Чтение онлайн

Рисунок 1. Мобильность элиты в советском государстве

Рисунок 2. Мобильность улиты в постсоветской России

Элита, вначале утратив контроль над экскорпорацией, с каждым годом все активнее пыталась его восстановить (см. рисунки 1, 2). Отставники все чаще не просто увольняются, а переводятся «в резерв» с возможностью повторного прихода во власть. Но тем не менее стихийные процессы 90-х были столь масштабны, что полностью возвратить себе контроль правящая группа была не в состоянии. Значительный объем элитных кадров выбрасывался из системы без всякого трудоустройства. Чиновники поняли, что их будущее — в их собственных руках. Они начали создавать «запасники» в инициативном порядке.

В одном из интервью высокопоставленный кремлевский чиновник так объяснил мне ситуацию с отставками: «Раньше государство хоть как-то заботилось об ответственных работниках: им давали персональную пенсию, сохраняли многие льготы. А теперь — если сам о себе не позаботишься — никто ничего тебе не предложит. Поэтому и приходится создавать структуру „под себя“, чтобы, когда тебя выгонят, было куда пойти. Теперь так все делают».

С широким внедрением альтернативных выборов правящая элита больше не имела полного контроля над экскорпорацией. Теперь выдавить из элиты нежелательных личностей стало почти невозможно. Чиновники, теряющие свои посты в органах исполнительной власти, имели возможность избраться и остаться в элите благодаря выборам или уйти в крупный бизнес и влиять на политическую ситуацию с помощью экономических ресурсов. Однако возможности таких стихийных перемещений все же были ограниченны и не всегда успешны. Поэтому официалы сами начали строить «запасные аэродромы». Основными формами такой стихийной мобильности были:

1. Создание собственного бизнеса.

2. Участие в политическом процессе без поддержки сверху, а иногда и при прямом противодействии центра: депутатство, избрание главами регионов, создание политических партий и общественных организаций.

3. Возврат в основную профессию.

В отличие от перехода в бизнес-синекуру, обеспеченную как материальной, так и организационной поддержкой государства, создание коммерческих структур на свой страх и риск было реальной экскорпорацией. Это был выход из элиты в открытое море, практически без защиты и без привилегий. Единственное, что сохранял такой отставник, — это были его личные связи в политических и экономических кругах. Уход в бизнес выводил человека за пределы элиты, хотя, в случае удачного стечения обстоятельств, и не исключал его возврата. Здесь все решал случай и предпринимательские способности человека. Большинство чиновников, которые рискнули сделать такой шаг, растворились в социальном пространстве. Но были и такие, которые стали весьма успешными бизнесменами (например, бывший министр правительства Гайдара Петр Авен, создавший компанию «ФинПА», а затем ставший одним из руководителей Альфа-банка). Элита готова была сотрудничать только с теми экс-чиновниками, бизнес которых становился успешным.

В начале 90-х многие чиновники, покидающие свои посты с обидой на Кремль, выбирали другой путь — остаться в большой политике, используя демократические возможности. Они баллотировались на федеральных или региональных выборах не только без поддержки центра, но часто и вопреки его воле. Их позиция была, как правило, оппозиционной властям, что зачастую и приводило к победе. Состав Государственной Думы 1993 и 1995 гг. во многом определялся тем, что в регионах депутатские мандаты получали «бывшие», оппозиционно настроенные к режиму Б. Ельцина.

«Нежелательные элементы» пытались создавать собственные политические и общественные организации. В период думской избирательной кампании 1995 г. было зарегистрировано 43 избирательных объединения и блока, пытавшихся преодолеть 5-процентный рубеж. [238] Среди избранных депутатов работники исполнительных органов власти и управления составили 52 чел. (12 %). [239] К 1995 г. переход после отставки в публичную политику стал массовым. Партии или общественные организации создают многие официалы, причем часть из них действует при поддержке исполнительной власти, а часть — на свой страх и риск. Так, бывший спикер Совета Федерации В. Шумейко становится председателем общероссийского общественного движения «Реформы — новый курс»; бывший вице-премьер и министр финансов Борис Федоров возглавил движение «Вперед, Россия!»; бывший первый заместитель председателя правительства Е. Гайдар стал лидером партии «Демократический выбор России»; бывший министр социальной зашиты населения Э. Памфилова вначале создала общественное движение «За здоровую Россию», а затем возглавила избирательный блок «Памфилова — Гуров — Лысенко»; бывший вице-президент РФ А. Руцкой создал социал-патриотическое движение «Держава»; бывший министр внешнеэкономических связей С. Глазьев стал одним из лидеров Конгресса русских общин (КРО), принимал участие в создании движения «Народный альянс», общественно-политического движения «Согласие во имя России», блока «Третья сила»; бывший глава президентской администрации Ю. Петров инициировал создание «Союза реалистов» и возглавил его; бывший вице-премьер правительства Ю. Скоков создал федерацию товаропроизводителей, составившую позднее основу КРО; бывший вице-премьер правительства РСФСР Г. Явлинский стал лидером партии «Яблоко» и т. п. [240]

Несмотря на высокие посты и обширные связи «бывших», многие из них терпят фиаско в качестве независимых публичных политиков. Среди всех перечисленных политиков удалось провести свои партии в парламент только Е. Гайдару (1993, 1999 в составе блока СПС) и Г. Явлинскому (1993, 1995, 1999). Попытки же остальных оказывались по большей части неудачными, хотя сами лидеры партий и блоков становились депутатами, избираясь по одномандатным округам.

Этот процесс сопротивления экскорпорации с помощью перехода из структур исполнительной власти на выборные должности проходил достаточно стихийно и касался не только парламентских выборов. Бывшие чиновники пытались занять и губернаторские кресла. Начало было положено в 1993 г. Н. Федоровым, который после отставки с поста министра юстиции побеждает на выборах и становится президентом Республики Чувашия. [241] В 1996 г. губернатором Курской области, несмотря на противодействие федерального центра, становится бывший вице-президент России А. Руцкой. [242] В 1997 г., после отставки с поста министра по делам сотрудничества с государствами — членами СНГ, А. Тулссв становится губернатором Кемеровской области, [243] а в следующем году на пост губернатора Красноярского края избирается отставной секретарь Сонета Безопасности РФ А. Лебедь. [244]

Выборные должности отчасти заполняются ставленниками исполнительной власти, а отчасти — нежелательными элементами, доступ которым в элиту перекрыть не удавалось. Эти зоны неконтролируемой мобильности в 90-е годы становились все более заметной опасностью. Раздражение Кремля вызывало то, что теперь неугодные и «наказанные» отставкой политики не исчезали с политического горизонта, как это было прежде. Они находили возможность остаться в элите, используя инструменты демократических выборов, против чего у исполнительной власти на первых порах не было оружия. Но тем не менее у власти оставались немалые способы выдавливания из элиты, главным из которых оставался уход на пенсию. Если же отставник был трудоспособного возраста, подчас ему не оставалось ничего другого, как вернуться в свою профессию и вновь заняться наукой, адвокатской практикой или преподаванием.

В период президентства Ельцина произошли серьезные изменения в характере и принципах экскорпорации. Вся элита пришла в движении, резко возрос темп как вертикальной, так и горизонтальной мобильности, возникли новые каналы поступления в элиту и выхода из нее. Все это имело серьезные последствия для внутриэлитной циркуляции. В первые годы ельцинского правления около 20 % отставников подвергались полной экскорпорации, около половины перемешались в экс-элитные зоны и около 30 % оставались в элите. [245] К 1999 г. ситуация заметно изменилась. Теперь все отставники тем или иным способом оставались в элитной или экс-элитной зонах. Полностью выдавить из элиты нежелательных политиков стало весьма непросто.

Итак, вниз идущая вертикальная мобильность в Ельцинский период стала более разнообразной и менее предсказуемой. Типология отставок официалов 90-х гг. может быть представлена так:

Полная экскорпорация — выход из элиты:

— пенсия,

— возврат в профессию;

Частичная экскорпорация — переход в экс-элитную зону:

— переход в «государственный бизнес»,

— переход в частный бизнес,

— переход в резервации («запасники») — фонды и общественные организации,

— переход на почетные должности советников и консультантов при органах власти;

Циркуляция в элите после отставки:

— удержание элитного статуса вопреки действиям исполнительных органов власти с помощью использования механизма выборов и получение после победы депутатского мандата или кресла губернатора,

— удержание элитного статуса с переводом на менее статусную государственную должность.

Основным же новшеством этих лет стали возвраты на высокие должности после отставки, что отчасти снимало остроту кадровой проблемы и являлось определенным признаком демократичности. Ведь большая часть отставников 90-х не достигла пенсионного возраста (см. таблицу 8). А масштабы перестановок были таковы, что власть испытывала непрестанный кадровый голод.

Таблица 8. Динамика возрастных показателей правительственных отставок для шести когорт российской элиты [249] [250] [251] [252] [253] [254] [255]