Чтение онлайн

Войне предшествовала Предвойна, начавшаяся из-за долбанной Индонезии, когда Драгович только в школу пошел.

На фоне таких масштабов то, что сейчас происходило в "трипл-эс-эф" было где-то на третьей же полосе новостей для самого Харлингтона, срубившего себе очков на урегулировании ситуации вокруг Суперфедеранта.

Для общемирового обывателя все эти выяснения отношений SSSF с центральной властью, с Новым Кронштадтом, столицей военного времени, вообще терялись, как отдельный листок в листопаде. Даже для россиян куда более болезненным вопросом было противостояние правительства и парламента.

Из-за него-то, из-за этого общероссийского политического кризиса, Лебедев, развязав себе руки в ходе столичной конфронтации, решился разобраться заодно и с неуступчивым регионом. И конечно же, получить какие-то свои политические выгоды. Когда же они нажрутся-то своих выгод?

Если Харлингтон победит, то Кронштадт отвалит в тот же день, – продолжил свою болтовню Мелкий. – А он победит…

Внезапно краем глаза Драгович заметил какое-то зарево к востоку. Свечение неторопливо разгоралось.

– Это еще что такое?! – воскликнул Мелкий.

– Похоже на шаттл, – проговорил Драгович.

– Нет, для шаттла такое слишком ярко, – ответил Мелкий. – Я за ними наблюдал. Вообще это и не прилет.

– Правда, – задумчиво произнес Здоровяк. – Для шаттла слишком мощно.

Тем временем над горизонтом стал подниматься белый чуть мерцающий огонек.

– Да, я тоже так подумал. Я подумал что слишком мощно, – продолжил тараторить Мелкий, как и все остальные, разглядевший огонек и убедившийся, что это ни какая не боеголовка, а что-то взлетает. – Вначале первая мысль была, что это прилетело что-то, но потом я понял, что это взлет шаттла. Я понял это еще до того, как он показался. Свечение ровное и плавно нарастающее.

– А ведь от шаттлов не такое свечение, – произнес Белобрысый. – Оно обычно желтоватое, а здесь цвет как от электросварки, только излучает равномерно.

Теперь уже светилось далекое слоистое облако, над которым рвался вверх космический аппарат.

Все четверо сбавили шаг, остановились и уставились на восток. Огонек пропал в далеких облачных полосках, растянувшихся над горизонтом.

– Сколько до ракетодрома? – произнес Мелкий. – Километров сто?

– Чуть больше даже, километров сто двадцать, – ответил Детина. Я думал, ты это лучше знаешь. Ты же крутой.

Чуть выше сиявшего облака и более ближней завесы явно виднелся просвет с мерцавшими звездами. Было очевидно, что стартующий аппарат вскоре попадет в зону видимости. Все четверо теперь этого и ожидали.

– Какой-то мощный, – пробормотал Белобрысый.

– Вроде говорили, что на той неделе что-то подобное было, скорее всего, он и приземлялся, – ответил Детина.

Наконец, над облаком показался довольно яркий огонек, светивший все тем же белым светом, больше напоминавшим застывший электрический разряд, чем ракетный двигатель.

Потом стал виден конус бившего в сторону земли света – на больших высотах, уже не доступных обычной авиации, ракетный двигатель превращается в подобие фонаря, свет от которого без труда пробивается сквозь раскаленные но прозрачные разреженные выхлопные газы. Это давно уже усвоил каждый.

И то, что эти газы формируют что-то похожее на стоящий торчком дирижабль или вытянутый пузырь, который потом часами опадает в нижние слои атмосферы, тоже все знали.

Здесь что-то подобное также имело место, но очертания светового конуса от "фонаря" были куда четче, а сам свет ярче.

– Ядерный двигатель, – произнес Мелкий

– Что-то про стартовые ядерные двигатели я не слышал, – ответил Белобрысый. – Хотя кто его знает. Не хватало нам разного говна, так решили еще подзасрать.

– То что он не обычный, это точно, – проговорил Здоровяк.

– Да вы что, не слышали? У нас были звездолеты, проекты звездолетов с ядерным плазменным двигателем.

– Пламенный плазменный ядреный, – задумчиво проговорил Белобрысый. – Если этот аппарат какой-то особенный, может даже супероружие сезона, а сейчас он улетел… Лучше бы он стоял на ракетодроме – Лебедеву не позволят вторгнуться, если это будет угрожать какому-то супершаттлу. Да и обычным шаттлам тоже. Давай, лети обратно, – проговорил Белобрысый, глядя в сторону взлетавшего корабля.

Тем временем огонек двигал вверх, причем все энергичнее. Обычно космические аппараты не летят куда-то вертикально вверх, а выруливают как-то параллельно земной поверхности. Это сейчас и происходило. Судя по всему, аппарат вознамерился пройти почти над наблюдателями. Высота при этом была бы уже космическая. Аппарат, двигавшийся, что было нетипично, к западу, против вращения Земли, готовился покрасоваться в самом зените.

Однако дальнейшему наблюдению помешали низкие облака, скрывавшие большую часть неба. Зарево давно уже сошло на нет, а огонек затерялся в темной пелене.

– Ладно, пошли, – произнес Белобрысый, – Шоу окончилось.

Все молча согласились и зашагали дальше. Вдруг Драгович почувствовал, как завибрировал телефон. Еще один аппарат, кажется, у Белобрысого, издал прерывистый сигнал.

– Воздушная тревога, общерегиональная – произнес Мелкий, доставая свой телефон.

– Давно не было, – ответил Детина с сарказмом, подразумевая как раз, что такая была недавно.

Все зашагали дальше. Вряд ли азиатский блок стал бы хоть как-то проявлять интерес к той возне, что происходила на поле, да вообще к таким домашним делам западных наций, как события в регионе "трипл-эс-эф".

На поле вообще ничего не изменилось – никакой системы оповещения в виде сирен не было – с задачей прекрасно справлялись телефоны, да и у офицеров была армейская связь. Отсутствие каких-либо изменений в характере размеренной работы тоже имело свое объяснение – местность вдали от значимых городов, да еще и с укреплениями, пусть и строящимися – это куда безопаснее чем где-либо. Конечно все это относилось к вопросу атаки со стороны Азиатского Блока. ОМСДОНы Лебедева – это другая история, но их движения тоже отслеживались, так что вытворять здесь черт знает что им никто не позволил бы. Там ракетодром, тут терминал, а еще радары, в том числе и "Аманда" все блоковское. Особо вторгающимся было не разгуляться.

Телефоны вновь разразились какими-то предупреждениями.

– Теперь нелокализованная ядерная тревога, – без особых эмоций объявил Детина. Становилось все очевиднее что Лебедев и его банды были ни при чем.

– Из-за шаттла, – предположил Белобрысый.

– Похоже, – согласился Мелкий.

– Только как-то быстро "чинки" отреагировали на наш шаттл, – засомневался Драгович. – С орбиты что ли хотят бить? И куда? В неостывшую взлетную площадку?

Где-то в западном направлении на горизонте начало полыхать. Привычное мерцающее зарево говорило о старте противоракеты, потом еще одной. Старты осуществлялись с замечательных объектов Блока, которые, как и прилегавшие к ним квадратные километры охраняемой блоковскими же подразделениями территории, должны были служить препятствиями для маневров сил вторжения, то есть для Лебедевских ОМСДОНов.