Чтение онлайн

– Присутствующая здесь женщина может подтвердить, что этот человек приезжал некоторое время назад на Украину инспектором и искал пропавшие два ящика золотых слитков. – Ева задумывается, – Дело номер 11 345, если мне изменяет память, но лучше этот номер вот так с ходу не называть, потому что в полиции оно находится в особо секретных. Я платила за информацию осведомителю.

– Разберемся, – Зоя склоняется над мужчиной в кресле.

– Он..., – бормочет Тэсса, – он не очень похож, но что-то есть. Муж мой… который тут лежит, он его сразу узнал.

– Я не могу быть инспектором, я адвокат, меня все знают. Сравните отпечатки пальцев, в конце концов! И дайте мне переодеться!

– Отпечатки, это, конечно, интересно, но вот какая штука, – задумчиво сообщает Зоя. – Можно любые отпечатки нарастить месяца на три. Жидкий пластик. Японская разработка. И вы, имея определенный преступный умысел, могли в период поступления на службу нарастить пластик, ведь отпечатки у работников полиции берут только при поступлении.

– Да я не похож на инспектора! – кричит адвокат.

– Небольшие пластические изменения лица, – улыбается Зоя. – Что еще?

– Я адвокат, как вы знаете, – успокаивается Капа. – Этого мужчину вижу первый раз. Он ворвался ко мне в дом, начал резать вены и угрожал моей жизни. Женщина путает меня с кем-то. Отпечатки пальцев имею отличительные от любого служащего полиции, по фотографии меня не опознают, зачем вам позориться и пристегивать мне убийство с таким смехотворным мотивом?!

Ева достает из кармана магнитофон и показывает его Капе.

– Ладно, – кивает адвокат, – мы встречались с этим мужчиной раньше, но все равно я не инспектор! Вы никогда не докажите, что человек, приехавший искать золото, и я – это одно и то же лицо!

– А мы попробуем, – присаживается к нему Зоя. – У вас ведь, если не ошибаюсь, самая хорошая техническая оснастка. Странно для обычной секты, а?

– Вспомнил, где я вас видел, – кивает адвокат. – Вы приходили на занятия. Вы даже потребовали подтверждения моим способностям изменять жизнь. Вы их получили! Вы не имеете право вести это дело, потому что вы человек заинтересованный!

– Да я не буду вести это дело, – склоняется к нему Зоя и говорит тихо: – Если вдруг ваше дело попадет в отдел Службы безопасности, они же вас год изучать будут. Мне это совсем ни к чему. Мне надо сейчас быстро подвести хорошую базу под расследование и подать это убийство полиции, как элементарное дело. Чтобы они быстро и хорошо осудили вас, понимаете? Чтобы был мотив, свидетели и все вещественные доказательства. Что это у нас лежит на столике под номером восемь, Миша?

– Золотой брусок с государственной маркировкой весом две тысячи грамм! – весело сообщает Миша.

– Вот видите, – опять склоняется к адвокату Зоя. – С государственной маркировкой. Человек, который это сюда принес, имел с вами отношения в поселке на станции…

– Лазовая, – еле слышно произносит Тэсса, заметив устремленный на нее вопросительный взгляд. – Только этот… адвокат, вроде постарше.

– Лазовая, господин адвокат. И только представьте себе, захотят ли бравые мальчики из полиции быстро и ловко замять дело о двойной жизни инспектора полиции, который имел отношение к похищенному два года назад золоту, и который потом, изменив внешность, устроил в Москве секту для самоубийц?

– У вас остановка за малым, – кивает адвокат. – Доказать, что этот инспектор и я – одно лицо.

– Не знаю насчет лица, – отталкивается от стены Ева и задумчиво прохаживается по комнате, – но вот насчет крови…

– Что – крови?! – кричит адвокат и бледнеет.

– Илия, – Ева поднимает голову подростка за подбородок вверх и смотрит в черные глаза, – ну-ка объясни мне кое-что с этими рассчитанными укушениями и самосожжениями. Если, допустим, я изменю свою жизнь самоубийством, отпечатки пальцев у меня в другой жизни будут другие, это ты уже объяснил. Внешность может быть не та, это Тэсса объяснила на примере со своим мужем, а вот кровь? Подожди, молчи, – она закрыла пальцами рот мальчика, а он и не собирался ничего говорить, он легко и почти незаметно улыбнулся, скосив глаза на адвоката и подмигнув ему: «вот это женщина, а!» – Молчи… Сейчас поймаю… Да! Зоя, у работников внутренней безопасности берут развернутый анализ крови, или только на группу?

– Конечно, развернутый, – Зоя, чувствуя азарт Евы, подходит к ней, – на случай, если этого самого работника разорвет на части, или на случай внутренних расследований на определение принадлежности слюны и волос, берут эпителий, а уж анализ ДНК обязателен. Молодец, – кивает она. – Я поняла! Ну что, адвокат, воспользуемся твоей сверхмощной компьютерной базой, сравним твою ДНК, с развернутым ДНК инспектора, а? Для вашей секты анализ ДНК это дело привычное, можно сказать, рутинное.

– Где представители полиции? Пусть они меня арестую, а не вы, – скучнеет адвокат.

– Сравним и вызовем! Убитый, кстати, вполне может иметь тот же анализ ДНК, что и пропавший охранник, хотя я стараюсь во всю эту ерунду о множестве жизней не верить. А вы говорите – мотив. Да тут по полной – преступный сговор с целью похищения золота.

– А если.., – стареет на глазах адвокат.

– А вот если анализы не совпадут, тогда можно будет пришить маньяку-адвокату, главе секты сатанистов, убийство брата-сектанта собственными руками в присутствии свидетелей. Можно и по другому, но это будет для тебя грустно. – заводится Зоя. – Потому что я лично пристрелю тебя вот в этой квартире у кресла с убитым тобой мужчиной, и свидетели, опять же, подтвердят, что я пыталась помочь жертве!

– И за что мне все это? – ухмыляется адвокат.

– За всех укушенных и сгоревших!

– Глупость человеков безмерна, – поворачивается адвокат к мальчику. – Ну как доказать им, что смерть – это не повод для страха и оплакивания?

– Ты сам это затеял. Ты говорил, что я смешон со своими заповедями, что человеки вправе делать все, и будут делать все, как только поймут, что смерть – это не дорога в ад за прегрешения, или в рай за правильное соблюдение ритуалов, а просто другая дорога, – развел руками Илия. – Ну ладно, ты попался! Согласись, а?

– Секты были и будут. Всегда найдутся человеки, которые захотят отрастить себе крылья, или чтобы их похоронили за оградой. Они будут вешаться, топиться или прыгать из высоких окон. Почему бы не объяснить им правильный подход к этому? Они же все равно живут только друг в друге, их количество ограничено, но постоянно?! – повысил голос адвокат.

– Чтобы они берегли друг друга и любили, как нечто совсем особенное, как уникальное произведение природы, а не как соседского петуха, проживающего одну из своих неудачных жизней! – кричит Илия.