Чтение онлайн

Некоторые из товарищей Бенто, из тех, что прибыли еще с первым караваном из Кабула, стали уговаривать его не ехать в таком малом количестве. Они уверяли, что местный народ вероломен и кто-нибудь попытается отнять у него имущество или убить. Бенто заверил, что следует воле правителя и уже обещал главе каравана, а посему, будучи человеком честным, не может нарушить данное слово. Местные продолжали твердить, что все трое армян (как те продолжали себя называть), будут сразу умерщвлены, как только ступят за стены города. Деметрий, напуганный этими речами, второй раз покидает Бенто и Исаака, отказавшись ехать, и уговаривает их вернуться домой. Но Гоиш отвечает, что никогда, даже под страхом смерти не откажется от своей миссии, которая может возвеличить имя Господа, и что недостойно человеку поддаваться страху, что это лишит надежды стольких людей, а расходы архиепископа Гоа и вице-короля улетят на ветер. И что с помощью Божьей, которому он обязан своим благополучием, он Бенто надеется завершить

экспедицию и в любом случае будет идти и дальше, если надо, рисковать жизнью в этом предприятии, но не откажется от него. Так он опоясал чресла свои в дорогу. Имея под собой коня, он купил еще десяток лошадей для себя, Исаака и поклажи. Тем временем караван-баши вернулся к себе в дом, что был в пяти днях пути от столицы, чтобы подготовиться к нелегкому путешествию. Оттуда он послал сообщение Бенто с просьбой приехать как можно скорее, чтобы подстегнуть своим примером других купцов.

Бенто и самому нетерпелось пуститься в дорогу, и к середине ноября 1604 года его с Исааком путешествие в Катай продолжилось. Сначала они добрались до Иолчи, где оплатили пошлины и показали королевские бумаги. За последующие двадцать пять дней они прошли поочередно: Hancialix alceghet69, Hagabateth, Egriar, Mesetelec, Thalec, Horma, Thoantac, Mingieda, Capetalcol Zilan, Sarc Guebedal, Canbasci, Aconsersec, Ciacor70, Аксу71. Дорога оказалась чрезвычайно изнурительной – то каменистой в одном месте, то безводной пустыней в другом. Аксу – город, который находится в Царстве Кашгар и принадлежит 12-летнему мальчику, племяннику правителя Кашгарии. Дважды он приглашает нашего Брата к себе. Бенто принимает приглашения и всякий раз приносит с собой сладости, которые так любят дети. И вот, однажды, в разгар веселья и танцев мальчик спрашивает Бенто, а как принято танцевать у них в стране, и Бенто, чтобы не показаться надменным, сам пускается в пляс на радость всем. Он встречается также с матерью мальчика и показывает ей письма от правителя Кашгарии, которые она изучает с большим интересом. Перед отъездом он оставляет ей предметы, которые так ценят женщины – зеркало, муслин из Индии и другие безделушки. Позже он принимает приглашение от имени, ведавшего государственными делами, советника юного владыки.

На этом отрезке путешествия случилось так, что несколько шедших в одной связке животных упали в реку с быстрым течением. На ногах у них почему-то была перевязь, однако путы порвались, и они выбрались на другой берег. Гоиш, понимая, что избежал великой потери, воззвал к имени Христа и повернул обратно своего коня, чтобы нагнать караван. И возблагодарил еще раз он Господа, отвратившего от него неминуемую беду. В это же время они пересекли пустыню Каракатай, что переводится как “черная земля Катайцев”, потому что, говорят, они жили здесь с давних времен72.

В этом городе путешественники провели пятнадцать дней, дожидаясь отставших от каравана попутчиков, и затем продолжили путь через Oitograch Gazo, Casciani, Dellai, Saregabedal, Ugan73, после чего, наконец, пришли в Кучиа74. В городе они задерживаются на целый месяц, так как животных крайне изнурили трудный путь, нехватка пищи и тяжелая поклажа – мрамор, который они тащили на себе. Здесь к нашему путешественнику обратились священники с вопросом, почему он не поститься в то время, как для них сейчас наступил пост? Они спросили, потому что надеялись получить деньги за освобождение от обязанности поститься или изъять сумму в качестве наказания. И они почти силой затолкали его в свой храм – к месту молитвы.

Отсюда, проведя двадцать пять дней в пути, путешественники добрались до города Киалис75. Город оказался небольшим, однако был сильно фортифицирован.

В этой стране правителем являлся незаконнорожденный сын царя Кашгарии, который, прознав, что Бенто и его соратники исповедуют другую веру, стал угрожать им, заявляя, что раз они, иноверцы, дерзнули зайти так далеко на его земли, то будет справедливо, если он теперь лишит их и имущества, и жизни. Но прочитав рекомендательные письма и приняв подношения, он стал намного более дружелюбным.

Однажды ночью, когда этот правитель сидя во дворце обсуждал со священнослужителями и советниками богословские вопросы, ему вдруг пришло на ум позвать Бенто, и он снарядил верхового с сообщением для него. Столь странное время для встречи вселило тревогу в сердца наших путешественников. Они подумали, что их зовут, чтобы убить. Бенто и Исаак попрощались со слезами на глазах, и Бенто заклинал армянина скрыться, пока есть возможность, чтобы избежать страшной участи и доставить отцам-иезуитам письма, а также весть о его кончине.

Однако во дворце Бенто всего лишь вовлекли в религиозную дискуссию с учеными, знатоками сарацинской веры, и он, вдохновленный Его словами: “ибо в тот час дано будет вам, что сказать”, принялся отстаивать христианскую веру с таким убеждением, что ученые мужи пристыженно замолчали. Правитель внимательно слушал Бенто, одобрительно кивая. Он согласился с тем, что христиане были misermanos, то есть – истинно верующими, и добавил, что его собственные предки когда-то тоже исповедовали эту веру. После дискуссии Бенто предложили поужинать и остаться на ночь во дворце. Он не мог выехать до следующего дня, а в это время Исаак уже отчаялся увидеть своего друга живым. Вернувшись, Бенто застал армянина изнемогшим от рыданий, уверенным, что брата Гоиша давно уже нет в живых76.

В этом городе путешественники оставались целых три месяца, так как глава каравана не желал отправляться дальше, пока не наберется достаточное количество людей из Кашгарии и других западных регионов, чтобы получить больше выгоды. По этой причине он также никого не отпускал впереди себя. Бенто, слишком утомленный долгим ожиданием, сделав ряд подношений уговорил правителя разрешить ему продолжить путь самому. Из-за этого дружба между братом Бенто и караван-баши прервалась.

В тот момент, когда Бенто с Исааком уже собирались покинуть Киалис, туда пришел караван, следовавший обратным курсом из Катая. Купцы попали в столицу Катая, как обычно, выдав себя за послов, а поскольку в Пекине они были размещены там же, где и остальные члены Ордена, то смогли поведать брату Гоишу новости об отце Маттео и его соратниках. Таким образом, Бенто, к своей радости, удостоверился, что Катай, куда они направляются, и Китай – действительно одна и та же страна. Это были те самые сарацины, о которых говорилось в предыдущей главе и которые провели три месяца вместе с отцами под одной крышей. Сарацины рассказали, что отцы преподнесли императору часы, клавикорды, картины и другие подарки из Европы77, что их весьма уважают во дворце, и, приукрашивая, добавили, что иезуиты часто общаются с Императором. Они-де хорошо запомнили их лица, но не знают имен, так как те, по местному обычаю, взяли себе китайские имена. В доказательство своей истории сарацины показали бумагу, на которой одним из отцов были вычерчены португальские слова. Бумагу обнаружили слуги во время уборки помещения, и сарацины сохранили его, чтобы по возвращении домой показать, что в Китае живут люди, владеющие этим языком. Получив эти сведения, наши путешественники очень воодушевились, теперь их больше не терзали сомнения, что Катай есть ни что иное, как Китайская империя, и эта столица, которую сарацины называют Камбалу, и есть Пекин, о котором Бенто, конечно же, знал еще в Индии из писем наших братьев в Китае.

Накануне отъезда принц вручил Бенто сопроводительные письма, и когда дело дошло до имени, он спросил, хочет ли тот по-прежнему называться христианином? Бенто ответил: “Конечно. Я добрался так далеко под именем Isai, пойду с ним до самого конца”. Слова эти случайно были услышаны одним из магометанских священников, почтенным старцем, который, сорвав с себя шапку и бросив ее оземь, воскликнул: “Действительно, этот человек истинный приверженец своей религии, и здесь – перед лицом принца и перед лицом остальных иноверцев, он смело стоит за свою веру в Христа. Вовсе не так поступают наши люди, которые, как рассказывают, попав в другую страну отступают от своей веры”. Затем он повернулся к нашему путешественнику и выразил ему свое уважение, что было невероятно для сарацина. Так добродетель, точно луч света, пронзивший темноту, призвала врага к уважению.

Бенто, Исаак вместе с другими вскоре снова выходят на дорогу и через двадцать дней прибывают в Pucian – город в пределах того же царства.

Префект города, явив большую любезность, посетил их и выделил припасы из собственной кладовой. Отсюда они отправились дальше в хорошо защищенный город Турпан78 и остались там на месяц. Затем последовали в Арамут, оттуда в Камул79 – другой защищенный город. Здесь они остановились еще на месяц, чтобы дать отдых себе и животным. Они радовались тому, что и этот город находился во владениях царства Киалис, где к ним всегда хорошо относились.

Через девять дней после Камула они добираются до знаменитой северной стены Китая80, которая называется Чиаикуон81. Здесь они вынуждены провести в ожидании двадцать пять дней, пока наместник провинции позволит им пройти дальше. Затем понадобился еще один день, чтобы добраться до города Сучиоу82, где часто упоминается Пекин вместе с другими хорошо известными местами, и если у Бенто еще оставались какие-то сомнения насчет идентичности Китая и Катая, то здесь они окончательно развеялись.