремень безопасности, предварительно заглушив двигатель и повернулся ко мне.

Я сжалась в кресло, чувствуя, как нарастает волнение. Флешбеки атаковали и не давали вернуться в реальность. А в ней, в настоящем времени, Ильяс взял осторожно мои ладони в свои и поцеловал их, всматриваясь в стальные глаза. Как раньше. Как в моей прошлой жизни.