Чтение онлайн

Защищаясь, подняв руки вверх, я отступил на шаг. «Мне жаль».

Она дважды моргнула и поджала губы, а через секунду покачала головой и пробормотала: «Забудь». А потом я обнаружил, что мои руки полны девушки, когда она бросилась мне в грудь и яростно обняла меня.

«Мне очень жаль», — повторил я, наклоняясь и целуя ее макушку. «Я никогда не хотел, чтобы все закончилось так».

«Это могло закончиться только двумя способами», — пробормотала она мне в грудь. «Либо ты действительно влюбился бы в меня, либо ты разбиваешь мне сердце, и все заканчивается слезами. Я как бы надеялась на первое, но этого никогда не случится, поэтому я решила, что должна уйти, пока это не закончилось вторым».

Я посмотрел вниз и увидел, что, несмотря на ее слова, слезы все равно текли из ее глаз. И с горестным вздохом я протянул руку, чтобы стереть одну из них большим пальцем. «Похоже, ты все равно плачешь».

Энди подняла обе руки, чтобы закрыть лицо, а затем снова прижалась головой к моей груди, пытаясь сдержать слезы. Но когда я обнял ее как медведь и посадил к себе на колени, сидя на краю кровати, шлюзы открылись, и она позволила потопу начаться.

Она пришла ко мне в праведном негодовании и решимости довести этот разговор до конца, но, сказав свое слово и получив мое признание, что все кончено, печаль, похоже, наконец-то охватила ее. Энди всегда была страстным человеком, и ее сердце было на ее рукаве. Она была игривым, энергичным фейерверком, когда я впервые встретил ее как неофита Три-Дельт, и почти три года спустя она все еще не была из тех, кто сдерживал свои эмоции. И это были эмоции, которые сейчас взяли верх.

Мы обнялись в позе, которую можно было бы счесть очень интимной, даже несмотря на то, что мы оба были полностью одеты. Энди оседлала мои колени, скрестив ноги за моей спиной. Ее лицо было прижато к моей шее, в то время как она обвила обеими руками мою голову и плечи. И она всхлипнула от всего своего прелестного маленького сердца в связи со смертью того, что, как она надеялась, должно было стать долгоживущими и любящими отношениями.

Не знаю, как долго она плакала у меня на плече, но я продолжал бормотать «прости» и все время гладил ее. В конце концов, слезы начали высыхать, когда ее горе прошло, и я ослабил напряжение в своей спине, когда она села немного прямее, чтобы удерживать собственный вес.

С мутными глазами Энди запрокинула голову и с любопытством посмотрела на меня. У меня не было предупреждения, прежде чем ее лицо метнулось вперед, и она сомкнула губы на моих. Следующее, что я осознал — я лежал на спине, поперек кровати, мои ноги свисали с края и не давали мне никакого рычага для сопротивления, когда язык Энди проник в глубину моего рта. Я сопротивлялся, зная, что не должен вести её, и Энди захныкала от боли и только попыталась поцеловать меня еще сильнее.

Но, в конце концов, она отвела рот, слезы вернулись на глаза, когда она прижалась лбом к моему и снова начала рыдать. Теперь у меня на глазах были слезы, и я понял, что определенно буду скучать по ней. Но и сердцем, и головой я знал, что не стоит пересматривать прекращение отношений, которые в конце только навредят Энди.

Я знал, что поступил с ней несправедливо, брал и брал, никогда не отдавая достаточно. Я прямо сказал ей, что не думаю, что когда-либо смогу чувствовать к ней то же самое, что она относилась ко мне. Да, я позволил ей уговорить меня не отталкивать ее всего неделю назад, но я провел слишком много лет в подобных отношениях, чтобы не осознавать, что в конце концов девушка ВСЕГДА хотела большего и ВСЕГДА страдала. И, хотя время разрыва с ней за два дня до финалов не было идеальным, она должна была понимать, что ей лучше уйти от меня, как только учёба закончится.

«Я люблю тебя,» — хмыкнула Энди, ее нос был забит, а голос дрожал.

«Мне очень жаль,» — ответил я печальным тоном.

Сказав это, Энди внезапно слезла с кровати и отошла на два шага, затем повернулась и вернулась к коробке с салфетками на тумбочке. Она вытерла глаза и высморкалась, пока я сел. И бросив ватные салфетки в мусорное ведро со всей скоростью квотербека НФЛ, она посмотрела на меня разочарованным, но не обвиняющим взглядом и сказала: «Я увидела надпись на стене, когда ты мне не позвонил, и поняла, что я просто не так уж и важна для тебя».

«Ты важна для меня,» — возразил я. «Это просто-»

«Я не пытаюсь сказать, что ты не заботишься обо мне,» — прервала она меня. «Я знаю, что ты это делаешь, и нам было очень весело вместе. Легко получать удовольствие, когда все идет хорошо. Но то, как отношения справляются с невзгодами, определяет их, и ты только что доказали, что мы не справляемся с этим вместе».

«Не говори так. Мы вместе справились с нашей долей невзгод. Мы отлично ладили друг с другом, как когда дела шли хорошо, так и когда дела шли не очень хорошо».

«Ты имеешь в виду, что я падаю на колени и делаю тебе минет всякий раз, когда ты чувствуешь себя расстроенным и подавленным. Это не МЫ справляемся с невзгодами. Это Я заставляю ТЕБЯ чувствовать себя лучше».

«Тогда у нас никогда не было настоящих невзгод, не в том смысле, в каком ты имеешь в виду. В самом деле, когда мы с тобой ссорились в наших отношениях? Настоящая ссора».

«У нас их не было, и в этом суть. Все было весело и игриво между нами, но ничего серьезного. Твоя жизнь была полна суматохи, но ты никогда не пытался по-настоящему ДЕЛИТЬСЯ со мной».

«Как я мог это сделать, когда твоя первая мысль — упасть на колени, а не ГОВОРИТЬ со мной о моих проблемах?»

«Так ты говоришь, что это МОЯ вина, что я никогда не участвовала в этих содержательных разговорах? Тех, которые тебе совершенно комфортно вести с Адриенной и Сашей?»

«Я не пытаюсь приписать вину; просто так случилось, вот и все. Такова природа наших отношений».

«Сплошной секс и ерунда. Удобно. Но в конечном итоге это не так важно. Когда твоя жизнь перевернулась — выстрел в голову и госпитализация — ты привлек на свою сторону самых важных людей в своей жизни. Но я даже не заслужила телефонный звонок. Я не так уж важна».

Я немного сдулся и пробормотал: «Прости, что не позвонил раньше. Если это имеет значение, я никому не звонил; мой телефонный звонок тебе перед ужином был моим самым первым. И дело не в том, что я старался изо всех сил избегать тебя. Я просто что был окружен семьей и…»

«В том-то и дело», — снова прервала она. «Саша сказала это лучше всего, когда мы все были в больнице: «Мы НЕ семья, и мы даже не подруги*». Никто из нас не знал, что делать. И даже после того, как ты вернулся домой, было ясно, что ты никогда не… действительно не нуждался во мне».

«Это не то. Это… это …» На этот раз я замолчал сам.

«Дело в том, что я тебе никогда не была нужна», — повторила она, приподняв брови. «Конечно, было здорово, когда я была рядом, когда тебе было одиноко. Я была удобной, я была готова и никогда не просила многого взамен. Просто еще одна девушка из гарема».

«Не говори так. Ты ЗНАЕШЬ, что была особенной для меня… Ты всё еще особенная для меня».

«И мне это понравилось», — вздохнула она. «Мне понравилось, что даже несмотря на то, что все эти горячие цыпочки буквально бросаются на тебя, входя в дом с ёбанным ЗНАКОМ, вывешенным у входной двери, о том, что ты имеешь право схватить и осеменить их, ты продолжал выбирать быть со мной. Ты, Биг Бен, Бог секса. И ты проводил все это время со мной, позволяя мне проводить все эти ночи в твоей постели, ну, это заставило меня почувствовать… почувствовать…»