Чтение онлайн

И ведущая новостей начала говорить то, к чему я точно была не готова!

В углу экрана фото Демьяна.

В новостях говорилось, что сегодня в пять утра возле стриптиз-клуба, когда Крам Демьян Альбертович сел в свой автомобиль с неизвестной девушкой, с которой отдыхал в клубе, далее показывают несколько кадров, где она сидит у него на коленях, целует его и гладит, произошел взрыв. Машина сгорела почти полностью, уцелевших не осталось, а час назад экспертиза подтвердила, что два трупа принадлежали владельцу автомобиля Краму и девушке некой Мирзоевой Карине Сергеевне, от тел остались одни угольки и распознать по внешности было невозможно. Он владел несколькими крупнейшими месторождениями алмазов и имел комбинаты по переработки сырья в бриллианты высшего качества. Из-за бизнеса у него было не мало врагов и так как была обнаружена бомба в машине, имеется доказательное видео, где незнакомец в маске устанавливает ее, то возбужденно дело по сто пятой статье.

Дальше я уже не слушала, потому что тошнота подкатила к самому горлу, и я еле успела добежать до унитаза. Меня полоскало битые десять минут.

Я не хотела об этом думать. Не хотела верить в сказанное. Пусть он и поступил так со мной, но я хотела бы, чтобы человек которого я люблю был жив, знать, что он ходит по той же земле, что и я! Никто не заслужил такой участи, такой смерти, сгореть заживо — это страшно.

Не знаю, как я провела все уроки, как у меня хватило сил, с Божьей помощью не иначе, а еще вдобавок меня рвало на каждой перемене, а то и посреди урока приходилось выбегать, домой плелась из последних сил. Нужно было еще зайти купить каких-нибудь таблеток при отравлении. Вот только что я такого скушала… или это стресс так сказался…

— Добрый вечер. Девушка, мне нужно, что-нибудь при отравлении. Меня сегодня весь день тошнит и рвет.

— Ну а я чем помогу, а если это не отравление? К врачу не пробовали обратиться?

— Это будет завтра, а мне нужно сейчас. Пожалуйста дайте какие-нибудь таблетки. — Она приносит две упаковки лекарств, затем опять уходит и приносит две упаковки… теста на беременность.

— Это вы мне?

— Ну а кому еще? Кого-то видите здесь помимо вас?

— Но я не беременна, это отравление.

— Уверенны? — Начинаю вспоминать, когда были последние месячные. Так, за две недели до Нового Года, с того момента прошло 5 недель где-то.

— То тоже. Оплачивать будите наличными или картой? — Кажется она все поняла по моему выражению лица и на ее отразилось даже некое подобие сочувствия ко мне.

— Карта. — Я не узнала свой голос, он казался замогильным.

— Сделаете завтра утром, а второй на всякий случай удостовериться в том или ином результате. Удачи. — Она мне определенно понадобиться.

Домой я шла как пришибленная. А если я беременна?

Да нет, не может быть…

Ну как не может, он сколько раз в тебя кончал дура? От этого дети рождаются. Раньше надо было думать, а не ворон считать. В аптеку то я тогда забыла зайти за таблетками.

— Внучка, с тобой все хорошо? Что-то на тебе лица прям нет.

— Уроки тяжелые бабуль, дети сегодня не слушались.

— Ох эти мелкие хулиганы, доведут тебя. Ладно, иди мой руки, я борщик приготовила, твой любимый, с гренками и чесночком. — Я все это представила, дошел запах с кухни, который до этого не замечала, и понеслась опять к своему белому другу на ходу сбрасывая пальто.

— Оливия, — стучится бабушка. — Ты меня пугаешь доченька. Может врача?

Умывшись, открываю дверь.

— Не надо врача, я просто отравилась, завтра буду уже огурчиком, а сейчас я пойду лягу.

— Ох, только если что, сразу говори, вызовем скорую. Пойду схожу за лекарствами что ли.

— Не надо, я по пути все купила, сейчас приму и мне полегчает.

Надо говорить, что я опять не спала всю ночь, только теперь добавились мысли о возможной беременности. Все ночь крутила в руках эти две коробочки, изучила вдоль и поперек инструкцию, залезла в интернет почитать информацию и меня это вот совсем не успокоило. Еле дотерпела до утра, аж руки начали трястись. Пока бабуля спала, я нырнула в ванную.

Так нужно пописать, закрыть колпачок и подождать пока результат покажется на экране.

Выполнив все процедуры сразу с двумя тестами, один электронный, другой с тест-полоской, я стала расхаживать по небольшой ванне туда-сюда первый раз жалея, что она у нас такая маленькая, а то от кружения опять началась тошнота.

Когда подошло время смотреть результат, меня не хило так начало штормить, но я должна узнать результат, я взрослая девушка, ответственная… почти, как оказалось.

Выдыхаю.

Так. Спокойно.

Дрожащими руками беру тесты и…

Глава 13. Оливия.

Дрожащими руками беру тесты и…

Беременна 2–3 недели. На втором две яркие полоски.

Я беременна.

Беремена от человека, который использовал меня.

Беременна от человека, который погиб.

Беременна от человека, которого полюбила всем сердцем.

Это оказалось выше моих сил, и я завыла в голос, это все не может быть правдой, это просто дурацкая шутка. На мой плач проснулась бабушка.

— Оливия, а ну быстро открыла! Иначе позову сейчас соседа, и он выбьет эту дверь в чертовой матери! — Подползаю к двери и открываю. Если бабушка начала ругаться, то лучше ей не перечить, да и если четно, сил воевать с ней, просто нет. — Господи, внученька, да что ж с тобой происходит? Я как вернулась, ты сама не своя!

Протягиваю бабуле два теста. Она всматривается.

— Ну все, все, иди ко мне доченька. Ребеночку вредны переживания, он уже все чувствует. Давай ты сейчас умоешься, звони в школу и отпрашивайся, и приходи на кухню, я сделаю тебе кисленький чай.

Людмила Васильевна без проблем отпустила меня, и даже ответила со второго гудка, учитывая, что было еще очень рано, сказала, что могу посидеть до конца недели дома не брав больничный.

За окном еще темно, молча пью чай и всматриваюсь в темноту, куда-то далеко, сама не знаю, что пытаюсь высмотреть. Закрываю глаза, воспоминания лавиной захватывают меня, как мы сидели на этой самой кухне, как он обнимал и ласкал меня, с каким аппетитом он кушал все, что было мною приготовлено и все же, меня он куда плотояднее поедал в ту ночь. Одинокая слеза скатилась по заледеневшей щеке.

— Не хочешь поделиться Оливка? — И вот это ее обращение ко мне режет слух, что я вздрагиваю. Ведь так звала меня только она и Демьян. Это прозвище слишком интимное для чужих. Смотрю на бабулю стеклянными глазами.

— Я беременна от человека, которого люблю и который вчера погиб. — Я не стала говорить всю правду, ни к чему ей еще больше переживаний.

— Ах, как же так девочка моя? — Бабушка хватается за сердце. — Что случилось?

— Бабуль, — я поморщилась, как от зубной боли. — Это несчастный случай, мы встретились недавно и все быстро закрутилось, я поступила опрометчиво, что привело вот к этому, но бабуль, я не буду делать аборт, я буду рожать! Я уже люблю его, и он единственное, что будет напоминать мне о том, кого успела полюбить.