Чтение онлайн

Кое-что я узнал благодаря знакомству с одной симпатичной леди на сеансе классического кино. На такие фильмы ходили редко, зал оказался полупустым, что пошло мне на пользу — никто не возмущался, что весь фильм я задавал случайной соседке глупейшие вопросы и получал на них очевидные даже для школьника ответы.

— Привет. Как тебя зовут? — классическим было не только кино, но и мои методы знакомства с девушками.

— Кирстен, — ответила особа с рыжими кудрями ниже плеч и тут же вытащила из рукава циферблат. Не дождавшись от меня должной ответной реакции (как я понял, моё имя её интересовало в меньшей степени), она недовольно фыркнула: — Ну, что ты сидишь? Доставай свой агрегат.

Я невольно усмехнулся.

— Если ты об этой штуковине, — я кивнул на её руки, — то у меня её нет.

— Ты — отступник? — спросила она, явно теряя ко мне интерес, но приобретая тревожный блеск в глазах.

— В каком-то роде, да. Отступил от времени лет эдак на сто с хвостиком.

Интерес вернулся, приумножившись в объёме.

— Тебя недавно разморозили?

— Так точно.

— И на сколько лет ты отстал от жизни?

Она спросила это вовсе не обидно, но сама формулировка задела тонкие струны моего гордого естества.

— На сто пятнадцать. Но знаешь, оказавшись здесь, я даже рад, что отстал от неё.

Кирстен одарила меня проницательным взглядом.

— Дай угадаю — ты испугался циферблатов?

— Я их не испугался. Мне просто обидно за вас, чьи жизни превратились в скучные книги без намёка на интригу, — я ещё раз скептически взглянул на её чудо-агрегат. — Окажись он у меня, что бы мы увидели?

— Наличие перспективы нашего дальнейшего общения, — без тени смущения призналась девушка. — Или её отсутствие. Зачем тратить время на человека, если он не привнесёт в твою жизнь ничего полезного?

Какое верное умозаключение, отметил про себя я.

— Может, сейчас ты тратишь со мной время впустую. Ты об этом не подумала?

— Даже если так, мне любопытно пообщаться с возвращенцем, — она улыбнулась. — Таких как ты нечасто встретишь. К тому же большинство из вас быстро вливаются в струю. Законом вам предписано две недели на адаптацию до обязательного приобретения циферблата.

— Я знаю. Но всегда есть альтернатива.

— Да, Глизе-3. Но там опасно жить, не советую.

С этой тоже спорить бесполезно. Я вздохнул и покачал головой.

— Слушай, а как же человечество сохранило спорт и непредсказуемость результатов, учитывая беспрерывные предсказания циферблатов? Как могут проходить, скажем, хоккейные матчи с заранее известным исходом?

Кирстен мило улыбнулась, наглядно демонстрируя отношение к моей наивности.

— В сохранившихся категориях спорта предсказания не используются согласно допущению людей будущего. А что касается хоккея, то он давно перестал быть спортом людей. Теперь на льду бьются мощные роботы с высоким игровым интеллектом. И зрелище от этого только выиграло, как сказал когда-то мой парень.

Даже так? Я не стал ничего комментировать, посчитав спор с женщиной о своём любимом виде спорта (который к тому же нещадно мутировал) не самой перспективной затеей.

В конечном итоге всё же пришлось попрощаться с Кирстен, как бы печально для неё это не было. Я исчез прежде, чем она успела что-то заметить. Затем я вернулся в центр, чтобы поговорить с Корти.

Я хмуро посмотрел на него и сказал:

— Объясните, зачем вы навязываете людям все эти знания?

— Никто ничего не навязывает, — оспорил Корти. — Однако есть такое понятие как «нерушимое благо постоянства». Вам оно не знакомо по объективным причинам. Объясняю: если раньше каждый цивилизованный человек был обязан знать историю своего рода, страны, планеты, то в наше время смысл слова «история» несколько расширился. Она теперь не только прошлое, но и настоящее с будущим. А историю, как известно, менять нельзя. В данном случае незнание приравнивается к невежеству, за которым стоят определённые риски — от персоны без циферблата ты не знаешь чего ожидать. Поэтому для них и выделен отдельный спутник — Глизе-3. Там по-своему насыщенная жизнь, что не отменяет её дикости.

Я слушал молча и сосредоточенно, не перебивая. То, о чём сказал Корти, по сути, не дало мне ничего нового. Кроме очередного слоя неприятного осадка в душе.

— Неужели никто никогда не пытался нарушить предсказания циферблата? — не выдержал я и озвучил мучивший меня давно вопрос.

— На заре их появления, разумеется, находились хитрецы. Но у них ничего не получалось. Теперь же все усвоили уроки.

— Почему? — не унимался я. — Почему у хитрецов ничего не получалось?

— Объясняю. Многие, как вы понимаете, пытались обмануть смерть и в последнюю дату запирались в пустых комнатах, бункерах и так далее в надежде избежать предначертанную участь. Но их ждало разочарование — даже здоровые субъекты умирали в назначенный час. Как это происходит? До конца неясно, но есть мнение, что в первую же секунду активации циферблата в мозг человека проникает сверхвирус, не позволяющий ему жить дольше положенного. Отсюда получается, что, узнав свой дедлайн, ты обречён в любом случае.

Корти продолжал что-то говорить, но я запротестовал, проталкивая в его монолог очередной вопрос:

— Подождите-подождите, а почему никому не приходит в голову узнать дату своей смерти через кого-нибудь, не контактируя с циферблатом?

На это замечание у Корти имелось до скуки заурядное объяснение.

— Активировать персональный циферблат может лишь тот, кому он принадлежит.

На несколько секунд между нами зависло молчание. Я теребил пальцами по стене, облокотившись о неё. Посчитав меня слегка нокаутированным, Корти решил нанести контрольный, по его мнению, удар.

— А были и те, кто пытался обмануть историю обратным путём, — сказал он, задумчиво усмехнувшись. Наверняка вспомнил яркий эпизод из практики. — Зная последнюю дату, они совершали самоубийство задолго до неё.

Он прервался.

— И что было? — не выдержал я.

— Ничего, — спокойно ответил Корти. — Никто их, конечно же, не воскрешал, просто на циферблате высвечивалась так называемая теневая дата. Как один из возможных вариантов сценария для конкретного человека. Оба пути ему были предначертаны, а это значит, что в любом случае он не оказал бы никакого влияния на историю. Пешка в большой игре, чью потерю никто не заметит. Но… — Корти поднял указательный палец вверх, — именно благодаря таким хитрецам мы многое узнали о принципах функционирования циферблатов. Ведь в своё время, когда «Прогноз» ввёл их в оборот, даже местные работники знали об этих загадочных штуковинах далеко не всё. О тех же самых теневых датах, например.

— То есть как это? — не понял я. — Кто же их поставляет в таком случае?

— Я же говорил — люди будущего. Они заботятся о нас, но не хотят обременять лишними заботами. Обо всех таинствах функционирования циферблатов нам знать необязательно, иначе бы они снабдили нас более подробными инструкциями.

Заботятся, как же, пронеслось у меня в голове. Как о стаде, которое ведут на бойню. От моего собеседника не ускользнула пляска скептицизма на моём лице.

— Вы не доверяете людям будущего? — недовольно спросил он. — С молоком матери впитали устаревшую модель теории заговора?

Я не стал изображать лицемера и сказал всё напрямую:

— Если хотите знать моё мнение, вы — стадо инертных баранов. Не таким я представлял себе мир будущего.

Корти нисколько не задело моё откровение. Он лишь снисходительно покачал головой:

— Вы дики, как бунтарь, которого привели из джунглей на светский раут. Но вам простительно.

— Значит, никому пока не удалось обмануть предсказание?

— Никому. Циферблат всегда точен и безошибочен. «Ваша дата, мистер» для кого-то звучит как приговор, а для кого-то становится точкой отсчёта больших перемен.