Чтение онлайн

– Лер, смотри. Кажется, эти ребята слева говорят на русском?

Парень выглядит хмуро, девочка вроде ничего, но не похоже, чтобы они горели желанием знакомиться. Иногда поглядывая в их сторону, понимаем, что они нас, конечно, тоже заметили, и считали, что мы русские, никак не подав это своим видом.

– Странные, конечно. Не хотят общаться, и ладно.

Водитель, седовласый улыбчивый дядечка в светло-синей униформе, проверил наши билеты, спросил, есть ли у нас большой багаж – такой багаж был только у Леры – небольшой бордовый сундук на колесиках, погрузил его в багажное отделение, и предложил нам выбрать места в салоне. Маршрутка была заполнена только на половину. Русские (как мы подумали, и не ошиблись) ребята заняли места в середине, пара белозубых улыбчивых путешественников лет шестидесяти сели сзади, а мы, недолго думая, выбрали сидения за водителем и недалеко от входа, планируя, таким образом, не пропустить свою остановку. Заняв своё место, водитель представился, ещё раз всех поприветствовал, и объявил будущие остановки. Наша была ближе к концу. Судя по репликам, которые долетали до нас сзади, ребята должны были выходить в том же районе.

Продолжая делиться деталями двух прошедших дней, которые мы провели по одиночке, Лера и я то и дело отвлекались на виды из окна. Солнце заливало пустынные равнины и небольшие бугорки гор, которые, вместе с чем-то похожим на тропические мини-кактусы и редкими изображениями диких животных на дорожных знаках, придавали всему вид картины из фантазии позднего Дали. Здесь, конечно, время не меняло форму в буквальном смысле, но это и не было похоже ни на что, что мы видели раньше. Не сказать, что мы были бывалыми путешественницами, но всё же Лера уже два раза ездила в Турцию, и я, пока не переехала из Краснодара в Тюмень, раза четыре ездила отдыхать на Чёрное Море.

Через час пути виды низких кактусов и кирпичного цвета равнин стали пропадать и постепенно сменились на одеяло из зеленого пушистого леса и высоких скалистых гор.

– Вау!

Выдыхаем с Лерой на одном дыхании, когда автобус делает поворот и перед нами открывается роскошь Tahoe National Forest [22] . На узкой горной дороге, двигаясь по внутренней полосе – по внешней шёл встречный транспорт – и визуально отмеряя как близко закачивается дорога, чувствую высоту гор и громадность этого места. Продолжая двигаться по серпантину, мы поднимаемся всё выше. Ненадолго закладывает уши. Я зеваю, чтобы остановить стук в голове. Через несколько минут дорога делает новый поворот, и мы начинаем спускаться вниз. В этот момент перед нами открывается волшебное озеро, голубизна и чистота которого ни на что не похожи, и которое полностью перевернёт наш мир.

Водитель, как и обещал, высадил нас в Зефир Коув. На деле оказалось, что так называется района города, устроенный на одном из многочисленных изгибов горной дороги, по которой мы приехали из Рино, и состоящий из хвойных массивов и горных домиков, на вид не уступающих глянцевым изображениям роскошных особняков курортного Куршавеля.

Лера проверила телефон, часы показывали два часа ночи по Тюменскому времени. Мы уже подсчитали, что, если вычесть 14 часов, мы получим точное местное время. Получалось три часа после полудня.

Мы не забронировали жильё заранее, поэтому первым делом в Зёфере (так мы, не сговариваясь, принялись называть Зефир Коув) нам предстояло найти комнату. Без каких-либо ожиданий, впрочем, и без большого страха неудачи, мы отправились пешком обходить ближайшие дома, которые хоть немного походили на гостиницу или имели надпись real estate [23] . После двух бессонных ночей, этот вечер мы были намерены провести в своей постели, хоть и временной.

Очень скоро, впрочем, мы обнаружили, что с жильём дело обстояло не так просто, как мы предполагали. Двухэтажные гостиницы, которые мы изначально заметили неподалеку от того места, где нас высадил водитель, оказались полностью забронированы, в то время как офисы real estate, которые, по нашим представлениям, тоже сдавали жильё в аренду, были закрыты на выходные. Рассчитывая попасть в город в субботу, мы добрались в Зёфир только к воскресенью, поэтому поначалу даже не сильно удивились тому, как много мест в городе оказалось нам не доступно.

По витиеватой главной дороге, мы идём искать комнату на лето. Не пройдя и десяти минут, я разбиваю большой палец правой ноги о булыжник. Благо у Леры в сумке есть мини-аптечка, а в ней – лейкопластырь и обеззараживающий крем. Дальше мы двигаемся медленнее – я замедляю общий темп. Наконец, спустя двадцать минут такой прогулки по безлюдному шоссе, мы набредаем на цепочку домиков. Стучим в первый, на котором написано real estate. Нас встречают два сенбернара и крупный мужчина с липким оценивающим взглядом. Сенбернар лижет мне рану. Его хозяин держит свои слюни при себе, хоть и с трудом. Он протягивает нам свою визитку, советует позвонить после девяти вечера, если мы ничего не найдем. Что ж, это лучше, чем ничего.

Продолжаем путь. Нам попадаются по большей части отели-казино. На всякий случай, узнаем ночной rate [24] – около $90. Нам точно не по карману.

– Давай попробуем вернуться на то место, где нас высадил водитель, и пойти в другую сторону.

– Хорошая идея.

Хорошая идея оказалась вредным советом после того, как мы потратили два часа на дорогу назад. За это время на улице успело стемнеть – всё-таки мы были в горах.

Отчаявшись найти какое-либо жильё, и без разумных идей как нам вернуться к казино, где, пусть и втридорога, можно было снять номер, мы предприняли последнюю попытку – зашли в продуктовый магазин, стоявший у обочины дороги.

За прилавком стоял пожилой индус в чалме и приветливо нам улыбался. Натянуто кивнув в ответ, в нерешительности постояли у входа. Подталкивая друг друга, прошли внутрь. Помялись у стеллажа с печеньем, затем у холодильника с водой, и, не найдя чем ещё оттянуть унизительный разговор (просить о помощи сложно, а без уверенного владения языком, это становилось просто мукой), без особой надежды направились в сторону кассового прилавка.

– Вы что-то ищете? Вам помочь?

– Н-нет, э-э, да, наверное. Вообще-то, так получилось, что мы ищем, где бы снять жильё.

Выдаем краткую версию событий, которые привели нас в этот магазин у шоссе на отшибе города в одиннадцать вечера в воскресенье.

JT, так звали продавца, с участием выслушал нашу тревожную торопливую речь.

– Знаете ли вы кого-то, у кого можно остановиться на ночлег в такой час?

JT задумчиво молчит, затем хлопает в ладоши, и произносит с полуулыбкой:

– Вы можете остаться на ночь здесь.

– В магазине? На наших лицах читается явное недоумение.

– Да, в магазине.

В речи JT есть небольшой акцент и не все слова нам удается понять с первого раза.

Остаться в магазине. Ночью. Возле шоссе. Не то чтобы у нас были другие варианты, но даже в такой ситуации ночевать в магазине казалось чересчур.

– Похоже, он не шутит. Что думаешь?

– Ну, не знаю.

В Лере читается сомнение, и я хорошо её понимаю. Та ещё перспектива, остаться ночью одним наедине с незнакомым мужчиной, тем более другой, незнакомой нам культуры.

Рассматривая стеллажи в магазине, пытаюсь представить, где нам предлагают заночевать. Может, у него за прилавком спрятана раскладушка?

Уточняюще обвожу рукой помещение.

– Прямо здесь?

JT смеётся

– Нет. Идёмте, я вам покажу.

Переглядываюсь с Лерой. Надо решаться. Иду за ним, вслед мне шагает Лера. В глубине магазина обнаруживается небольшой коридор, по которому JT нас ведёт. Делаем пару шагов. Поворот направо. Похоже, это здесь. JT достаёт ключ, открывает дверь, включает свет. Свет – это голая тусклая лампочка на потолке, яркости которой, впрочем, хватает, чтобы осветить всю площадь комнаты размером два на три метра, большую часть которой занимает кровать.