Ангел для Демона. Его наследник
Шрифт:
Тихо, на цыпочках выпорхнула из спальни ненадолго задержавшись взглядом на Демьяне, красив и слажен как Бог, я, наверное, никогда не привыкну. Сегодня нам предстоит непростой разговор и мне немного страшно, но это будет потом, а сейчас мой сын и бедная нянечка.
— Ольга Юрьевна, я вам очень благодарна! Спасибо, что остались сегодня на ночь, обещаю, что оплата будет в двойном размере.
— Бросьте, Оливия Марковна, мне не сложно, Демид просто чудесный мальчик и нам очень даже весело вместе проводить время, да зайка? — Она с нежностью смотрит на сына, а я понимаю, что не хочу ее отпускать, она очень нам помогает.
— Ну сколько еще раз повторять, просто Оливия, какая я вам Марковна, — по-доброму смеюсь.
— Ну хорошо Оливия. — Она прочищает голос и уе серьезно говорит. — Я знаю, что у вас сейчас не простые отношения в семье и если вам нужна моя помощь, любая, то смело обращайтесь, если нужно посидеть с Демидом, я приеду, как только вы попросите. Но я могила, все что вижу, слышу, останется в этом доме.
— Я знаю и поняла вас, спасибо. — Как только мы закончили завтрак, мне звонит Марго.
— Ты вообще там охренела? С катушек слетела? — Кричит эта мегера в трубку.
— Ничего не слетела, вообще не понимаю к чему вся эта паника, я казала, что вернусь. — Молчание.
— Я знаю, что случилось, ты как подруга?
— Ох Рит, — и я рассказала ей все как на духу и про вчерашнюю ситуацию с Аленой, свои страхи и переживание, боль и обиду.
— Нет, все-таки ты слишком хороша для него. Я в этом деле не советчик, но уверена ты примешь правильное решение и ни смотря ни на что я тебя поддержу и буду рядом.
— Как всегда.
— Как всегда. Я даже думать не хочу. Что у Кости окажется на стороне ребенок, это, наверное, убьет меня.
— Ну чего ты об этом думаешь? — Не заметила, как забрела в кабинет Демьяна и мне в нос ударил его мужской запах вперемешку с табаком. Да, так пахнет он, кто способен вознести меня или сломать.
Стою перед массивным дубовым столом лицом к креслу, словно пришла на ковер и медленно оглаживаю ровную поверхность, погружаясь в разговор с подругой и совсем не слышу, как уже пару минут за мной наблюдаем Демьян.
Поверх моей руки ложиться его, его горячее тело прижимается к моему, носом водит по шее и за ушком.
— Рит, я перезвоню. — Сбрасываю звонок, не дожидаясь ее ответа.
— Я думал, что потерял тебя, — хриплый болезненный голос выдает все, что ему вчера пришлось пережить. — Чуть с ума не сошел, думал, что ты уже валяешься мертвая где-нибудь на трассе.
— Господи, Демьян, что за мысли? — Обеспокоенно разворачиваюсь к нему лицом и всматриваюсь в любимые черные глаза.
— Не смей больше убегать, выключать телефон и не приведи господь, если ты еще раз их снимешь, — на мой безымянный палец надевают два кольца.
— Я не убегала, — тихо протестую.
— Тшшш, молчи. — Прикладывает палец к моим губам. — Я хочу, чтобы ты еще раз послушала меня. Тот ребенок никак не повлияет на нас, для меня это все неожиданность, довольно неприятная.
— Не надо, тебе еще в глаза потом смотреть своей дочери.
— Я могу только представить, что ты чувствуешь, что я предатель и в какой-то степени это правда, и правильно будет тебя отпустить, но я не смогу, я запру тебя, чтобы ты никогда от мня не убежала. Я — эгоист. Чертов эгоист. Вы с Демидом для меня как лучик света в моей жизни, я не готов вас опять потерять.
— Демьян, — беру его лицо в ладошки. — Да, ты прав, мне больно, но ты никого не потеряешь, ведь я также не смогу без тебя. Мы как-нибудь справимся с этим, все вместе. Я знаю, что ты будешь верен мне, пока я тебе не надоем.
— Такому не бывать и не надейся. — Жёсткий ответ, в глазах сталь. — Мне скоро нужно уезжать в клинику, сегодня делаем тест.
— Когда будут готовы результаты?
— Обычно приходиться ждать почти две недели, но для меня это неприемлемо, через четыре дня станет известно.
— Какой бы результат ни был, я не уйду, просто знай это.
— Мне нужно тебя почувствовать, — его крепкие руки сжимают мою талию, поднимают меня вверх и усаживают на отполированный стол. Движением руки опускает верх сарафана под грудь, оголяя упругие полушария с уже твердыми острыми сосками.
— Мои девочки уже приветствуют меня. — Довольно урчит как котяра. Наклоняется и кусает за один сосок.
— Б-больнооо, протестую для проформы.
— Но тебе нравиться, — кусает сильнее.
— Дааа, но разве тебе не надо ехать, можешь опоздать ведь.
— Не думай сейчас ни о чем, есть только я и ты, и мы по-быстренькому. Всуну-высуну и все. — Укладывает меня на стол и ставит мои лодыжки себе на плечи, и вот я вся раскрыта для него. Сарафан по ногам скатывается вниз и собирается гармошкой на талии, открывая взору обычные белые хлопковые трусики.
Демьян облизывается и плотоядно смотрит мне прямо… в душу. Хочу сдвинуть ноги вместе, чтобы скрыться от такого пристального взгляда, но сильные руки мужа не дают этого сделать.
— Никогда не закрывайся от меня. — Взгляд на меня. Потом обратно вниз. — Моя красавица. Ты бы видела себя сейчас.
Пальцами проходит по кромке трусиков, отодвигая их в сторону, а я понимаю, что мне нечего стесняться, не с ним.
Звук расстегиваемой ширинки и вот пульсирующая головка у моего входа размазывает смазку. Резкий толчок, мой вскрик.
— Держись Ангел.
Крепко цепляюсь руками за край стола. Резкие, быстрые толчки, мой сладостный стон, его дикое рычание, его безжалостные пальцы впились в мои ягодицы до синяков, грудь двигается в такт, подпрыгивает, ноет, тоже хочет внимания.
Мне хочется подразнить его, медленно лаская себя, ладонями скольжу вверх по животу, касаюсь груди, сжимаю их вместе, пальцами прокручиваю и оттягиваю соски.
— Ах! — Не сдерживаю громко стона.
— Еще. Поласкай себя малышка. — И мне хочется дать ему все, все что смогу, с ним мне не стоит стесняться, он единственный с кем я могу быть сама собой.
— Кончай Ангел. — Одно прикосновение к клитору, и я растворяюсь, Демьян ловит мой крик своими губами, унося в страстный поцелуй. Еще движение и он достигает кульминации следом за мной, наполняя своей спермой.