Чтение онлайн

— Мыша, а можно нескромный вопрос?

— Нескромный? — склонила она набок голову.

— Ага, личного характера. Даже интимного.

— Так-так… это ведь… такие вопросы, на которые можно не отвечать. И… я могу даже сказать «нельзя», да?

Меня разобрал лёгкий смех.

— Именно так.

— Но ты мой коллега. Это как друг. Можно сказать, что близкий человек. Да и… хорошо, спрашивай.

— Случайно вышло, что я видел твоё нижнее бельё…

Пока замялся, Мышь с лёгким всплеском эмоциональности вставляет:

— Так это же я тебе показывала.

— Нет, которое на тебе, — махнул я рукой. — Пару раз за эту смену. Скажи, зачем ты удаляешь волосы в зоне бикини?

Она несколько секунд продолжала смотреть на меня, словно ещё не закончил мысль. Потом голова слегка дёрнулась, Мышь заморгала…

— А я не удаляю. То есть мне не нужно. Не растут. И на подмышках тоже.

Я раскрыл рот, но не нашёлся с ответом.

— Мама сказала, что это какой-то сбой в генетике.

— А-а… ну-у… логично.

Разговор зашёл в тупик. Понятно, что если бы Мышь была не собой, а кем-то другим, то подобные разговоры привели нас к постельному итогу. Хлопнув по коленям, я поднялся. Ещё раз впитал образ миловидного гнёздышка, вдохнул его ванильный аромат.

— Тебе, вроде, ещё один домик остался?

— Ой! — застыла она. — Спасибо, что напомнил.

— Тогда пошли вместе.

Стоило нам покинуть корпус, как на самом крылечке столкнулись с Кошкой. Бежит, что-то придерживая сверху, под ключицей.

— Ты чего? — перехватил я, помахав Мыши.

— Да, блин! Лямка лифчика оторвалась, — трагично посмотрела она и тут же рассмеялась. Я тоже.

— Ребята заметили? — вскинул я бровь.

— Не-е-ет! — выдохнула она, сделав большие глаза. — Показывала им там на доске, руку подняла… ещё утром ниточки видела, нет что б, дура, зашить!

Тут её взгляд нашёл сначала пакетик в руке, а потом, вдруг, упёрся в карман, куда я запихнул духи.

— Сокол, это то, что я думаю?

— Да, — понуро отозвался я и полез отдавать. — Возьми тогда по-отдельности, вот тебе пакетик, а вот подарок.

Повисла тишина. Дрожащими руками Кошка приняла квадратный коробок, разукрашенный под сине-голубой мрамор. Не глядя забрала пакет. Потом опасливо оглянулась и ка-а-ак завизжит! Бросилась на меня, давай целовать и обтираться мокрым от слёз лицом.

— Сашка, Соколок!.. Я просто в шоке! Не верю своему счастью, — затараторила она. — Такого не может быть, но, как ты и говорил, это случилось. Значит нужно постараться поверить. Но…

Она разомкнула объятья и жадным взглядом уставилась на духи, словно стараясь обхватить их им. Губы зашептали название вперемешку с чертыханьем и ругательствами.

— Ты просто бог! Так быстро — я же не ожидала! Невозможно быстро.

— Рад, что удалось угодить, — несколько смущённо произнёс я.

— Это ты называешь угодить? — большими гляделками посмотрела она. — Да я просто покорена. Перехожу в полное твоё владение.

— Завязывай такое говорить, — рассмеялся я, махнув рукой.

— Я серьёзно, Сокол.

— Дам тебе! Я же не этот какой-нибудь, что покупает любовь подарками.

— Вообще-то любовь у тебя уже есть и для этого подарки не нужны, — многозначительно посмотрела она. — А за такое счастье, — явила она мне коробочку, — я хочу устроить счастье тебе. Понял?

— Кошка! — возмутился я.

— Нет-нет, — перед моим лицом помахала она указательным пальцем, — я не позволю тебе быть благородным рыцарем. Это ты, вон, с девочками-недозрелками галантным кавалером будь, а мне нужен, запятнавший похотью честь, шеф. Ты же хотя бы немного шеф?

Я не стал глушить возбуждение. Наоборот открылся ему и потому прижал к себе Кошку, упёршись затвердевшим естеством в низ живота.

— Принимается. Я твой шеф.

Она попробовала что-то сказать, но сладкая волна удовольствия сковала на несколько секунд.

— У меня так… без всяких фрикций оргазм случится.

Все мы всегда знаем как правильно: что маму с папой надо слушать, если они не полные дегенераты; что травить себя алкоголем, табаком и прочими ядами не стоит; что ложиться надо вовремя и режим соблюдать… много есть правил здоровой и полноценной жизни. Однако, можно выявить одно главное правило, которое обычно срабатывает — если стоит выбор между плохим, но желанным, с другой же стороны хорошее, но скучное, мы выбираем первое. Покуда можем, покуда позволяют обстоятельства и здоровье.

Я грубо затянул Кошку в здание. Прижал грудью к стене. Левой ладонью крепко зажал рот, а правой с силой шлёпнул по попе:

— Выгни её назад!

Она тут же выполнила приказ. Я сжал сначала ягодицу, а потом сразу спустился ниже и надавил, сквозь ткань нижнего белья и штанов, на горячий бугорок. Тут же ощутил, как душистая влажность окутала пальцы. Поднял их, чтобы удостоверится в безумности аромата и скорее вернул, принявшись довольно грубо ласкать Кошку.

Она начала покусывать пальцы и лёгкими стонами толкаться в них. Я с трудом удержался от соблазна, чтобы не запустить уже ставшие мокрыми от слюны пальцы ей в рот — забудется ещё и разнесётся на весь лагерь понятный всем звук.

А вот погрузиться в её жаркие глубины мне ничего не мешает. Я быстро оказался сзади, крепко прижавшись через ткань к попе, а рука, уже спереди, нырнула под нежную ткань белья. Проникновение Кошка встретила пылким стоном.

Я только разошёлся в ласках, стараясь и про умасленный клитор не забывать, и не сосредотачиваться только на нём, как вдруг на Кошку обрушился оргазм. С трудом удалось сдержать полукрик, полустон. Всё тело обратилось на миг в камень, потом лишь на долю секунды обмякло и снова её лоно крепко сжало пальцы.

Конвульсивная нега сошла на нет и Кошка едва не повисла на моих руках. Немного придя в себя, она повернулась и очень озадачено взглянула мне в глаза.

— Похоже, ты хочешь побольнее разбить мне сердце.

Сложно удержаться от реплики.

— Почему бы и да?

— Чего? — прыснула она.

Я прижал всё же посильнее и говорю:

— Тебе сейчас хорошо?

— Как никогда раньше, — с чувством поведала она.

— Так чего голову себе и мне порочишь? Наслаждайся, пока смена идёт.