Чтение онлайн

— Мне включили телек, но не дали пульт.

— Это жестоко, лишать обездвиженного человека выбора.

Я улыбнулась ему и подошла поближе, благоразумно решив остаться в паре шагов от его постели. Я боролась с искушением поцеловать его, но чувствовала, что с каждой минутой бороться становиться все труднее. Его взгляд гипнотизировал и притягивал, словно магнит. Он смотрел на меня, не моргая, словно пытался ввести меня в транс.

— Я даю тебе свое согласие, если ты хочешь накинуться на меня с поцелуями.

Он хитро прищурился и улыбнулся, заставив меня вспыхнуть от стыда. Неужели на моем лице все написано?

— Ты звал меня?

Я замялась и начала поправлять выбившийся из прически локон.

— Да.

— Что-то важное?

— Именно.

— И что же?

— Спасибо.

Что?! Спасибо и все?! К горлу подкатил комок. Не хватало еще, чтобы задрожали губы, и захлюпал нос. В голове пронеслась здравая мысль — а на что, собственно, я рассчитывала? Пара поцелуев для такого мужчины ровным счетом ничего не значат. Для него это игра, так, приятная мелочь.

— О, не стоит. Это мой долг. Поправляйся. Я скажу медсестре, чтобы тебе принесли какую-нибудь надувную резиновую игрушку. Тебе нужно разрабатывать легкие, чтобы избежать застоя жидкости и осложнений.

Я начала тараторить, пряча от него свой взгляд и сжимая в карманах ладони. Мне совсем не хотелось выдать своего волнения, а тем более расстройства. Но было похоже на то, что с этой задачей я справляюсь из рук вон плохо.

— Линда, тсс….

Он сделал над собой усилие и поднес к губам свой указательный палец. Я заметила, что ему больно. Нет, он не корчил гримас и не сжимал челюсти, не охал и не стонал. Просто чуть дернулись мышцы на лбу, рука немного повисла в воздухе, прежде чем двинуться дальше, а в глазах проскочило что-то страдальческое. Я научилась распознавать такие вещи еще в ординатуре. Иногда нам попадаются весьма странные пациенты, не желающие выдавать своей болезни или боли. У каждого за этим стоит своя причина. Но я должна делать свою работу. Я должна видеть боль.

— Тебе больно? Увеличить инфузию обезболивающего?

Я на автомате подошла к его кровати и начала подкручивать колесико на капельнице, регулирующее скорость подачи лекарства в вену.

— Доктор Соул!

Я резко прекратила свое занятие и посмотрела ему в глаза. Голос Рэя стал властным и требовательным, а взгляд пронизывающим. Мурашки пробежали по моей спине.

— Да, мистер Скайфилд?

— Какого черта ты тут изображаешь святую простоту?

Я вновь почувствовала прилив крови к лицу и машинально обхватила его ладонями, стараясь скрыть пылающие щеки.

— Прости?

— Утром, когда я очнулся, ты была рядом! Я помню твое лицо с влажными глазами и твою руку, ласкающую мою голову. Это было лучше любых слов. А теперь ты выставляешь меня идиотом? Что это за игры? И кто тот мужик, который так нагло хватал тебя за талию накануне дня операции?

Господи, он меня отчитывает? Это что, ревность? Я злилась и ликовала одновременно, не понимая еще, как реагировать на его слова.

— Тот мужик просто друг. — Я начала нерешительно что-то блеять, не зная, как объяснить Рэю наличие Дерека в моей жизни.

Что мне ему сказать — мне жутко хотелось секса, я его трахнула, а потом он мне опротивел, так как я втрескалась в тебя, но ему о том было невдомек, поэтому он продолжал меня лапать?

— Ничего себе у тебя друзья! — Рэй засмеялся, схватившись обеими руками за грудь, сдерживая боль. — Когда он положил свою лапу тебе на талию, у тебя было такое лицо, как будто ты съела лимон.

— Это долгая история.

— Хорошо. Дома расскажешь.

Я кивнула, не сразу уловив смысл его слов. Через пару секунд до меня начало доходить — дома расскажу?! У кого дома? У себя, у него, или у нас?

— Что?!

— Когда меня выпишут? Через неделю, я полагаю? Как раз успеешь собрать вещи.

— Рэй… — я открыла рот и не могла вымолвить больше не слова.

— Линда, я главный, ясно? Тут можешь командовать, задирать нос и играть в босса. Но дома — ты женщина. А я мужчина.

У меня пропал дар речи. Я стояла, как вкопанная, и смотрела него, быстро-быстро моргая, как будто это могло помочь мне осознать смысл сказанного.

— Но… — попыталась я начать свою речь, однако он не дал мне продолжить.

— Ты хочешь объяснений?

Ну, вообще-то да! Не помешало бы внести ясность в происходящее.

— Я не буду возражать, если ты объяснишь мне, что все это значит?

— Это значит только одно — ты моя жена, значит, будешь жить со мной.

О, ну спасибо. Пролил свет на этот темный вопрос. Но такого объяснения мне было мало.

— То есть, ты хочешь сказать, что я буду жить с тобой до того, как ты окончательно поправишься, устроишься на работу, и мы сможем развестись?

Боже! Как же мне хотелось услышать опровержение своих слов!

— Почему вы, женщины, так любите эти игры? Почему нужно все усложнять, запутывать, притворяться? Ты женщина, а я мужчина. Я хочу быть с тобой, а ты со мной. И не отрицай, я не вчера на свет родился. Зачем эти вопросы?

— Я всегда думала, что браки заключаются по любви, и живут люди вместе тоже по любви.

Я выбивала из него признание. Вытягивала его клещами. Но вместо этого сама угодила в ловушку.

— То есть ты меня не любишь? — он повел бровью и скорчил обиженную гримасу.

Ну вот! Попала дальше некуда. И что мне теперь делать? Я бросила взгляд на карман, в котором лежала моя ладонь. Мне захотелось ее достать и начать обгрызать свои ногти. Я усилием воли сдерживала себя от этого детского поступка.

— Рэй, ты заставляешь меня нервничать! — я попыталась уйти от ответа.

— А еще я заставляю тебя истекать влагой и дрожать от моих поцелуев, не так ли? А теперь скажи, что ты меня не любишь!

Я посмотрела на пол и подумала, что мне срочно нужен люк — прямо здесь, под моими ногами. Более того, он должен быть открытым, чтобы я могла провалиться в него немедленно. Это он должен признаваться мне в любви, а не я ему! Он просто манипулировал мной, считывая мои мысли, как сканер.

Поскольку люк никак не появлялся, я поняла, что самый лучший выход из этой ситуации — просто сбежать, сославшись на какое-нибудь срочное дело. Как только я открыла рот, чтобы сказать ему это, в моем кармане завибрировал пейджер. Код синий. Палата 4024. Шон Макферсон. Черт, мне и правда нужно бежать!

— Прости, срочный пациент. Я зайду позже.

Я вылетела из его палаты, словно пуля, и только в коридоре почувствовала, что ткань моих трусиков действительно намокла. Этот мужчина заставляет меня умирать от желания силой одного своего взгляда! Невероятно…Просто невероятно. Меня переполняли чувства — растерянность, стыд, радость и пугающее ощущение неизвестности. Что же с нами будет, Рэй?