Чтение онлайн

— И чья это одежда? — Понимаю, что я груб, но по-другому не могу.

— Н-ничья, вчера сходила купила для вас, подумала, что вам надо будет что-то надеть чистое. — И ведь не врет. Правду говорит.

Приняв душ, пошел обратно на запах еды. Желудок сводит в болезненном спазме, давно я ничего не ел.

Все оказалась очень вкусным, неужели Оливия действительно сама все это приготовила…

Оливия… Оливка…

Давно я не ел домашней еды. Последний раз, когда была мама еще жива, она предпочитала сама готовить для семьи. И смотря на кроху понимаю, как она похожа на мою мать. От нее исходит такое же тепло, уют, любовь… дом.

К слову, вот ненавижу оливки, но одну, которая сейчас передо мной — хочется съесть, да так, чтобы больше никто не узнал какая она на вкус.

— Так скажи мне Оливка, какого черта ты пошла помогать незнакомому раненому дядьки и еще потащила его к себе домой? — Ну нельзя быть такой доверчивой и хорошей. Как она вообще дожила до своих двадцать двух.

— Тебе нужна была помощь, я не могла пройти мимо, меня не так воспитали.

Да это ее надо защищать и оберегать от таких как я и от всего мира в целом. И мне хочется это сделать впервые в жизни.

Она нежный тепличный цветочек.

Смотрю на нее и плыву, хочу обладать Ангелом аж скулы сводит, руки чешутся, яйца звенят.

Вот же ш…

Не могу терпеть, в паху зудит так, что больше ни о чем думать не могу, кроме как засадить в тугую дырочку. Что она именно такая я почему-то уверен.

Глава 9. Демьян.

— Иди ко мне.

И вот она в моих руках, в моей власти, по глазам вижу, что она в шоке сама от себя, это не типичное поведение для малышки и она в растерянности.

Но также в ее глазах легко читается возбуждение, и она не знает, что с этим делать.

Да маленькая, я чувствую тоже самое.

Дурею от ее запаха, хочется постоянно прикасаться к шелковистой коже.

Она так невинна и не опытна, что это заводит похлеще всего, что я видел, а видел за свою жизнь я многое.

Я научу тебя всему, покажу как я люблю, я буду обладать тобой, только я.

Не сдерживаюсь, просовываю большой палец ей в рот, представляя на его месте свой член. Как же хочется погрузиться в ее теплый, маленький ротик, но пока еще рано. Она слишком зажата и напугана, но я чувствую в ней тот огонь, ту страсть, которая сведет меня с ума, сожжет нас обоих дотла.

Оливка не уверено кружит языком вокруг пальца, но она не представляет, как сексуально сейчас выглядит, в ней скрывается то, что поставит любого мужика на колени, но у нее не будет других, а я на колени никогда не встану. Сейчас я был в этом уверен.

Пытается сопротивляться дикая кошечка, но себя не обманешь, и меня тоже, она хочет меня до одури, как и я ее.

Хочу видеть ее сиськи. Поддеваю ткань и опускаю под грудь, ее налитые упругие девочки с острыми сосочками подпрыгивают. Совершенные. Мои малышки.

Оставляю засосы на белоснежной коже, собственник во мне бьет себя в грудь. Пусть все знают, что она занята. Засосы повсюду. На шее, на ключицах, на груди.

Касаюсь заветного местечка, а там потом.

— Пиздец, вся течешь. — Моей выдержки приходит конец, хватит прелюдий и так перебор, хочу трахать ее пока голос не сорвет, пока не будет дрожать по до мной выкрикивая мое имя.

Мы на кровати без одежды, она подо мной, такая доверчивая, уязвленная, хрупкая и манящая.

Медленно вхожу в нее, как же внутри тесно, будто целку рву. Тугая, горячая, ее дырочка охватывает мой член, берет его в свои тески, обволакивает, сжимает меня так сильно, что я готов кончить уже сейчас. Приходиться подумать о делах, которые уже сегодня я буду разгребать, чтобы не разрядить обойму раньше времени.

И это помогает.

Стараюсь двигаться аккуратно, не торопясь, понимая, что могу причинить ей боль, а это последнее чего мне хочется, но следующая фраза срывает все предохранители к чертям собачьим.

Думал с ней надо нежно, любить ее, а нет, малышка полна сюрпризов. В голове только одно, поиметь, пометить.

— Демья-ян, не сдерживай себя, хочу быстрее, покажи, как ты любишь…

Держись Ангел, я люблю трахаться грубо, жестко, дико, и она со мной на одной волне, это кайф. Ее заводит моя грубость, смазки становиться еще больше, она стекает по ее бедрам.

Толкаюсь резко, глубоко, насаживая до основания и мне мало. Хочется еще глубже, яйца бы засунул если мог бы. Членом достаю до матки, чувствую головкой стенку, упираюсь и от осознания, что я весь в ней, что малышка приняла меня всего сносит крышу.

Она начинает меня сильнее сжимать и бесстыдно стонать, сейчас малышка передо мной вся раскрыта, настоящая, не сдерживает себя. Надо поторопиться, потому что сам держусь из последних сил.

— Кончай Оливка, — севшим голосом. Несколько движений пальцем по клитору. Вот так девочка. Дааа! Но она меня удивляет опять, сжимает свои соски и стонет, официально — это самое прочное, что я видел. Она бурно кончает, ее тело выгибается, а глаза становиться темно-синими, вместо голубых, то еще зрелище.

Последний толчок и я изливаюсь глубоко внутри нее, заливаю спермой ее тугую щелку. Это непередаваемое ощущение, кончать внутрь. Теперь понятно, почему многие готовы платить огромные бабки за кремпай. Себе я такого не позволял, просто брезговал трахаться без защиты, но с ней абсолютно все, наоборот.

— Тебя нужно ебать… жестко, что я и буду делать. Только я! С виду только Ангелок, да Оливка? — И в подтверждение моих слов она только громче стонала, когда я брал ее в догги стайл, загоняя член еще глубже.

Идеально.

Ангел для Демона.

Глава 10. Демьян.

Просыпаюсь раньше нее, сейчас будет неприятный разговор. Ненавижу женские истерики, но я почти уверен, что она не из таких. Мне нужно будет ее оставить на какое — то время, хотя все во мне противиться, она будет здесь одна, вокруг нее будет куча мужиков, ревность уже сжирает меня, но… для нее пока так будет безопаснее. О том, что она, может быть, не согласна с моими желаниями, мыслями, я не думаю.

Она уже моя, только моя.

Повторяю себе это, а сам надеюсь, что она не вздумает брыкаться.

И чем раньше малышка это поймет, тем для нее же лучше.

Между нами, та самая химия о которой так много все говорят, о которой говорила мать по отношению к отцу. Она просто возникает между двумя людьми, сводит с ума. Она становиться осязаемой, что можно пощупать, увидеть. Просто понимаешь, что этот человек для тебя, что раньше такого ни с кем не испытывал. И от этого всего хочется либо убежать либо принять, и все было бы проще, знай ты заранее какой выбор сделать, знай, что тебя ожидает в будущем.