Чтение онлайн

Утром Гарольд разбудил всех еще до восхода солнца. Он быстро собрался и вскочил на лошадь, дожидаясь остальных, которые не спешили отправляться в путь.

Габриель, затушив костер, достал из сумки кусок хлеба, который приготовила им в дорогу хозяйка ночлежки Ротвилла, разломил его пополам и передал одну половину Джеймсу. Тот, поблагодарив, разломил свою часть еще пополам и протянул Торну, который застегивал снаряжение. Хаатин, мотнув головой, отказался.

— Нам пора отправляться! — поторапливал их Гарольд. — До захода солнца мы должны добраться до места! Путь предстоит не близкий!

Взобравшись на лошадей, путники отправились дальше. Они галопом мчались к горе, не останавливаясь ни на минуту. К полудню всадники приблизились к ней. Вблизи она казалась необъятной и непреодолимой. Вершина горы скрывалась за низко плывущими облаками, повисшими над ней и охранявшими замок от любопытных глаз.

Добравшись до подножия Шира, путники свернули на дорогу, ведущую к замку. Она была очень крута и извилиста и опоясывала гору по спирали, поднимаясь наверх. Взбираться по ней было нелегко, и лошади сбавили ход, тяжело ступая по обрывистому подъему. Тропа была узкой, и путники растянулись по ней, выстроившись в один ряд. От топота копыт с краю дороги откалывались камни и с грохотом летели вниз, разлетаясь на куски от встречи с землей. Всадники держались ближе к горе, опасаясь упасть в пропасть.

Джеймс старался смотреть только перед собой, но его взгляд сам соскальзывал в пропасть. От увиденного у него захватило дух. Они были в четверть мили над землей, на краю обрыва и поднимались еще выше. Лошади к концу пути начали упираться и отказывались идти дальше. Всадникам пришлось спешиться и идти пешком. На такой высоте дул сильный, пронизывающий ветер, который сильно мешал движению. Дышать было тяжело, начинала кружиться голова.

Через несколько часов тяжелого подъема путники добрались до вершины горы. Они вышли на ровную, открытую площадку перед замком и осмотрелись. Перед их взором предстал небольшой, но высокий замок, окруженный толстыми стенами. Построенный из серого, обработанного камня, он казался довольно прочным и нерушимым. К его четырем углам были пристроены закругленные смотровые башни, устремленные ввысь, на концах которых возвышался длинный, острый шпиль. Снаружи замок выглядел по-простому, без богатой лепнины и резных колонн. Он не предназначался для знатных особ и принимал только воинов и их генералов.

Ворота, закругленные сверху, были закрыты. На стенах взад вперед расхаживали стражники с длинными копьями, которые заметив путников, начали показывать какие-то жесты своим соратникам, находившимся у ворот. Немного погодя, ворота открылись, издавая громкий металлический звук, чем-то похожий на гром.

— Вас давно ждут! — крикнул один из привратников Гарольду. — Мы уж подумали, что с вами что-нибудь случилось в дороге.

— Нам пришлось задержаться! — ответил Гарольд. — Все старейшины в сборе?

— Да! Вчера к полудню прибыл последний!

Путники передали своих лошадей стражникам, а сами направились в замок. Джеймс смотрел по сторонам, приоткрыв рот. Это был настоящий замок, нечета тем, которые он видел на картинках или по телевизору. Подняв голову вверх, он удивленно смотрел на высочайшие башни, пронзавшие облака. Это было незабываемое зрелище. Оно завораживало Джеймса, и неизвестно, сколько еще времени он бы так простоял, если бы не Торн, который затащил его внутрь.

Изнутри замок казался не таким большим, как снаружи. Зайдя внутрь, путники оказались в небольшом по размеру зале. Слева и справа в стенах были вырублены дверные проемы. Массивные деревянные двери были закрыты, и что находилось за ними оставалось в тайне. Спереди располагалась лестница, которая вела наверх и, не доходя до второго этажа, разветвлялась полукругом в разные стороны. В замке было мрачно и темно. Два узких окна не могли пропустить достаточно света и сделать обстановку более дружелюбной.

Вдруг, дверь справа отворилась, и из нее вышел высокий мужчина, одетый в красный жилет поверх тяжелой кольчужной рубахи. Темные кучерявые волосы его были аккуратно собраны сзади. При виде Гарольда и остальных он приветливо улыбнулся и подошел к ним поближе.

— Гарольд! — воскликнул он. — Как я рад тебя видеть! Сколько времени прошло с момента нашей последней встречи! Я уже и позабыл, как ты выглядишь! Он похлопал Гарольда по плечу и осмотрел остальных.

— Я тоже рад тебя видеть, друг мой! — произнес в ответ Гарольд. — Какими судьбами ты оказался здесь? Помню, как в последний раз видел тебя в Хоминоре! Ты ведь хотел остаться там и жениться на дочери богатенького купца? Неужели она отказала тебе?

— Нет, наоборот, согласилась, — смущенно ответил тот. — Я здесь по воле моего отца. Он один из старейшин ордена. Попросил меня сопроводить его сюда. А как только вернусь, то сразу же сыграем свадьбу! Дженн носит под сердцем моего ребенка, поэтому медлить не стоит. Ты, кстати, в списке почетных гостей! И даже не вздумай отказываться, а то я ведь обижусь и припомню тебе должок в десять серебряных монет!

— Я постараюсь не пропустить торжество! — улыбнувшись, ответил Гарольд. — К тому же мне весьма по нраву Хоминорское пиво. Нигде больше не пробовал такого вкусного хмельного напитка!

— Ясное дело! И не попробуешь! А если и найдешь что-нибудь подобное, то знай, оно было сделано у нас! А это, наверное, твои друзья? Может, представишь нас?

— Да, конечно! — растерянно проговорил Гарольд, совсем забыв про своих спутников. — Это Габриель, Джеймс и Торн. А это — мой старинный друг Виллем! Мы знакомы так давно, что я уже и не помню, как это случилось! Виллем поклонился новым знакомым и обратил внимание на хаатина. Но, ничуть не смутившись, сказал:

— Зато я хорошо помню! И если кому-нибудь будет интересна эта история, то я непременно расскажу ее, но не сейчас. Прошу прощения за прямоту, — обратился он к Торну, — но вы действительно хаатин?

— Тебя это так интересует? — озлобленно переспросил Торн.

— Никогда бы не подумал, что увижу живого хаатина воочию, — восторженно сказал Виллем. — Я столько слышал про ваши боевые навыки и идеальный нюх!

— Я что, похож на медведя в клетке на рыночном представлении? — прервал его Торн.

— Он же не сказал ничего плохого! — вмешался Джеймс.

— Ты знаешь, зачем созвали совет? — перебил их Гарольд.

— Нет! Отец не сказал мне! Он вообще ни слова не проронил за то время, пока мы добирались сюда. Мне показалось это довольно странным. Его что-то беспокоит — я вижу. Сначала я подумал, что он злится на меня из-за того, что я не остался в провинции. Но это что-то другое. Что-то гораздо серьезнее! К тому же другие члены совета ведут себя точно так же! Они не разговаривали друг с другом с тех пор, пока мы здесь. А сейчас заперлись по своим комнатам, в ожидании совета. Что происходит, Гарольд? Зачем собирается совет ордена? Ты ведь наверняка в курсе!

— Я не вправе говорить об этом! — мрачным тоном сказал Гарольд. — Да и ты вряд ли обрадуешься тому, что узнаешь! Лучше скажи нам, когда начнется совет!

— Завтра после полудня! — ответил Виллем и улыбка сползла с его лица. — Здесь расположился целый отряд имперских солдат! Они круглосуточно дежурят на стенах и в смотровых башнях. Полторы дюжины человек. Кого мы поджидаем к себе в гости?

— Я прошу тебя — не спрашивай меня ни о чем — У меня нет для тебя ответов на твои вопросы! Могу сказать лишь одно — эти солдаты нужны лишь для того, чтобы сон у старейшин был крепче, больше они ни на что не сгодятся! Гарольд положил свою руку на плечо старому другу и сказал:

— Лучше тебе было остаться в Хоминоре с будущей женой и не ввязываться во все это! Виллем вопросительно взглянул на Гарольда и отошел назад.

— Я не понимаю тебя! Твои слова звучат оскорблением, и я не намерен выслушивать их!

— Не горячись, друг мой, — прервал его Гарольд и слегка улыбнулся. — Я ни в коем случае не хотел оскорбить тебя и принизить твои достоинства! Ты храбрый воин, и я счел бы за честь сражаться рядом с тобой в бою с любым противником, но сейчас я больше бы обрадовался твоей свадьбе с Дженн, нежели твоему присутствию здесь.