Чтение онлайн

Отдельные постановления об объявлении амнистии отличаются наличием в них толкований основных понятий. Так, в Постановлении Государственной Думы «Об объявлении амнистии в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в связи с вооруженным конфликтом в Чеченской Республике» дается понятие вооруженного конфликта как противоборства между:

а) вооруженными объединениями, отрядами, дружинами, другими вооруженными формированиями, созданными и действовавшими в нарушение законодательства Российской Федерации, и органами внутренних дел, подразделениями внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск и воинских формирований Российской Федерации;

б) незаконными вооруженными формированиями, созданными для достижения определенных политических целей;

в) лицами, не входившими в незаконные вооруженные формирования, но участвовавшими в противоборстве.

Освобождение от ответственности и наказания в связи с помилованием в любой стадии процесса предусматривалось Конституцией СССР 1936 г., Основами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. После принятия Основ издается Постановление Президиума Верховного Совета СССР от 3 декабря 1962 г. «О порядке рассмотрения в Президиуме Верховного Совета СССР ходатайств о помиловании», а также Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР 25 августа 1967 г. «О порядке рассмотрения в Президиуме Верховного Совета РСФСР ходатайств о помиловании».

В сентябре 1980 г. указанные постановления вышли в новой редакции. В них, в частности, отмечалось, что при рассмотрении ходатайств о помиловании принимаются во внимание характер и степень общественной опасности преступления, личность осужденного, его отношение к труду, срок отбывания наказания, мнение администрации исправительно-трудового учреждения (ИТУ) и другие обстоятельства.

Помилование выражалось в освобождении от отбывания наказания, замене наказания более мягким его видом, снятии судимости. Освобождение от наказания могло быть условным и безусловным. При условном освобождении устанавливался испытательный срок. Лицо могло быть освобождено как от основного, так и от дополнительного наказания или от того и другого одновременно.

Законодательство 1990-х годов отдельно регламентировало помилование лиц, приговоренных к смертной казни. Согласно Закону Российской Федерации от 17 декабря 1992 г. «О внесении изменений в статью 24 Уголовного кодекса РСФСР» разрешалось при помиловании заменять смертную казнь пожизненным лишением свободы.

Большинство амнистий, проводившихся до начала 90-х годов XX в., не применялось к осужденным за государственные преступления, бандитизм, разбой, умышленное убийство, умышленные тяжкие телесные повреждения, изнасилование, хищение в крупных и особо крупных размерах, злостное хулиганство и т.д. Последующие амнистии в основном сохранили преемственность в этом вопросе. Однако изложенный подход к амнистии не совсем характерен для помилования. Актами о помиловании нередко освобождались лица, осужденные за совершение тяжких и особо тяжких преступлений и приговоренные к высшей мере наказания – смертной казни.

Устранению применения карательного закона к данному конкретному случаю в силу особого распоряжения главы государства придавалось особое значение во всех государствах независимо от форм государственного устройства (республики, конституционные или неограниченные монархии). Институты амнистии и помилования встречаются и в древнем мире, и в средневековом праве, в особенности после рецепции римского права. Таким образом, амнистия, помилование, с одной стороны, оказались исторически устойчивыми, с другой – являются необходимыми признаками государственной суверенности. При этом всегда подчеркивается их исключительность.

В современной научной литературе нет единого мнения об отраслевой принадлежности амнистии и помилования. Одни авторы относят их к сфере государственного права (И.Д. Дурманов, С.Г. Келина), другие – к области уголовного права (О.С. Зельдова, К.М. Тищенко), третьи – считают, что указанные институты имеют межотраслевой, комплексный характер (И.Л. Марогулова).

Конституция Российской Федерации не дает каких-либо указаний о характере и содержании акта амнистии. Решение этого вопроса находится в исключительной компетенции Государственной Думы Российской Федерации. Следовательно, амнистия является, скорее, не уголовно-правовым, а государственно-правовым актом. Несмотря на то что статья об амнистии включена в Уголовный кодекс Российской Федерации, нет ни одной нормы Общей части уголовного закона, которая раскрывала бы содержание акта амнистии. Кроме того, в акт амнистии могут включаться предписания, не относящиеся к сфере регулирования уголовного закона (в частности, акт амнистии допускает освобождение не только от уголовной, но и от административной ответственности). Таким образом, присутствие статьи об амнистии (ст. 84) в Уголовном кодексе Российской Федерации не оказывает какого-либо влияния на характер актов амнистии, их реализацию и применение, поэтому текст ст. 84 Уголовного кодекса Российской Федерации является кратким и обобщенным.

Т.А. Синцова отмечает: «Отношения, возникающие между соответствующими органами в связи с созданием актов амнистии и помилования, не могут рассматриваться как уголовно-правовые. Таковыми они становятся тогда, когда уже издан акт амнистии или помилования. Отношения по изданию акта амнистии и помилования автор статьи склонен рассматривать как государственно-правовые, ибо они возникают в процессе деятельности компетентного органа по реализации норм Конституции»[87]. Ю.М. Ткачевский пишет, что помилование «…имеет свои специфические особенности, не укладывающиеся в обычные рамки освобождения от наказания, установленные нормами уголовного права»[88]. Н.Д. Дурманов отмечает: «Акты помилования вообще не могут относиться к уголовному праву, так как они лишены нормативных моментов»[89].

Ряд авторов относят помилование к межотраслевым институтам. Однако это не указывает на комплексный характер помилования. Понятие комплексности в данном случае неприменимо, потому что речь идет о форме и содержании, которые не существуют отдельно друг от друга, являются двумя сторонами целого, а не его частями. Не соответствующими друг другу оказываются не только уголовно-правовое содержание и государственно-правовая форма помилования, но и его внутренняя, уголовно-процессуальная по своей сути форма и внешняя административно-правовая оболочка, ибо помилование выглядит как распоряжение вышестоящего органа государственной власти, адресованное нижестоящему, являясь на деле обращенным к исполнению решением управомоченного органа по конкретно-юридическому делу[90].

Анализ научных точек зрения на определение правовой природы амнистии и помилования, выяснение их сущностной стороны в сопоставлении с другими видами досрочного освобождения от наказания не позволяет согласиться с тем, что они являются институтами какой-либо одной отрасли права. В частности, они не могут относиться к институтам исключительно государственного или уголовного права, тем более только уголовного права. По этому поводу А.Б. Мельниченко и С.Н. Радачинский отмечают: «В соответствии с п. "в" ст. 89 Конституции Российской Федерации Президент Российской Федерации наделен компетенцией осуществлять помилование. Нет таких положений уголовного закона, которые могли бы ограничить это право Президента. Вследствие этого помилование не является реализацией уголовного закона»[91].

Учитывая то, что амнистия и помилование закреплены в Конституции Российской Федерации, их в первую очередь необходимо отнести к конституционному праву. Такую позицию разделяют и другие ученые. Например, С.Е. Вицин пишет: «Институт и процедура помилования – это не уголовно-исполнительная, не уголовно-процессуальная процедура и не уголовно-правовая проблема, это проблема конституционная, поэтому искусственно ограничивать помилование нельзя»[92]. Государственное право обеспечивает реализацию конституционных норм путем создания необходимых государственных структур – системы органов, рассматривающих ходатайство о помиловании, принимающих решение об удовлетворении или отказе в амнистии или помиловании.

С одной стороны, наличие конституционных норм, предусматривающих амнистию и помилование, позволяет считать их институтами государственного права, с другой стороны, упоминание об освобождении виновного в совершении преступления от наказания, снятии судимости делает правомерным признание амнистии и помилования уголовно-правовыми институтами.

Помимо указанных отраслей права, амнистия и помилование являются институтами уголовно-исполнительного права. Уголовно-исполнительным законодательством устанавливаются: основания освобождения от отбывания наказания, среди которых называются помилование и амнистия (п. «д» ст. 172 УИК РФ); порядок применения амнистии (ч. 4 ст. 175 УИК РФ) и обращения с ходатайствами о помиловании (ст. 176 УИК РФ); правовое положение осужденных к смертной казни, вопрос о помиловании которых не решен, либо ходатайство о помиловании удовлетворено, но они еще не направлены в исправительные учреждения для дальнейшего отбывания наказания (ч. 1, 2 ст. 185 УИК РФ); условия содержания заключенных к смертной казни, в отношении которых ходатайство о помиловании отклонено или принято решение о неприменении помилования до направления в соответствующие учреждения для исполнения приговора (ч. 4 ст. 185 УИК РФ).