Чтение онлайн

Берт странно посмотрел на меня, недоумевая, почему мое внимание не вернулось к игре. Но несколько мгновений спустя я был вознагражден криком, донёсшимся из спальни DJ. Это было достаточно громко, чтобы Ким вышла из кухни, с любопытством нахмурившись, а когда я взглянул на Берта, я обнаружил, что он вопросительно приподнял бровь.

Брук выскочила из своей спальни и подошла к открытой двери DJ, но DJ уже выбежала и устремился ко мне с энергией, которой я не ожидал, учитывая, что она все еще лечилась от гриппа. Уперев одну руку в подлокотник дивана, она перебралась через него и обрушилась на меня с такой скоростью и силой, что я едва успел уронить контроллер Xbox и защитно вскинуть руки вверх. Но, к счастью, большая часть ее веса легла на подушку рядом со мной, а затем внезапно ее руки обвились вокруг моей головы, когда она наклонила меня назад и засунула свой язык мне в горло.

Через пять минут Берт начал похлопывать меня по плечу. «Эээ, извини, что прерываю, чувак. Но мы собираемся закончить игру?»

Не позволяя губам отделиться от DJ, я показал ему средний палец. Берт усмехнулся, ожидая ответа. Я приоткрыл веко, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он ткнул большим пальцем в мою сторону, глядя на Ким и произнося: «Похоже, это весело. Не хочешь попробовать со мной?»

Ким закатила глаза и вернулась на кухню. «Позвони своей девушке».

«Знаешь, это не такая уж и плохая идея». Он встал со своего места рядом со мной, схватил телефон и направился в относительное уединение коридора.

Через пять минут Брук начала хлопать меня по плечу. «Хэй, ребята, либо отпустите лица друг друга, либо снимите комнату. Вы меня здесь нервируете».

«Ужин готов», — объявила Ким позади нас.

Но обед был последним, о чем я думал, и DJ, похоже, была согласна. Сползая по моему телу, она потянулась ногами в поисках твердой земли, как скалолаз, перешагивающий через уступ, не отпуская моих губ. Поднявшись на ноги, она потянула меня за собой, на мгновение разделив наши рты. Но как только мы оба встали, она снова прижалась к моим губам, радостно вздохнув, стараясь изо всех сил переплести свои руки и ноги вокруг моих.

Брук толкнула нас сильным толчком, и я думаю, что она сознательно подставила меня, потому что мне пришлось прервать поцелуй, чтобы восстановить равновесие, чтобы не уронить DJ вместе со мной на пол. Лучшая подруга моей младшей сестры застенчиво покраснела, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи, и Брук указала довольно… э, многозначительно… в сторону спальни.

Ухмыляясь, как идиотка, DJ взяла меня за руку и потащила за собой к своей спальне, пока мы проходили мимо Берта, разговаривающего по телефону в коридоре. Затем она затолкала меня внутрь и закрыла за нами дверь, давая мне еще раз взглянуть на обстановку, которую я создал в ее комнате.

На самом деле все было не так уж драматично. Я смог подобрать материалы за одну поездку в продуктовый магазин после занятий, пока Саша направилась к станции BART, а Берт и Ким пошли прямо к дому. Но я был готов поспорить, что это был первый раз в юной жизни DJ, когда мальчик усыпал ее спальню лепестками роз с дорожкой, ведущей к ее кровати, положил разноцветный букет ей на подушки и завершил работу множеством ароматических свечей по всей комнате, добавив три воздушных шара, каждый из которых был больше предыдущего, с надписью: «Я люблю тебя, я люблю тебя и я люблю тебя».

Я пришел к решению после разговора с Сашей. Это было осознание, которое началось до начала урока Исаковой, но не закончилось до его окончания. Надо ли говорить, что я не особо обращал внимание на лекцию. Но это не было таким важным делом, поскольку я не только осознал то, что хотел сделать, но и развеял все сохраняющиеся опасения по поводу потенциальных последствий моих действий.

Саша была права: я любил DJ, она любила меня. Не было двусмысленности в том, чего хотела DJ, и все, что мне оставалось, это вынуть голову из своей задницы и отпустить. Позволить себе любить ее. Пусть мы будем вместе так, как мы оба действительно хотели.

Чуть больше недели назад я сказал Пейдж и Ким, что не буду так поступать. На самом деле, единственная причина, по которой я так говорил, заключалась в том, что я не был уверен, что буду чувствовать, когда Аврора вернется в мою жизнь. Я до сих пор не знаю, как я буду себя чувствовать, и я никогда не узнаю, пока Аврора на самом деле не вернется в мою жизнь. Откуда я могу знать? Даже если бы я думал, что моя голова действительно способна осознать это, даже если бы я рассуждал, анализировал и проложил свой путь через миллиард различных сценариев и переменных, чтобы убедиться, что я выяснил, как я буду реагировать, я никогда не узнал бы по-настоящему, пока не посмотрел бы на нее живую и во плоти. И если бы я действительно ждал этого времени, если бы я действительно ждал, когда Аврора вернется ко мне, и только потом выяснял, полностью ли я преодолел её, это означало бы держать DJ в стороне до следующей осени, если не дольше.

Я не мог так с ней поступить. Это было несправедливо по отношению к ней, и я был бы несправедлив ко МНЕ. Я был должен себе что-то большее, чем просто ждать своего часа в следующем году, ожидая увидеть, сможем ли мы с Авророй что-нибудь спасти из наших разорванных отношений. У меня не было перед ней обязательств. ОНА изменила МНЕ. ОНА встала и сбежала в лагерь Моррис, вместо того чтобы вернуться в колледж и позволить нам разобраться с делами.

Что ж, я больше не откладывал жизнь ради нее. Я больше не откладывал ЧУВСТВА к DJ. Я любил девушку. Я действительно любил. Я любил ее достаточно, чтобы сказать: «Нахуй эту ерунду с Авророй. Я продолжаю жить своей жизнью».

Я не всегда любил Дороти Джин Эванс. Сначала она была просто вздорной младшей сестрой Авроры, лишь немного меньше раздражающей, чем моя собственная вздорная младшая сестра. Затем она была красоткой младшей сестры Авроры, которая хотела, чтобы я познакомил ее с дикими и безумными удовольствиями дикого и безумного секса. Но до того рокового лета в лагере, когда я был потрясен разрывом с Адриенной, не говоря уже о драме вокруг внезапного и смертоносного возвращения брата Адриенны, Адама, я никогда по-настоящему не считал ее потенциальной спутницей жизни. Трахать горячую и в высшей степени сексуальную симпатичную девушку? Безусловно. Веселая нимфоманка с большими сиськами? Абсолютно. Но подруга? Или даже… серьезно… жена? Ни за что.

Пока я вдруг не задумался. Да, наши первые отношения были восстановлением. У DJ появился фантастический взрослый мужчина, в которого она влюбилась с тех пор, как она впервые достигла половой зрелости, а у меня была девушка-нимфоманка, младшая, которая была даже слишком готова позволить мне использовать и осквернять ее тело любым способом, который я считал подходящим. То, что она Эванс, было вишенкой на вершине, рационализмом для моего романтически настроенного сердца поверить в то, что я все еще нахожусь на пути к исполнению своей судьбы — объединению двух наших семей. Правда была в том, что тогда мне было одиноко, и я просто хотел, чтобы меня любили.

Сейчас всё было не так. Двухлетняя разница в возрасте, которая когда-то, казалось, разделяла нас на целое поколение, теперь стала не более чем сноской. Мы оба были теперь студентами колледжа, полностью сформировавшимися молодыми людьми, достаточно взрослыми, чтобы участвовать в войнах нашей страны. Несмотря на мои частые шутки о DJ и ее друзьях, которые все еще оставались «фрошлингами», я определенно больше не думал о ней как о маленьком ребенке. Она была полноценной женщиной, и она определенно пережила достаточно, чтобы знать, что такое любовь.