Чтение онлайн

Здесь стоит заметить интересный факт, с некотрых пор современные политологи пользуются только термином - элиты и, практически, не используют в своем лексиконе слов, напоминающие о корпоративности и корпоративных интересах.

Вероятно потому что элита, звучит очень непонятно, но красиво, а корпоративность будит какие-то ассоциации.

И уж конечно не потому, что корпоративность, звучит очень строго и необычно

Почему я вспомнил об этом термине - корпоративность и противопоставил его элитам?

И почему политики вдруг стали избегать слова корпоративность, которое было так популярно среди политиков перед второй мировой войной?

Имеется очень весомое обстоятельство.

Понятие корпоративность, для кого-то ничего особого не значит, но для политика оно наводит на не совсем благоприятные параллели, потому что фашизм и корпоративность имеют одно и то же смысловое содержание.

Если вспомнить, то фашизм, как политическая идеология, впервые появился в Италии и, как слово, нес смысловую нагрузку союза или объединения. А в его первоначальном значении расшифровывался идеологами фашизма, как процесс создания корпоративной власти для широких масс населения страны, с целью расширения непосредственного их участия в управлении государством. Заманчивая идея быстро привлекла массы к идеям фашистов, но что из этого получиться никто тогда не мог даже предположить.

Тогда никто не думал, что лозунг своеобразного разделения власти между массами и элитами в центре Европы оказался страшнее социалистического - всем поровну.

Фашизм стал быстро набирать аудиторию, а европейские элиты и политики тоже заинтересовались им, а потом серьезные немецкие идеологи поработали над его содержанием.

Прошло совсем немного времени, чуть больше десяти лет с его первого появления и, фашизм с их помощью, трансформировался в нужном для европейских элит направлении, то есть приобрел явные черты национальной нетерпимости.

Идея народовластия благополучно отошла на второй и даже третий план.

Вскоре немецкий фашизм, еще раз был снова переориентирован, но уже либеральными западными политиками и, был направлен на войну с коммунизмом.

Коммунизм для западных правящих элит, был страшнее любой идеологии, даже фашистской.

Но развязанная европейскими фашистами вторая мировая война обнажила такие чудовищные его проявления, что заставила по-другому взглянуть на фашизм и его дела, а слово, из популярного и прогрессивного, стало ругательным.

Теперь вам стало понятно, что современному политику не очень удобно говорить про себя, что имеешь корпоративные интересы, это звучит для сведущей публики, совсем как - я фашист.

Но, если вдуматься, то не слово фашизм виновато в том, что его звучание напоминает о плохом. Просто человечество, в очередной раз показало, что оно любую идею может довести до абсурда.

А ведь начиналось все так красиво и привлекательно. Бенито Муссолини, сделавший фашизм своей доктриной, выдвигал на первый план идею корпоративного государства, гармонизирующего интересы всех слоёв населения, в противоположность не оправдавшей надежд народа, партийной социал-демократической парламентской демократии.

Может все для фашизма сложилось бы по-другому, но когда Б.Муссолини встал во главе фашистской партии, то вместо обещанного корпоративного государства установил диктатуру личности.

Такая же история, но в более жестком режиме, повторилось и в Германии, где к доктрине фашистского государства добавилась разработанная немцами национал-социалистическая идея.

То есть в процессе поисков совершенной модели управления обществом, внедрения общенародного управления, идеологи фашизма, как итальянские, так и немецкие, по каким-то причинам пересмотрели свои первоначальные взгляды и пошли совсем в обратную сторону. Таким образом, идея корпоративности для масс исчезла, а появилась диктатура фашистского вождя и, государство стало жить по его личностным законам.

Ну, а если личность, выведенная на политическую сцену нездорова, то и законы в государстве будут нездоровые.

Отсюда и стремление у европейских фашистских вождей вырастить избранную расу, свободную от человеческих пороков, потому что вождь сознавал, что он и его мир порочен и пытался убежать от самого себя, окружая себя придуманными им сверхчеловеками.

А пока идет процесс создания новой расы, для народа было найдено занятие - поиск заведомо порочных рас, чтобы возложить на них ответственности за испорченность мира, и обоснование необходимости их полного уничтожения.

Козлы отпущения всегда найдутся и для немецких национал-социалистов этими козлами отпущения стали евреи и славяне.

Одни - евреи, были финансистами, уже в то время контролирующие всю Европу и большую часть мира.

Другие - славяне, были антагонистической силой, стоящей на пути национал фашистских вождей. Сказывалось общее происхождение, а как известно, между родственниками при дележе имущества, никогда не бывает мира.

Не малую роль сыграло и то, что ведущими германскими политиками восточные славяне во все времена признавались силой. Если вспомнить О.Бисмарка, то он - явный русофоб, признавал военное превосходство России и не рекомендовал будущим немецким правителям, воевать с русскими.

Конечно, А.Гитлера мало интересовали предупреждения О.Бисмарка, он был уверен, что время другое и Россия другая.

В доказательство довольно оригинального отношения к русским и смены идеологических ориентиров, следует привести пример, когда после поражений немцев на Восточном фронте в 1943 году, они, в оправдание неудач, признали русских арийской расой, и, после этого все славяне кроме поляков, удостоились чести служить в Ваффен-СС.

Но это было потом, а перед началом войны славяне были в числе неполноценных рас и они были виноваты в том, что немцы живут в маленьком, тесном государстве.

Чем все это закончилось для итальянских и немецких фашистов, история сохранила, но та же история создала для каждого народа, пережившего эту трагедию, свою версию поражения фашизма.

По существующей ныне в западном мире версии, главным борцом с национал-социализмом и спасителем человечества от национал-фашизма, стали США.

Дальновидные политики в США спасителями себя провозгласили совсем не зря.

Если они спасители, то их ни в коем случае нельзя сравнивать с теми, от кого они спасали, а кроме того весь мир им должен быть обязан спасением.

Идея - США спасительница мира от фашизма, оказалась такой живучей и занимательной, что через некотрое время привилась во всем западном мире и поддерживается до сих пор всеми западными средствами информации.

Прошло полстолетия и оказалось, что американские политики работали не по наитию, а очень продуманно и с дальним прицелом.

Сказка про избавителей пригодилась, когда американская правящая элита, ранее сдерживаемая в своих желаниях существованием СССР, с его распадом, как ей показалось, получила шанс на мировое господство.