Чтение онлайн

МОЯ СИЛЬНАЯ ДЕВОЧКА

«Плакать перед тобой, это худшее, что я мог сделать». — Риццо

Мое дорогое солнышко,

Мне очень жаль.

Ты никогда не узнаешь, как мне жаль, что я не смогла бороться за тебя, за нас. Мне жаль, что если ты читаешь это, то я больше не с тобой. Мне жаль, что я могу забыть тебя, но знай, mi amor17: даже когда мой разум забывает, мое сердце всегда будет помнить тебя. Я сожалею о многом…

Я не сожалею о том, что лгала тебе, но так ты была в безопасности. Благодаря этому билось то прекрасное маленькое сердце, которое придавало моей жизни столько смысла.

Но, наверное, сейчас я должна рассказать тебе о том, что мне не довелось сделать при жизни. Время еще не пришло.

Сейчас, да.

Видишь ли, любовь моя, я влюбилась в человека, который не смог удержать меня, даже когда хотел только этого. Твой отец — выходец из очень влиятельной семьи, семьи, которая не приняла нас, меня. До того, как твой отец встретил меня, он был обещан другой женщине, дочери капо Вольпе. Это было сделано для того, чтобы две семьи стали единым целым, твой отец как первенец должен был стать капо, но он отказался, и, как ты можешь себе представить, это не понравилось твоему деду. Он не позволил. Кассию было все равно, и он сбежал со мной. Мы были счастливы, пока нас не нашли.

Бенедетто отрекся от твоего отца, и твой дядя Деметрио должен был занять его место, пока не появилась ты. Из самой чистой любви родилась ты. Ты была тем, чего мы всегда хотели, Андреа, о чем мы всегда мечтали.

Ты и они.

Наша история слишком сложна, чтобы объяснять ее в письме. Твой отец ответит на все, что не могу ответить я. Ты не должна доверять никому, любовь моя, только своему отцу.

Он спас нас однажды, позволь ему сделать это снова.

Я никогда не хотела для тебя такой жизни. Я никогда не хотела оставлять тебя разбираться со всем этим в одиночку.

Я знаю, ты задаешься вопросом, почему я солгала, что твой отец — Деметрио Николаси. У меня не было выбора. Он был плохим человеком, Андреа, и он не только худший из всех, но и гордость и радость твоего деда. Он всегда хотел иметь то, что было у твоего отца… и он хотел меня. У нас не было другого выбора, кроме как согласиться на его требования, потому что мы не могли рисковать твоей жизнью.

Теперь мне нужно, чтобы ты вспомнила все, чему я тебя учила, — будь безжалостной, храброй и, самое главное, будь собой.

Никто не сравнится с тобой.

Я любила тебя всем, что осталось в моем сердце. Я любила тебя тогда и буду любить вечно…

Мне очень жаль.

Навсегда твоя,

Мама.

АНДРЕА

VAL

«Я хочу большего». — Шарпей Эванс

Слезы, которые я сдерживала, падают на мои щеки, и я слишком устала, чтобы их сдерживать.

Я позволила Кассиусу увидеть, как я сломалась.

Мой отец.

Оглядываясь назад, на наше короткое общение, можно сказать, что он всегда был мягким и никогда не грубил.

— Я не понимаю. Я думала, что мой отец — Деметрио, — я смотрю на Кассиуса, действительно смотрю на него, впервые с тех пор, как встретила его. У него такая же ямочка на подбородке, как у меня, такая же, как…

Черт.

— Близнецы, они мои сводные братья?

— Они твои родные братья Андреа. У меня никогда не было никого после твоей матери. — Когда я смотрю на него после этого откровения, кое-что привлекает мое внимание: золотая цепочка на его шее. Я достаю ее, и на ней оказываются те же инициалы, что и на той, что оставила мне мама.

У меня в голове рождается мысль, но мне нужны ответы.

Все еще держа цепочку, я спрашиваю: «В-А-Л — это ведь не сокращение от Валери?» — Я смотрю в глаза своему отцу, тому самому человеку, про которого всего несколько минут назад считала, что он разрушил мою семью. — Это инициалы наших имен, — шепчу я.

Валентино

Андреа

Лоренцо

— Да, mia figlia18, три наши самые большие любви. — Взгляд его глаз согревает меня. В его глазах столько боли и любви.

Любовь ко мне?

— Но как? — Нет никаких фотографий мамы и второй беременности! Я не могу в это поверить, я так запуталась, и ничто уже не имеет смысла.

Неужели вся моя жизнь была ложью?

— Андреа, у нас мало времени, — Кассиус залез под мою кровать и протянул мне сумку. Подождите, она была там все это время?

— Нам нужно идти. Я обещаю, что все тебе расскажу, но сейчас ты должна доверять мне. Доверься своей матери. — Он встает с кровати и протягивает мне руку. — Мы не можем оставаться под одной крышей с твоим дедушкой, ему больше нельзя доверять.

— Если я пойду с тобой, ты мне все расскажешь? — спрашиваю я его. — Больше никакой гребаной лжи.

— Да, mia cara. Я расскажу тебе все, что нужно знать, — он открывает передо мной дверь и выводит за пределы особняка. Уже почти утро, поэтому все еще спят.

Снаружи нас ожидает черный Escalade. Дверь открывает не кто иной, как сам Лоренцо.

— Пошевеливайся, старшая сестренка, нас ждут.

Где Валентино? Почему его здесь нет? Интересно.

Я смотрю на забавное лицо Кассиуса.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, сбитая с толку всем этим.

— Домой, — приглашает он меня в машину и, прежде чем закрыть дверь, говорит: «В Нью-Йорк».

Я сажусь в машину вместе со своими новообретенными братом и отцом и оставляю этот чертов город позади. Я понятия не имею, что ждет меня в Нью-Йорке, но из-за того, что Лукан раскрыл истинную природу смерти моей матери, я уверена, что ничего, кроме неприятностей, не ждет меня в моем мире. Я все еще не знаю, кому доверять. Моя мать не стала бы мне лгать, да еще о такой важной вещи. Я должна доверять Кассиусу.

У меня нет выбора.

Секрет моей матери стал достоянием общественности, и теперь ее наследие под угрозой. Ее империя просто сгорела, а все потому, что я позволила Лукану одурачить себя. Он угрожал тому, что для меня важнее всего, и он за это заплатит.

Может быть, не завтра, но когда-нибудь.

Я заставлю его пожалеть об этом.

Всех, кто принимал в этом участие.

Однажды я буду наблюдать за тем, как его мир сгорает в огне, сидя на своем троне.

Король падет, и Святая Троица Детройта тоже.